Сергей Тишуков – Тупиковая ветвь (страница 7)

— Ещё бы! Карину ты ко мне приставил?

— Я как лучше хотел! — удивился Амба, — Девочка послушная и ухоженная. Всяко лучше, чем шлюхи из борделя. Я только позвонил Маргарите Львовне. Она ляпнула?

— Карина. Отпаивала меня утром какой-то настойкой целителя Пантелеймона и божилась, что с твоего одобрения. Не люблю я знахарское зелье.

— Ну и зря, — нравоучительно произнёс здоровяк, — Помогло же! Выглядишь как огурчик.

Юра Рейнджер, заметив, что клиент переключился на препирательства с подельником, свернул карту и решил откланяться.

— Список занесу завтра. День выхода сам наметишь. Я готов всегда. С оплатой надеюсь проблем не будет.

— Нет, — подтвердил Шрам, — Наличные или электронные?

— Банкам принципиально не доверяю.

— Тогда по рукам?

Оба плюнули в свои ладони и обменялись крепким рукопожатием.

Внимательный бармен, мгновенно заприметил факт заключения сделки и, налив три рюмки водки, метнулся с подносом к столику.

— За успех! — предложил он и добавил, — За счёт заведения!

Всё-то в этой Костоломовке было продумано, просчитано и возведено в традицию.

— Где найти Гошу при случае? — спросил Денис, когда проводник удалился.

— В местном охотхозяйстве у него домик на отшибе. Спросишь, любой покажет. Ему доверять можно. Он все маршруты лично пролазил, все тропки знает и жив до сих пор.

— Озвучь цену.

— Полторы косых. Золотом.

Денис прикинул в уме, почесал затылок и сказал:

— Круто.

— Да не мелочись! Гоша цену не набивает. В стоимость включены все риски перехода. Поверь, если что случится, не дай бог, тфу-тьфу-тьфу, — Амба постучал по столешнице, — Он не бросит. На спине дотащит. Не смотри, что он дрищ с виду. Это про прямой маршрут. Ежели через Нижний и Редькино, то Гоша сюда включил аренду транспорта, взятки дозорным и турагентствам.

— Надеюсь, это с твоей долей?

— Плюс поляна по возвращению, — заржал здоровяк весьма довольный завершением сделки.

— Я не вернусь.

— Тогда до! — настроение Амбе ничто не могло испортить.

Шрам посмотрел на часы.

— Завтра времени обмывать сделку не будет. Как сложится дальше тем более не знаю. Поэтому предлагаю сегодня. Не люблю копить долги. Давай все вопросы закроем сразу.

— Как там по классике? — потер ладони Амба, — Нет, нет, нет и ещё раз… да! Нажраться я завсегда согласен, а то вчерась никакого удовольствия не получил. Приходилось в руках себя держать. Это, доложу тебе, муторное дело. Кайфа ноль. Одна напряга.

— Тогда подготовка на тебе. Ты местный, — предложил Шрам, и подельник утвердительно кивнул, — Пока закончим тереть по оплате. Столько монет, сам понимаешь, у меня нет. Есть слитки. Девяносто девятой пробы. Где можно реализовать?

— Самое простое в банке. С Лазарем Давидовичем ты уже вась-вась, так что проблем не возникнет. Даже спрашивать происхождения слитков не будет. А вот если не хочешь светиться перед ним, могу посоветовать одного скупщика. Под моё слово даст разумную цену.

— Ты меня огорчил, — вздохнул Шрам, — Совсем за лоха держишь? Он же по любой сделке докладывает наверх. Не знаю кому, но Вове Шуйскому точно. Иначе бы тот пеняжника* давно обезжирил и сушить повесил.

— Так-то так, только не так! — обиделся за предьяву Амба, — Стучит, конечно, но по-божески! Я не знаю какие у тебя с Лазарем и Вовой тёрки, но светить своё добро точно не хочешь. Пеняжник о сделке кому надо доложит, не сомневайся, но сумму сделки в разы занизит. К тому же про слитки умолчит. Расскажет, что обратился ты с рыжьём в виде лома. Сам знаешь, что проблема в основном не в том, что скажут, а в том, как преподнесут.

Шрам опять задумался. С одной стороны, подельник прав. Его личные дела никого не касаются и стращать за левую сделку никто не будет. Он в своём праве. С другой, неизвестна причина обращения Вениамина Дмитриевича. Как бы визит к пеняжнику не вышел боком.

Ко всему заворочался бесёнок на левом плече и боднул рогом в висок. Тут же пробежал холодок между лопаток и схлынул в штаны, в область интуиции.

— Кому ещё стучит меняла? — глядя прямо в глаза подельнику спросил Шрам.

— Мне и… не знаю, — заёрзал на стуле здоровяк и отвёл взгляд, — Послушай, Денис, ломануть жирного лоха многим охота. Бывало такое, что за пределами слободы кого-то щипали, но сейчас не тот случай. Моё слово не хрен с майонезом! Меня, если не уважают, то боятся. Многим здоровье подправил.

— Карину тоже крышуешь?

— Э-э! — поднял указательный палец Амба, будто кавказец на рынке, — Не меряй нас городскими мерками! У нас никто никого не крышует! Рабочие моменты решает профсоюз или Вова с подручными. Я только обеспечиваю безопасность.

— Это как? — не понял Шрам.

— Клиенты разные попадаются. С виду плюгавенький задрот, а выпьет и в откровенного маньяка превращается. Садо-мазо требует. Другой, ножом угрожать начинает, требовать всякие непотребства городские. Кто это решать будет? Шериф? Тот, ерундой не занимается. Вызывают меня, и я внятно объясняю уроду, как нужно правильно себя вести в приличном обществе.

— Да ты просто Бэтмен! Борец с беспределом и спаситель попавших в беду. Ладно. Пойду с Буцефалом попрощаюсь, потом вздремну часок. Чё-то притомился. Может у зелья побочка такая?

— Да нет, — удивился Амба, — Сам пробовал. Всё у вас, городских, не как у людей!

С конём попрощаться это, конечно, святое. Денис зашёл на конный двор, кивнув дремавшему возле ворот пареньку, помогавшему конюху убирать стойла. Объяснил, что заглянул только попрощаться. Предупредил, дескать, решил продать коня и заниматься этим будет хедхантер Амба. Парнишка понимающе кивал, но в сонных глазах читалось: отстань дядя.

Каркас здания собрали из тех же щитов, что и гостиницу. Вдоль прохода стойла. По десять в ряду. Заняты меньше половины.

Денис, по дороге сюда, купил с лотка несколько яблок и, похлопав коня по холке, скормил одно сразу. Остальные бросил в овальную кормушку на перегородке.

— Ну что, дружище, не судьба тебе попасть в гарнизон. Будем расставаться здесь. Надеюсь, всё сложится у тебя хорошо.

Денис говорил медленно и громко. В паузах прислушивался ко всем доносящимся звукам, ожидая реакции. Но кроме фырканья и переступа животных, ничего услышать не удалось.

Убедившись, что случайных свидетелей нет, скинул рюкзак. Достал спутниковый телефон. Сначала проверил входящие, затем набрал номер. Абонент долго не отвечал. Наконец, механическим тембром предложили оставить голосовое сообщение.

— Вынужден задержаться в Костоломовке на неопределённое время. Потом постараюсь наверстать упущенное. Пока прогнозы оправдываются. Вопрос: может ли кто в управлении знать о нашей связи? Боюсь предполагать худшее, но возможна утечка. Местный глава странно себя ведёт. В остальном всё по плану. Раньше, чем через двое суток на связь не выйду.

Денис отключился. Сложил антенну и принялся засовывать аппарат обратно в рюкзак, когда за спиной раздалось вежливое покашливание. Душа приготовилась похолодеть и юркнуть в пятки, но разум отметил, что бесёнок на плече сидит спокойно.

Поэтому не стал резко разворачиваться, вставать в стойку и пытаться сломать шею незваному гостю. Закончил прятать телефон в складки белья, застегнул клапан и только после этого обернулся.

Возле притолоки стоял босоногий мужичок росточком с локоть. Нечёсаные волосы, окладистая борода и длинная меховая душегрейка по цвету совпадали. Тронутая патиной медь.

— Я, так полагаю, Кузьма? — вместо приветствия, спросил Денис.

— Нет сержант, — расправляя шевелюру и оглаживая бороду, ответил домовой и теперь стало видно, что лицо ещё молодое, без старческой серости и морщин, — Кеша я. Иннокентий Кузьмич.

— Ну здравствуй, Кеша, — понизив голос поздоровался Денис, — Честно признаюсь, не ожидал. Слобода ведь поселение не жилое, дома без фундамента.

— Всё верно, — согласился хранитель очага, — Только первая бытовка появилась здесь сорок восемь лет назад, а гостиница летом двадцатипятилетие справила. Не место красит человека, а человек одушевляет своим присутствием место. Слышал историю о том, как в Норильске клопы появились? Они сами пешком пришли.

— Как понимаю юмор у вас по наследству передаётся.

— Юмор — это защитная реакция организма на стресс. Жить бок о бок с вами, человеками, это тяжкая доля. Врагу не пожелаешь. Вот и приходится разговляться шуточками. Кому карманы зашьёшь, кому ширинку. А самое весёлое, крупу по простыни рассыпать.

— Затейник ты. Случилось чего?

— Вроде нет. Поздоровкаться зашёл. Любопытство, знаешь ли, присуще всем живым существам. А тут такое событие! Никогда человека с печатью доверия не встречал. Да ещё с импом* на плече. Зачем бесёнка с собой таскаешь? Вредные они и безалаберные.

— Да как-то само собой получилось, — растерялся Шрам, не заметив, что начинает оправдываться, — Печать ведь в обе стороны работает. Жители Нави не только мне помогают, но и за помощью приходят. Этот оболтус с бабайкой и его подругой сцепился. Те молодняк, гопота. Только с погоста откинулись. Не поняли ещё что духи и в круглосуточный за портвейном припёрлись. А бесёнок там ночи коротал, сумки и пакеты надкусывал, чтобы ручки отрывались. Ну и решил их уму-разуму поучить, место в жизни определить. Те ему бока и намяли. Он же маленький! Крылья сломали, вином облили и мукой обсыпали. Вот и приковылял ко мне. Ходят-то импы плохо, больше летают.