Сергей Циглер – Правильный вектор (страница 12)
Глава 4. После тревоги
Энт вылетел на крыльцо первым. Лина — следом, босиком, в одной куртке наспех накинутой поверх рубашки. Ян — за ней, с автоматом наперевес.
Но там всё уже закончилось. Выстрелы стихли. Тени за ограждением растворились. Охранники уже стягивались к воротам, опустив оружие. Кто-то просто курил, кто-то громко переругивался.
— Что тут… — начала Лина.
— Смотри, — Ян кивнул в сторону бетонной плиты.
Белая краска. Кривые, торопливые буквы:
Энт стоял неподвижно, глядя на надпись. Потом усмехнулся.
— Грамотеи блин, — сказал он тихо. — Напугали.
— И что это значит? — спросил Ян.
— Что они не так страшны, как хотят показаться. Грамотный враг опаснее. А эти… — Энт кивнул на надпись, — эти даже толком написать ничего не смогли.
Лина прочитала ещё раз. Ошибки бросались в глаза. Смешно и жалко одновременно.
— Может, они специально?
— Нет, — ответил Энт. — Специально так не пишут. Специально пишут кровью на стене. А это… это дети малые, которые играют в бандитов.
Он перевёл взгляд на Лину.
— Но это не значит, что они не опасны. Я же просил остаться.
— Я просто... — смущённо начала Лина.
В этот момент мимо прошёл Корнеев. Бросив короткую фразу, и не дав этим Лине договорить до конца.
— Возможно они не умеют много чего, но стреляют хорошо. Так что радоваться рано.
Он прошёл мимо них, и сразу же направился к охранникам. Лина проводила его взглядом, потом повернулась к Энту.
— В следующий раз будь осторожнее, — опередил её Энт, не дав Лине продолжить её мысль.
— Поддерживаю, — добавил Ян. — Зачем ты так ломанулась.
— Ну всё, всё, чего пристали. У меня и так голова раскалывается. — виновато ответила Лина.
Ян хотел что-то добавить, но Энт положил руку ему на плечо.
— Пойдёмте спать. Завтра разберёмся.
Лина вздохнула с облегчением. Они вернулись внутрь. Коридоры уже опустели — охрана разошлась по постам, новичков отправили в спальню.
Энт лёг на койку, и уставился в потолок. Лина устроилась на соседней кровати от него, свернулась калачиком, но не спала.
— Энт? — тихо позвала она.
— Ммм?
— Ты правда думаешь, что они не опасны?
— Я думаю, что опасны. Просто не настолько, как им хочется.
Она замолчала. Потом сказала:
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Лина.
Утром организовали собрание.
В центральном зале собрали всех. И старых членов «Вектора», и новичков. Тридцать два человека стояли в первых рядах, чувствуя себя неуютно под взглядами остальных.
Корнеев вышел на невысокую трибуну. В руке — планшет.
— Вчерашней ночью, как многие из вас уже знают, мы подверглись нападению. Никто не пострадал, что безусловно радует. Но это не повод расслабляться. Те, кто это сделал, — банда, которая называет себя «Шакалы».
По залу прошёлся тихий гул. Люди начали перешёптываться. Кто-то удивился названию, кто-то уже слышал о них.
— Они называют себя хищниками, — усмехнулся Корнеев. — Но мы-то знаем, что шакалы — падальщики. Трусы, которые боятся настоящего боя.
Он помолчал.
— Они давние наши враги. Они жгут книги, уничтожают припасы, убивают тех, кто пытается что-то построить или восстановить. Им не нужен новый мир. Им нужен лишь хаос.
Он обвёл взглядом зал.
— Поэтому, в связи с последними событиями, для новичков вводится ускоренная программа обучения. Вы будете учиться обращаться с оружием, защищать себя и базу. Никаких поблажек. Вам понятно?
Все тридцать два голоса ответили нестройным «да».
— Сейчас завтрак. Через час у вас уже будет первое занятие. Инструкторы будут ждать вас на плацу.
***
Первая тренировка.
Плац находился за основным зданием базы, с западной стороны, куда редко заглядывало утреннее солнце. Это была ровная прямоугольная площадка, выложенная потрескавшимися бетонными плитами. Сквозь трещины пробивалась жёсткая, неприятная трава — серая, колючая, пахнущая полынью. По краям плаца торчали ржавые трубы, когда-то бывшие ограждением.
В дальнем конце виднелись самодельные мишени — старые покрышки, набитые песком, подвешенные на перекладинах из арматуры. Вокруг плаца — ржавые бочки, куски металла, обрывки колючей проволоки, которую так и не убрали. Всё это создавало ощущение заброшенности, хотя площадку использовали каждый день.
Тридцать два человека выстроились неровным строем. Кто-то переминался с ноги на ногу, кто-то украдкой зевал, кто-то сжимал и разжимал ладони — от холода или от волнения. Утро было прохладным, и тонкие куртки не спасали от ветра, который гулял по открытому пространству.
Лина стояла в третьем ряду, между высокой блондинкой и коренастым парнем, который всё время чесал затылок. Её голова всё ещё болела после бессонной ночи, а тело ныло — сказалось напряжение последних дней. Ей хотелось спать, есть и никогда больше не слышать слова «построение».
— Что-то тебя трясёт, — тихо сказал Ян, стоявший сзади.
— Замёрзла, — соврала она. На самом деле её трясло от страха. Не перед тренировкой — перед тем, что будет после.
Ян ничего не сказал, только подвинулся ближе, почти касаясь плечом.
Энт стоял в ряду перед Линой. Он не оглядывался и не переминался с ноги на ногу. Просто стоял прямо, смотрел вперёд, сложив руки за спиной. Казалось, ему всё равно на холод, на ветер, на ржавые трубы и запах гари. Только глаза — слишком внимательные — скользили по плацу, отмечая каждую деталь.
— Как он не мёрзнет? — спросила блондинка слева.
— Согласен, какой-то он странный, — тихо ответил коренастый парень.
— Тишина в строю! — рявкнула Рита, и все замолчали.
Лина опустила глаза. Под ногами — трещины в бетоне, забитые сухой грязью. Она заметила, что некоторые плиты были новее других — их видимо, положили недавно, чтобы заделать воронки от взрывов. Значит, здесь стреляли, а может, и не только.
Её затошнило.
— Сосредоточься, — шепнул Энт, не поворачивая головы.
— Откуда ты знаешь, что я…
— Дышишь часто. И побледнела.
Она стиснула зубы. Сделала глубокий вдох. Холодный воздух обжёг горло.