Сергей Циглер – Правильный вектор (страница 10)

— Ты спокойный и не паникуешь, — заметила Лина. — Самые подходящие для этого качества.

Корнеев продолжил дальше. В сектор восстановления отправились девять человек. В сектор обеспечения — восемь. И наконец дошло дело до сектора знаний.

— Лина, — сказал Корнеев.

Она выдохнула.

— Энт.

Он кивнул, будто только этого и ждал.

Когда всех уже распределили, Корнеев добавил.

— У вас есть несколько часов, чтобы освоиться. Познакомьтесь с теми, с кем будете работать. А вечером вас ждёт небольшой праздник. Своего рода посвящение в «Вектор». Поэтому всех жду в столовой к семи.

Свободное время тянулось медленно.

Лина гуляла по коридорам, заглядывала в комнаты, разговаривала с другими новичками. Ян ушёл в оружейную — знакомиться с будущими коллегами. Энт будто растворился где-то — она не видела его почти до самого вечера.

Когда она нашла его, он сидел в архиве. Один. С раскрытой книгой на коленях.

— Разумеется, ты здесь, — сказала она.

— Ну да, — ответил он.

— Почему не общаешься с остальными?

— Не очень люблю шумные компании.

— А как насчёт маленьких?

Он поднял голову и посмотрел на неё. В его глазах она прочитала усталость и что-то ещё, чего она не смогла до конца понять.

— Маленькие — можно.

Она села рядом. Не близко, но и не далеко.

— О чём читаешь?

— О том, как люди верили в лучшее будущее. И о том, что из этого вышло.

— И что вышло?

— Ничего хорошего, но они хотя бы пытались.

Тут к ним подошёл Ян.

— Вот вы где голубки. Пойдёмте. Там уже накрывают.

Столовая очень сильно преобразилась.

Лампы погасили, оставив несколько гирлянд для атмосферы. Столы сдвинули, на них поставили приготовленное мясо, банки с тушёнкой — своей, домашней закатки, заготовленной еще с прошлой осени, хлеб, какие-то соленья и — Лина не поверила своим глазам — бутылки.

— Это самогон, — пояснил Ян.

Когда все уже расселись, Корнеев поднялся. Сделал это неторопливо, будто давая людям время приготовиться, будто сама тишина должна была осесть на плечи, прежде чем он начнёт говорить. Он обвёл взглядом столы — лица, гирлянды, отблески огня в кружках — и чуть заметно кивнул сам себе. Потом поднял свою кружку, и в комнате стало тихо так, что слышно было, как за окном ветер трогает стёкла.

— Я не мастер говорить красиво, — сказал он негромко. — Но сегодня я скажу вам вот что.

Он помедлил, собираясь с мыслями, и поднял кружку над головой.

— За тех, кто сегодня к нам пришёл. За тех, кто уже был с нами. За «Вектор».

Все тоже начали подниматься со своих мест и выпивать. Кто-то даже закашлялся, кто-то спокойно допил, но все в этот момент были очень рады тому факту, что они сейчас именно здесь.

Лина поначалу пила маленькими глотками, морщилась, но пила. Ян опустошил кружку залпом и тут же попросил добавки. Энт отпил немного и отставил в сторону.

— Чего не пьёшь? — спросила его Лина.

— Не особо люблю терять контроль.

— А я люблю, — ответила она. — Иногда.

И тут же взяла стакан и допила его до конца.

Она закашлялась, вытерла губы ладонью и рассмеялась — звонко, почти по-детски. Ян, глядя на неё, тоже улыбнулся, чего за ним почти никогда не водилось. Даже Энт, казалось, сразу немного расслабился.

— Ещё? — спросил кто-то рядом, поднимая бутылку.

— А давай, — ответила Лина, протягивая кружку.

Ян перехватил её руку.

— Не торопись ты так. Праздник обещает быть долгим, а мы только начали.

— А я тороплюсь жить, — парировала она, но кружку всё-таки убрала.

В столовой становилось шумно. Кто-то принёс старую гитару и принялся наигрывать любимую мелодию. Другой подхватил, запел — фальшиво, но очень душевно. Слова были очень старые, из тех песен, что передавали из уст в уста, уже не помня ни автора, ни точного текста.

Лина прикрыла глаза, подперла голову рукой, и просто слушала. Лицо её в этот момент просто сияло. Энт смотрел на неё некоторое время, потом перевёл взгляд на гитариста.

— Ты знаешь эту песню? — спросила она, не открывая глаз.

— Нет.

— А я знаю. Меня бабушка учила. Очень давно. Кажется, будто в другой жизни.

Она вдруг замолчала. Энт не стал её перебивать.

Ян отошёл к другим охранникам — они о чём-то спорили, жестикулировали, но без злости. Просто обсуждали, как лучше поставить охрану у северного входа.

— Они работают, даже когда пьют, — заметил Энт.

Возможно пытаясь отвлечь Лину от мыслей о бабушке.

— Это хорошо, — ответила Лина. — Значит, мы в безопасности.

И тут же снова улыбнулась, глядя на то, как Ян уже нашёл там со всеми общий язык.

Она наконец открыла глаза, потянулась и оглядела зал. Люди постепенно расходились по углам. Кто-то прилёг прямо на лавку, подложив куртку под голову. Кто-то всё ещё танцевал, даже еле державшись на ногах. Кто-то вышел на улицу — воздух там был холоднее, ведь скоро уже наступит осень, но зато там звёзды были намного ярче.

— Пойдём тоже на улицу, — сказала Лина. — Надоело в четырёх стенах.

Они вышли наружу. Ночь была ясной, безветренной. Луна висела низко, казалось, что она почти касается крыш. Где-то за забором ухал филин.

Лина забралась на подоконник низкого окна — бетонного, широкого, ещё хранящего дневное тепло. Прислонилась спиной к стене, и закинула голову вверх.

Энт стоял рядом, не садился. Просто стоял и смотрел туда же, куда и она.

— Ты никогда не отдыхаешь, — сказала она.

— Отдыхаю. Просто не показываю.

— Но это глупо.

— Возможно.

Она похлопала рядом с собой.