Сергей Токарев – Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Летне-осенние праздники (страница 56)

Vod poctivéch děveček, Kolek klasečku, Toli másečku; Kolek zrneček, Toli měřeček; Kolek stopeček, Toli kopeček. Уважаемый хозяин! Примите этот веночек От честных девушек, Сколько колосьев, Столько корма; Сколько зернышек, Столько мер (зерна); Сколько стебельков, Столько копен^{670}. A ti, páňe náš, Prijmi veňec náš! Jak sce poorali, Tak sme požali. Jak sce pobraňil’i, Tak sme i skošil'i… Pani naša i pan náš, Aby see chodzili Pomedzi hromadočki, Jak jasní mesaček Pomedzi hvizdočki. To vám na dalše ročki vinšujeme. А ты, наш пан, Прими наш венец! Как вы вспахали, Так мы и пожали, Как вы побороновали, Так мы и скосили… Пани наша и пан наш, Чтобы вы ходили Между кучками (зерна), Как ясный месяц Между звездами. Это мы вам на будущие годы желаем^{671}.

Принимая дожинковый венец, хозяин благодарил жнецов, давал им деньги за работу и обязательно устраивал большое угощение (oldamaš, aldamaš, hostina). Подавался мясной суп, мясо или отварная курица, калачи^{672}и обязательно крупяная каша. В Чехии пили пиво, в Словакии — главным образом сладкую водку и вино. Жнецы пели и танцевали. На празднике дожинок танцевали особые танцы, которые имитировали отдельные полевые работы: srpové (с серпом), čepové (с цепом), slamkovej (с перевяслом). Было множество вариантов танцев, особенно много их до сих пор сохранилось в западной Словакии^{673}.

Особое место в обрядовом фольклоре чехов и словаков занимали исполнявшиеся во время этого праздника дожинковые песни.

Песни-дожинки пели после уборки урожая по дороге с поля, когда шли с венцом, при чествовании хозяина, во время угощения. Они имели много общего с жатвенными песнями, но по сравнению с ними имели и свои особенности. Прежде всего напев их был не протяжный, а танцевальный. Дожинковые песни были ближе всего к песням свадебным и по своему содержанию. Да и сам обычай дожинок имел много элементов свадебной обрядности: приготовление дожинкового венца, процессии жнецов, имевшие много общего с шествием дружек — во главе шествия часто шла изображавшая жениха и невесту пара.

В Словакии, например, одна и та же песня в разных районах исполняется в качестве свадебной и дожинковой в несколько ином варианте:

Už sme žitko požali, Ešte máme jarinu. Už sme Zuzku vydali, Ešte máme Marinu. Уж мы рожь пожали, Осталась нам яровая. Уж мы Зузку выдали, Осталась нам Марина^{674}.

Влияние свадебных обрядов явно сказывалось в обычаях дожинок и у чехов. Например, перед шествием жнецов, несущих венец, хозяин закрывал двери, как и перед свадебным шествием. Жнецы просили их впустить:

Panimamo zlatá, otvirejte vrata, Nesem váam věneček ze samého zlata, Zpívat’ nepřestanem, dokud nedostanem Teho aldamášu, со si zasluhujem. Мама золотая, открывайте ворота, Несем вам веночек из самого золота, Петь не перестанем, пока не получим Того угощения, что мы заслужили^{675}.

Общими со свадебными поздравлениями были и магические формулы с пожеланиями урожая, будущего счастья, здоровья и т. д. при передаче жнецами дожинкового венца.

В процессии с дожинковым венцом принимали участие разные маски: конь, медведь, баран. В Моравской Валахии (северо-восточная Моравия) сохранились сведения об особой роли козы при дожатах — гомоле; последний косарь, скосивший последние стебли, ударял косой о землю, а все работавшие рядом жнецы и жницы в этот момент изображали блеяние козы. Во всех чешских областях, кроме того, говорилось, что каждый оставшийся в хвосте жнец оказывался «на козе». Известно, что и в Польше термин «koza» означал последние оставленные в поле колосья злаков^{676}.

Дожинки с обильным угощением и долгим застольным весельем устраивались только у самых богатых хозяев, где работали наемные жнецы, приносившие венец. Бедные же крестьяне привозили домой только последний сноп, не устраивая для себя никакого праздника. Иногда дожинки в деревнях праздновали сообща несколько крупных хозяев-кулаков. Традиция празднования дожинок дольше всего держалась в Словакии и восточной Моравии, т. е. в аграрных областях. В чешских же землях обычай этот стал исчезать уже во второй половине XIX в., его праздновали только в хозяйствах самых крупных землевладельцев.

Обычаи, связанные с окончанием летних уборочных работ, соблюдались и при сборе урожая хмеля, особенно характерно это было для чехов. Это была dočeska, dočeský (т. е. конец чесания хмеля). Как и во время дожинок, девушки вили венки из стеблей зерновых и полевых цветов, но добавляли к ним и ветки хмеля. Хозяин устраивал угощение после того, как ему вручался венец с пожеланием счастья и благополучия^{677}. В виноградарских южных районах чешских земель и Словакии также бытовали обычаи и обряды, целью которых были охрана и обеспечение доброго урожая винограда. Перед 15 августа (успение — nebevzeti panny Marie, чеш.; panna Maria zelená — словац.) в костеле святили букетики полевых цветов. А затем по мере созревания винограда в разных районах вплоть до 15 сентября совершался обряд «забивания горы» на виноградниках (hora — полоса земли, отведенной под виноградник).