Сергей Туров – Иллюзия контроля (страница 2)
Он толкнул дверь.
Внутри царил полумрак, разбавленный серым светом из узкого окна под потолком. Остаточный запах перегретой канифоли ударили в нос — запах работы, мониторы чернели пустыми глазницами экранов. Системные блоки молчали.
Илья прошёл к своей стойке в углу.
Модем лежал на месте. Корпус, кабели, интерфейсные шнуры — всё выглядело нетронутым. Но взгляд инженера зацепился за мелочь, невидимую обывателю. На блоке питания тускло мигал жёлтый светодиод. Ритм был медленным, ленивым — раз в три секунды.
«Внешнее питание подключено».
Илья медленно приложил ладонь к радиатору блока питания.
Металл был теплый, но у основания, где крепились силовые транзисторы, он был даже горячим. Теплоёмкость корпуса не позволила ему быстро остыть полностью.
«Прибор выключили три-четыре минуты назад», — пронеслось в голове. Как раз в тот момент, когда Кольцов рисовал гиперболы на доске, а Илья читал сообщение о сработке ловушки.
Он быстро и аккуратно осмотрел порты. Пломбы на корпусе были целы — дилетант бы их сорвал. Но разъём программирования FPGA был отключен и валялся рядом.
Илья сжал челюсти. Паника ушла окончательно, уступив место холодному, расчётливому гневу. Тот, кто был здесь, не собирался красть устройство. Оно ему было не нужно. Он хотел забрать его код. Ему нужна была рабочая версия алгоритма прямо «из нутра железа», чтобы обойти программные пароли и получить чистый бинарный дамп.
Кто-то очень профессиональный — или очень самоуверенный — заглянул “под капот” его системы, подключился к отладочному порту и слил прошивку. Они не просто скопировали файлы. Они скопировали "душу" проекта.
«Но проект всеравно жив», — подумал Илья, глядя на мигающий диод и постукивая пальцами по радиатору,- «Только теперь он перестал быть моей тайной. Кто-то за кулисами института теперь знал наверняка: «Протокол спецсвязи» работает».
Он убрал руку с металла. В тишине лаборатории за гулом вентиляции он отчётливо услышал топот сзади. Шаги были лёгкими, но уверенными.
***
В дверном проёме возник Алексей. В одной руке он балансировал двумя пластиковыми стаканчиками с дымящимся кофе, в другой держал надкушенный «Сникерс». Вид у него был такой, будто он заглянул на вечеринку, а не вломился в лабораторию с ограниченным доступом.
— Ну что, Илон Маск на минималках? — бодро поинтересовался он, перекрывая монотонный гул серверной стойки. — Орбитальная группировка ещё не рухнула? Я тебе американо взял. Двойной. А то у тебя лицо такое, будто ты матрицу взломал, а там налоги платить надо.
Он прошёл внутрь, совершенно не обращая внимания на то, что Илья застыл у стенда с напряженно задумчивым лицом.
— Эй, приём, Земля вызывает Жукова, — Алексей поднес стаканчик прямо под нос другу. — Опять ты так на работоспособность свой модем проверяешь? Или профессор всё-таки смог догнать тебя в коридоре и заставил считать пределы?
Илья медленно отодвинул стаканчик. Его взгляд был по прежнему задумчивым.
— Лёх. Кто-то включал модем.
— Да ладно? — Алексей беззаботно пожал плечами и отхлебнул свой кофе. — Уборщица тётя Глаша опять шваброй по выключателю ударила? Они тут бесстрашные, в прошлом месяце чуть мой паяльник не сперли — думали, это кипятильник такой, модный.
— Тётя Глаша не снимает прошивку через JTAG-порт, — сухо отрезал Илья. — Тут был специалист. Кто-то целенаправленно слил прошивку. Хотели утащить всё: алгоритмы, модуляцию, ключи...
Алексей поперхнулся кофе и удивлённо уставился на плату.
— Ого. Киберпанк, который мы заслужили. И что теперь? — он с наигранным испугом огляделся по сторонам. — Мы теперь как хакеры из кино? Будем прятаться в подвалах, питаться дошираком, перешивать мак-адреса и уходить от погони на электросамокатах? Ну так они спёрли твой гениальный код или нет?
Илья не ответил. Он молча опустился на одно колено, достал из кармана рюкзака миниатюрную отвертку и выкрутил два винта на боковой панели модема. Крышка с тихим щелчком отошла в сторону. Под ней сиротливо темнела плата FPGA.
— Типа того, — буркнул Илья. — Они спёрли то, что было зашито внутри. Только я вчера, перед уходом, перезаписал прошивку.
— Поставил на самоуничтожение? — с надеждой спросил Алексей. — Типа «не доставайся же ты никому», испарение кремния и дым до потолка?
— Зачем мне жечь казённое железо? — Илья наконец поднял глаза на друга, и на его губах проступила ухмылка. — Я залил туда что то вроде «заглушки».
— Какую ещё заглушку?
— Самую примитивную. Из тех, что первокурсники на ардуинках собирают, — Илья хмыкнул, глядя на плату с внезапной хитростью в глазах. — Короче, Лёх... кто бы туда не влез и кому бы они эту прошивку не понесли, сейчас этот человек скорей всего очень сильно сомневается в своей адекватности и компетентности.
— Почему?
— Потому, что секретный протокол спецсвязи... — Илья выдержал паузу, — ...выдаёт в эфир песню «В траве сидел кузнечик» через фазовую модуляцию. А если они попробуют визуализировать спектр сигнала, у них отрисуется пиксельный енот.
В лаборатории повисла звенящая тишина. Слышно было только их дыхание.
— Ты... — Алексей часто заморгал. — Ты серьёзно? Енот?
— Ага. А защиту от РЭБ он не умеет делать, зато отлично двигается.
Сначала Алексей просто смотрел на него. Потом его плечи вздрогнули. Он попытался сделать серьёзное лицо, закусил губу, но выдал нечто среднее между хрюканьем и кашлем.
— Пф-ф-ф... То есть, подожди... — выдавил он сквозь подступающий смех присаживаясь к нему рядом. — Они там сейчас сидят... в строгих костюмах... вскрывают зашифрованный контейнер...
— Ага.
— «Господин директор, мы взломали русский спутник! Смотрите, здесь чертежи гипердвигателя!» — Алексея прорвало. Он согнулся пополам, упираясь рукой в стол, чтобы не упасть. — А им оттуда восьмибитный енот машет и кузнечик пиликает!
Илья смотрел на друга, и напряжение начало отступать, сжимавшее его грудь последние полчаса. Он живо представил лицо «специалиста» — скорее всего, какого-нибудь наёмного промшпиона с серьёзным оборудованием, — который сейчас изучал монитор, полный абсурдного мусорного кода.
Илья привалился спиной к серверной стойке и закрыл лицо руками. Его плечи затряслись.
Это был чистый, адреналиновый сброс. Они сидели в пустой лаборатории, где только что произошло реальное покушение на их проект, и ржали как умалишённые. Смех Алексея гулял эхом под высоким потолком, Илья хрипел, вытирая выступившие слёзы.
А на столе, в разобранном корпусе модема, продолжал мерцать жёлтый светодиод. Раз-два-три. Раз-два-три. Словно подмигивая импровизированной шутке.
Проект был спасён. А вот чья-то шпионская карьера сегодня явно дала сбой.
***
Смех утихал неровно, накатывая остаточными волнами: Алексей то и дело фыркал в кулак, а Илья тяжело выдыхал, пытаясь вернуть лицу серьезное выражение. В лаборатории стало слышно, как в глубине стойки монотонно гудит вентилятор — словно модем сам посмеивался над ситуацией.
Илья первым сбросил оцепенение.
— Ладно. Концерт по заявкам окончен.
Вставая он потянулся к столу, пошарил в жестяной коробке из-под старых радиодеталей, выудил черную нейлоновую стяжку и с сухим «зубастым» щелчком затянул её на ушке корпуса. Пластиковый хвостик смешно торчал вбок, как антенна сломанного лунохода.
— Теперь хотя бы визуально понятно: без кусачек внутрь не влезть.
Алексей допил остывший кофе одним глотком, смял стаканчик и небрежно бросил его в сторону мусорной корзины. Тот глухо стукнулся о линолеум в полуметре от цели.
— Два очка. Почти НБА, — он поднялся и одёрнул задравшуюся футболку. — Слушай, а ведь это теперь официально самая нелепая защита интеллектуальной собственности в истории политеха. Может, запатентуем? «Метод криптографической защиты посредством пиксельных млекопитающих».
Илья уже закрывал боковую крышку модема, пальцы двигались быстро и точно на автомате.
— Сначала найдём этого любителя чужого кода. Потом подумаем о патенте.
Он выпрямился, оглядывая лабораторию — будто проверял, не оставил ли незваный гость визитку или хотя бы крошку от пончика. Всё выглядело пугающе штатно.
— Лёх, — голос Ильи стал деловым, — у тебя же остался выход на Димона из службы безопасности?
Алексей картинно закатил глаза:
— Димон — это отдельная песня. Помнишь, как он оптимизировал базу деканата так, что список должников печатался только по четвергам и только с отличниками? Гений хаоса. Но да, он до сих пор мне должен за ту историю с личным принтером ректора.
Он выудил из кармана телефон, на ходу листая контакты.
— Что конкретно просим? Логи шлюза? Камеры в коридоре за 11:45–12:05?
— Именно, — Илья подошёл к стене и щёлкнул главным рубильником. Лаборатория погрузилась в мягкий полумрак, только жёлтый диод на блоке питания продолжал лениво подмигивать: раз… два… три… — Тот, кто здесь был, знал мое расписание лучше меня самого. Знал, что я буду сидеть в триста седьмой до звонка. Знал, что ключи у меня, а завкафедрой на ковре в ректорате. Окно рассчитали идеально — минут семь-восемь, не больше.
Алексей присвистнул.
— То есть это не случайный дебил с отвёрткой. Это кто-то с мозгами… и с доступом.
— Или тот, кому этот доступ дали, — тихо добавил Илья.
Они вышли в коридор. Тяжёлая дверь лаборатории закрылась с глухим стуком. Илья дважды дёрнул ручку вниз — старая привычка проверять замок на прочность.