Сергей Тихонов – Старая надежда (СИ) (страница 2)
— Когда это ты успела? — Джек следил, как на бумаге проступало внутренне убранство храма, ещё не разрушенное, ещё не тронутое временем и людской яростью.
— Ты удивишься, сколько всего можно сделать пока ты отстреливаешь врагов в онлайне!
Словно почувствовав, что перестаралась с иронией, Эми примирительно коснулась его руки, а затем неопределённо махнула за спину:
— Ничего странного не замечаешь?
Джек обернулся и уставился на выцветшую фреску.
Иисус как Иисус. Но раз Эми указывает на этот образ — что-то в нём есть.
Джек закусил губу и, как учил отец, разбил изображение на квадраты. Теперь можно последовательно выискивать «странности». Он нахмурился. Подсвечивая экраном смартфона наиболее затёртые части изображения, Джек принялся размышлять вслух:
— Я, конечно, не такой спец по живописи как ты, но если подумать… это церковь, место для обрядов. Службы, проповеди, свадьбы и тому подобное. А значит, всё здесь должно быть стандартным, как и в других храмах.
— Ага, — Эми отложила карандаш и ободряюще взглянула на брата.
— Так вот, на первый взгляд Иисус отображён вполне привычно: высокий молодой человек в белом… — Джек хмыкнул, — в белом балахоне. На лице улыбка, он раскрывает объятия, словно приветствует прихожан, которые входят в церковь. Вот только лет сто — сто пятьдесят назад его бы скорее изобразили страдающим на кресте: раны, муки, кровь и тому подобное.
— Теплее, теплее…
— Гляди, за ним виднеется арка. Она увита розами, но если присмотреться, то стебли превращаются в символы, которые уместны лишь на обложках эзотерических журналов, — Джек провёл по нарисованной руке, ощущая наждачную твёрдость старой штукатурки, и остановился на открытой ладони. — Ты посмотри на кончики его пальцев! Я сначала подумал, что это… — он задумался, подбирая слово.
— Папиллярные узоры.
— Точно, но это же стилизованные знаки Зодиака! А эти хиро… хиромантские линии, которые складываются на ладонях в перевёрнутые треугольники?!
— Да ты молодец! — Эми улыбнулась. — Треугольники я не заметила. Может в тебе пропадает какой-нибудь творческий талант, а?!
Джек усмехнулся довольный своей наблюдательностью. Он привлёк Эми к себе и сделал общее селфи на фоне таинственной фрески. Затем потянулся, как довольный кот, и подошёл к бывшему алтарю. Его взгляд упал на незаконченный рисунок.
Он обернулся к сестре и постучал костяшками пальцев по бумаге:
— Говоришь, нет зомби, а это кто?
— Просто тень, — Эми взглянула на сумрачный полог, что скрывал пространство за священником: — Но если приглядеться… то этот завиток — контур головы, здесь — пустые холодные глаза, а вот — складки фигуры, таящейся во мраке.
Она поёжилась:
— Наверное, вылезло из глубин подсознания после ваших глупых историй.
— Глубин! — Джек хлопнул себя по лбу. — Ты гений, Эми! Здесь же наверняка есть крипта!
Он развернулся. Хм, и где тут прячется спуск в подземелье?!
— Джек Моро! Ты ведь не оставишь меня одну? Потому что я не полезу в каменный мешок полный крыс и всякой гадости!
— Эми, ты не понимаешь, — Джек подошёл и сжал её пальцы. — Я не могу вернуться домой, не сделав пару фотографий внизу. Пит Голдсмит до конца жизни будет смеяться надо мной, уверяя, что я
Сестра подняла взгляд кверху и покачала головой. «Мужчины как дети. Ну что с них взять…», — сказали её плотно сжатые губы.
— Жди здесь, — шепнул он ей на ухо и спустился под землю.
На ступенях лежала дубовая балка. Не иначе как линчеватели били ею словно тараном в окованные железом створки. Вот только за прошедшие годы от двери в крипту ничего не осталось.
Рассеянный свет проникал на пару шагов, а дальше сгущался холодный мрак. Фонарик остался дома, а потому Джек снова включил экран смартфона.
Капли воды блестели на стенах. Под кроссовками поскрипывала отслоившаяся штукатурка и битый кирпич. Крипта пустовала, лишь в центре темнел массивный постамент. Он стоял под алтарём, на котором, этажом выше, сидела Эми.
Джек отогнал лёгкое разочарование. За прошедшую сотню лет бродяги наверняка стащили всё, что не унесли налётчики.
Пальцы скользнули по гранитной плите. Хм, камень сухой и тёплый, как если бы его нагрело за день, и он медленно остывал до самой ночи. Вот только солнце не заглядывало в крипту с момента закладки фундамента…
Он сделал несколько фотографий.
Ладно, если здесь ничего интересного нет, то пора наверх, проверить Эми. А то начнёт ещё беспокоиться…
Джек ощутил чужое присутствие. Такой слабый тревожный звоночек, что бьётся в груди. Как в фильмах ужасов, когда герой проводит одинокую ночь в пустом доме и страшится лишний раз пройти по тёмному коридору. Где-то там, впереди, электрический щит и рубильник. Он может залить всё успокаивающим светом, но ты боишься ступить во тьму, словно предчувствуешь касание чужака. Зло выжидает момент, чтобы утащить твою душу к себе, на другую сторону реальности…
Сверху кричат. Эми!
Джек обернулся и от неожиданности выронил смартфон, который служил вместо фонарика.
На расстоянии нескольких шагов, в дверном проёме, стоял человек. Его слепые глаза, лишённые зрачков, мерцали расплавленным серебром, а кожа сияла под белым одеянием, словно луна за облаками.
Джек отпрянул, поскользнулся на влажных камнях и рухнул на гранитный постамент.
Сильный удар заставил его на мгновение зажмуриться и до скрипа сжать зубы, а когда открыл глаза, на лестнице уже никого не было. Несколько секунд он оставался на месте, а затем вспомнил про Эми. Джек подхватил с пола смартфон, по экрану которого расползлась паутинка трещин, и бросился наверх.
Они столкнулись на ступенях в крипту.
— Джек! Как ты?! Ты видел его?!
— С тобой всё в порядке?! Это ты кричала?!
— Да! Ты видел его?
— Человека в белом? — Джек сжал руку сестры, успокаивая её и придавая сил. — Видел.
Пальцы Эми дрожали, так что он просто увлёк девушку за собой.
Наверху Джек подхватил альбом с алтаря и быстрым шагом направился к выходу. Уже в дверях, пока Эми протискивалась меж заклинивших створок, он развернулся и осмотрел зал.
Никого. Почему он убегает? Или… почему думает, что должен остаться?!
Джек не успел найти ответ. Стоявшая по ту сторону узкой щели меж дубовых плит сестра дёрнула его за руку. Удивительно, как похожи их переплетённые ладони на путеводную нить, что ведёт из этого места коварных тайн в другой мир — понятный и знакомый.
— Там пусто, — он выбрался во двор и огляделся. Вокруг разливался ясный день, не оставалось ни намёка на опасность. — Даже не знаю, что именно нам почудилось, но сейчас внутри никого нет.
Эми промолчала. Она потянула его к церковной ограде и лишь за стеной, добравшись до велосипедов, ответила:
— Уверена, мне это не привиделось. Не могло одно и то же явиться нам обоим.
Они медленно ехали по едва заметной тропке, что петляла по склону холма и спускалась вниз, к Грайвичу.
— Я рисовала, — Эми держалась так, чтобы Джек слышал её слова, — а когда оглянулась на ступени, ведущие в крипту, то заметила человека в белом. Он словно светился изнутри.
— Слепой.
— Наверное. Можешь дразниться, но я испугалась и непроизвольно, как ребёнок, закрыла глаза ладонями. А когда посмотрела вновь — его уже не было.
— Я и сам не лучше, — Джек на мгновение закусил губу и признался. — Вон, даже смарт разбил.
— Попадёт тебе от отца…
— Не-а, всё работает, лишь стекло треснуло. Так что необязательно об этом рассказывать. Накоплю и сам отремонтирую.
— Как думаешь, кто это был?
— Не знаю, — Джек помотал головой, словно отгонял нежеланные мысли. — Будем считать, что мы нанюхались каких-то паров метана или что там ещё может скапливаться в заброшенных склепах. Не хочу думать об этом… человеке. По крайней мере, сейчас.
Эми кивнула и остаток пути они проделали молча.
2. На краю
Солнце клонилось к закату, когда они добрались до окраин Грайвича.
Улицы прижимались к озеру полукольцом, втискивались между берегом и федеральной трассой. За ней виднелся внешний периметр Форт-Грайвич — военной базы — единственной причины, по которой городок не заглох подобно другим небольшим поселениям на Среднем Западе.