Сергей Тарасов – Сундук приключений и авантюр (страница 5)

Лес стоял тихий и какой-то мрачный, словно ожидая от меня правильных действий и поступков. Я шел вдоль просеки по зарослям рябины. Вскоре впереди появился просвет – а за ней была моя канава, засыпанная, как положено. Я спрятался за толстым стволом сосны и стал тихо изучать пространство вокруг себя. Прошло минут пять, все вроде было в норме. Я не стал себя ругать за чрезмерную осторожность. Когда уже собрался выйти на просеку, к засыпанной геологоразведочной канаве, начались события, которые последовали одно за другим.

Сначала я услышал еле заметный шум – словно под землей располагался механосборочный цех, и очень этому удивился. Не медля ни секунды, я достал смартфон, положил его на землю и включил запись. Монотонный гул кончился только через несколько минут, и я сохранил его в памяти SD карты. Все это время я осматривался по сторонам, так как чувствовал, что чудеса еще не кончились, и был прав.

Над лесом за просекой вдруг возник какой-то цилиндрической предмет метров сто длиной, завис над лесом и постепенно стал опускаться. Это я пропустить не мог. Включил видеокамеру и стал снимать происходящее. Когда этот космический корабль опустился в заросли, я выключил камеру и стал от вереницы непонятных событий ругаться. Но я рано успокоился – события вошли во вкус и продолжали меня удивлять.

На фоне серого неба над просекой появилась какая-то птичка – это был дрон, и я понял, что убежать от него мне не удастся. В рюкзаке у меня лежала свернутая накидка, которую я использовать при дожде. Она была светоотражающая, и я моментально накинул ее на себя. Этот маленький аппаратик прочесывал лес и летел на высоте каких-то десять метров по параллельным профилям. Как он передвигался, сложно было сказать – никакого шума он не издавал, и если не знать, что он ведет здесь наблюдение, можно было его не заметить. Он пролетел надо мной и полетел дальше.

Слишком много событий произошло за каких-то полчаса, и я уже устал от них. Мне надо было сесть и поразмыслить, что здесь делается, на урановом месторождении. Уже начало темнеть, и мне надо было позаботиться о ночлеге. Спать под звездами я уже не собирался – слишком много непонятного происходило в этом лесу.

Поэтому я через заросли липы и черемухи сначала вышел на дорогу, а потом напрямик отправился в деревню. Она оказалась на месте – с многочисленными ветряками и единственной улицей, на которой было десятка два домов. В двух я жил раньше, и надеялся, что меня пустят переночевать. На улице я встретил знакомого – когда я здесь работал, то местная шайка подростков, с этим Пашей, заходила к нам в гости. Он, конечно, повзрослел, но узнать его можно было. И меня он тоже узнал – к моему счастью.

«Привет!» Мы с ним остановились на середине улицы и разговорились. Паша приехал проведать своих родителей, и кроме его, из бывшей компании здесь не было уже никого. Я сразу спросил, где можно переночевать, и он сказал – у него. Мы пошли к дому, а по дороге обменивались информацией. Мне было интересно, что происходило здесь, в деревне, за эти десять лет, и что странного он заметил в лесу около деревни.

Мы продолжили разговор на кухне. Я с удовольствием уплетал картошку с подсолнечным маслом, запивал чаем и слушал хозяина. По его словам, ничего странного в лесу он не заметил, но часто через деревню ездил уазик. Что он там делал, он не знал, но в этот день уезжал обратно. Потом я спросил, – «фермерское хозяйство живет и процветает?» «Нет», ответил он, фермер разорился, и уехал, а в его доме живет два каких-то дебила, которые ни с кем из местных жителей не общаются. Пока его слушал, у меня сложился план действий на следующий день.

Поблагодарив Пашу за хлеб и за картошку, я отправился спать, в маленькую комнатку, где стояла кровать, тумбочка и шкафчик для одежды. Перед сном я решил подзарядить свой смартфон, посмотреть видео и прослушать аудиозапись. Аудиозапись надо было усилить – с помощью мощного усилителя, но и так было ясно, что гул мне не послышался, он был на самом деле. Видеозапись с опускающим в лес космическим звездолетом выглядела очень солидно, и продолжалась она почти минуту. Там, в начале видеозаписи, было отметка время, когда она была сделана.

Я сделал копии с обоих файлов и поместил их на карту памяти, поставил смартфон на зарядку и уснул сном человека, который сделал все правильно, и мне осталось выяснить, что здесь делает звездолет, и какой гул издает машина, которая находится под землей. Кроме того, меня заинтересовал уазик. Я просыпался только раз – снял смартфон с зарядки, поставил будильник на семь часов и снова уснул.

Проснулся от жужжания – это мой смартфон ненавязчиво давал мне понять, что настало утро и пора приниматься за дела. Паша уже хозяйничал на кухне, и когда я вышел, он предложил мне чай. Мы пили чай, разговаривали и смотрели на улицу, по которой в это время ехал темно-зеленый уазик. Я сразу сделал стойку, и попытался узнать, сколько там человек. Обычно на геологических машинах присутствовала эмблема, на дверце, но у этого уазика ее не было. В кабине, кроме водителя находился один человек, и я его узнал. Это был чиновник с департамента по Охране недр Уральского федерального округа. Он мне всю плешь проел, когда пытался доказать, что урановое месторождение, которое я нашел, было уже известно.

Что он делал на урановом месторождении, мне еще предстояло узнать. Я попрощался с Пашей, но сказал, что если задержусь, то вечером приду, и вышел на улицу. Уазик медленно проехал по улице, и свернул в конце ее на лесную дорогу. Теперь я точно решил, что тут дело нечисто и погнался за машиной. У нее было только два пути – или свернуть к фермерскому хозяйству, или отправиться к старому дому, который стоял у затопленного железорудного карьера, километрах в десяти от деревни. В любом случае, ему от меня уже не скрыться – я знал здесь каждую тропинку.

Машина не поехала к фермерскому хозяйству, а остановилась в лесу, перед просекой, на которой была геологоразведочная канава. Я взял в руку какую-то деревянную клюку и шел по дороге к машине, изображая не то грибника, не то ягодника. Когда я поравнялся с уазиком, то сначала посмотрел в салон. Там сидел только один водитель. Чиновника не было. Я решил подождать его, а пока расспросить водилу, что он здесь делает, часто приезжает и тому подобное. Достал сигарету и постучал в окно. Водителю тоже было скучно сидеть одному, и я спас его от одиночества.

Закурив от протянутой мне зажигалки, я сел на пенек и завел неторопливый разговор с водителем. Он точно не служил в геологии, а возил какую-то шишку на ровном месте. Мне стало казаться странным, что чиновник выбрал поездку лес, вместо администрации города, или ресторана. Я спросил, мог бы он подкинуть меня до города? Ответ был положительным, но решение мог принять его начальник. Мы говорили час, или два, пока ждали чиновника. Мне тоже было лень шагать двадцать километров по лесной дороге, и я надеялся, что поеду.

Когда чиновник вынырнул из леса, я его уже ждал. Он узнал меня, а я, не давая ему опомниться, обрадованно воскликнул, «здравствуйте, Николай Иванович», ну, и сколько лет, сколько зим … Он сначала опешил, но потом махнул рукой и подошел поближе.

Деваться ему было некуда. И он в течение нескольких минут ответил на все мои вопросы.

Если коротко, то все выглядело так: после того, как в пробе урановой руды был обнаружен очень редкий урановый минерал, то с одного НЛО поступило предложение, что одна из внеземных цивилизаций нуждается в пункте ремонта и техосмотра своих звездолетов на нашей планете, а также пополнении энергии. Все переговоры происходили на самом высоком уровне и сейчас, когда этот сервисный центр был запущен, он функционировал без людей и инопланетян, в автоматическом режиме. Наши будущие звездные сестры и братья были гуманоидами, но наши расы не встречались ни разу – ни обслуживающий персонал, ни экипажи звездолётов. Я слушал и запоминал – все было нереальным – НЛО, сервисный центр по ремонту звездолетов.

Единственное, что мне еще хотелось, это посмотреть на это своими глазами. Он вздохнул и пригласил меня следовать за мной. Николай Иванович шел впереди, и в какой-то миг растаял. Я дошел до того места, где он пропал и уперся в невидимую стену – это было силовое поле. Из него высунулась рука чиновника и втащила меня внутрь. Там был такой же лес, пройдя по тропинке несколько метров, мы остановились. Снизу, из-под земли, послышался негромкий шум, и перед нами очутилась кабина – наверное, лифт.

После нескольких мгновений, я очутился в громадном, ярко освещенном зале. Размеры его были почти несколько сотен метров, а высоту я даже не в силах был оценить – может, сто метров, а может больше. Здесь уже находился звездолет, который попал мне вчера на видео и несколько НЛО поменьше. Людей не было совсем, инопланетян тоже. В одном углу около небольшого звездолета было движение – автоматы сновали около него, и, наверное, готовили его к полету.

Иван Иванович посмотрел на меня и сказал, «что, теперь доволен?». Я только кивнул в ответ – на слова у меня не было ни сил, ни возможности.

Мы покинули это громадный зал с несколькими звездолетами, и на лифте поднялись в лес, дошли до машины. Я решил узнать, согласен ли он меня добросить до города, – и когда услышал «да», то уселся на заднее сиденье. Николай Иванович уселся рядом, и мы поехали. Я тут же поинтересовался, зачем он пользуется этим уазиком, когда у него целый зал, битком набитый внеземными технологиями. На что он философски заметил, что все еще впереди, а пока ему приходиться пользоваться тележкой на бензиновом двигателе. Я достал смартфон показал ему видеозапись, на что он сказал, что было бы лучше, если я ее удалил сам, пока за это не взялся межзвездный контроль, и который может превратить мой телефон в кирпич. Пришлось мне его послушаться – удалить и видеозапись, и аудиозапись: мне было жалко своего смартфона.