Сергей Тарасов – Астрахань. Это моя земля. #киберпутеводитель (страница 9)

Весть о необычном магазине в Сарай-Бату быстро разлетелась по всему городу. Сюда стремился попасть и простой люд, и ремесленникам хотелось присмотреть в нем что-либо необычное, и люди побогаче прикупали себе здесь товары. Торговля шла бойко. К магазину сделали пристройку и посадили туда женщин заниматься шитьем по индивидуальным заказам, вышивать, ремонтировать старую одежду. Это тоже стало пользоваться спросом.

Прошел год. Наргиз открыла второй магазин в дорогой части города. Но посетители там оказались довольно капризными и ворчливыми. Они постоянно были недовольны товаром и услугами продавцов. Магазин в срочном порядке пришлось переделывать под чайхану4. Назвали заведение «Кухни мира». Там подавали монгольскую верблюжатину под чесночным соусом; итальянские макароны с овощами; черкесский шашлык из мяса молодого ягненка; молочного поросенка, зажаренного в специях на вертеле по-московски. Конечно же, и бухарский плов, ташкентский лагман, татарское азу и многое другое. Ароматные запахи витали в округе от всех этих невероятно вкусных блюд, тем более что многие из них готовили на улице в казанах. От посетителей не было отбоя.

А в магазин все чаще стали захаживать купцы, приезжавшие в Сарай-Бату из разных стран. Они предлагали свои товары для продажи, взамен покупая разнообразную продукцию в этом магазине. А в зоне отдыха за пиалой душистого чая купцы стали обмениваться новостями о своих поездках, о странах, где они побывали, рассказывали, что нового видели и слышали. И эти посиделки превратились в своеобразный клуб мужчин. Они собирались чаще по вечерам, чтобы не тревожить дневных покупателей. Все купцы знали, что хозяйка дома находится под покровительством купца Навари, и никто и никогда ее не обижал ни грубым словом, ни косым взглядом. Да и многие еще помнили ее отца – Ильмеса. Наргиз всегда была в курсе последних новостей. Это позволяло ей своевременно менять одни товары на другие, переставлять вещи и мебель в магазине, расширять ассортимент.

Однажды в магазин зашли русские купцы, которых она никогда раньше не видела. Они ввалились шумной толпой: русоголовые, с курчавыми бородами, громкоголосые, голубоглазые, косая сажень в плечах. Эх, развернись, Рассея-матушка! Долго все разглядывали, рассматривали, выбирали, примеряли. Продавцы слегка приустали от этих необычных посетителей. Предложили им передохнуть, переместиться на топчаны, попробовать восточные сладости, орехи, горный мед с горячими лепешками. Те с радостью согласились.

Когда гости немного угомонились, к ним вышла Наргиз.

– Добрый день! Мы рады приветствовать вас в нашем магазине. Все ли вам здесь понравилось? Есть ли жалобы, предложения?

– И вам хорошего дня! Нам бы с хозяином поговорить. Поблагодарить хотим его за оказанную нам честь. Долг платежом красен. Ждем его к нам в Московию.

– Уважаемый… – Наргиз вопросительно посмотрела на самого старшего из гостей.

– Ермолай Порфирьевич, – склонив голову, представился купец.

– Уважаемый Ермолай Порфирьевич! Я хозяйка этого магазина.

Наступило неловкое молчание. Гости смотрели на покрытую парчовыми тканями девушку и недоумевали – как же так, где хозяин?

– Я Наргиз, дочь Ильмеса, караванщика. Мой папа умер. Я нахожусь под опекой купца Навари. До своего замужества.

– Прошу у вас прощения за нескромный вопрос. Сколько же вам лет? – спросил Ермолай Порфирьевич

– В этом году исполнится 17. – Глаза девушки смеялись. Это было видно по искоркам в ее глазах.

– А кто вы по национальности?

– Монголка.

– Кто? Тогда у вас должны быть глаза цвета выжженной степи. А в ваших глазах плещется разнотравье русских полей. У вас серо-голубые глаза с примесью зеленого цвета. Можно увидеть вашу ладонь?

Девушка решительно достала из складок одежды маленькую ладошку с длинными тонкими пальчиками.

– У вас светлая кожа… Даже удивительно… Вы дочь степного кочевого народа, у вас должна быть смуглая кожа… Вы ввели нас в заблуждение.

– Давайте не будем углубляться в мою родословную. Я хочу с вами попрощаться. У меня еще много дел. Спасибо, что навестили нас. Рада буду видеть вас в следующий раз.

После этого Наргиз резко повернулась и вышла из зала. Гости ушли. Наргиз вернулась домой и никак не могла успокоиться. Почему отец ничего ей не говорил? Или не успел? Почему купцы из Московии так подробно хотели знать, кто она?

Она подошла к небольшому тюку, который перешел ей по наследству от отца. Девушка никогда его не трогала, почему-то было боязно. Сейчас она решительно стала развязывать узел. Так, сверху лежит чистая рубаха отца. Да, его штаны. Кусок красивой парчовой ткани бирюзового цвета, наверное, для меня берег. Два головных платка – один большой, расписной, с кистями по краям; другой небольшой, из натурального шелка, легкий как пух, цвета спелой вишни. А что это? В руках у девушки оказался матерчатый сверток. Сердце застучало так гулко. Стало нечем дышать. Руки не хотели слушаться. Наргиз неожиданно поняла, что это и есть ее тайна. Необходимо только развернуть сверток.

– Нет, не сейчас. Не могу, – шептали губы.

– Ата, помоги! Что мне делать? Как быть? – стучало в голове.

Наргиз не помнит, сколько прошло времени. Руки перестали дрожать. Сердце успокоилось, и вернулась способность соображать.

– Ата, я знаю, что ты сейчас со мной. Это ты помог мне справиться с волнением. Значит, время пришло, и я могу узнать свою тайну.

С этими словами девушка аккуратно стала разворачивать материю. Внутри лежала свернутая грамота с сорванной гербовой печатью, цепочка с кулоном и часть поломанной заколки с очень красивым камнем – янтарем, женский перстень. Наргиз осторожно развернула свиток и начала читать.

– Сим удостоверяю, что 10 января 1250 года в городе Московии у боярыни Марии Степановой родилась девица, названная Василисою, о чем сделана запись в церковной книге. Отец – боярин Ермолай Степанов.

Внизу стояло число, месяц, год. Батюшка Амвросий. И подпись.

Ошеломленная новоявленная русская девушка крутила грамоту и так, и эдак, надеясь еще что-либо прочитать или узнать о себе.

– Я русская? Я не родная дочь? Ат-а-а-а!!!

Слезы градом текли по лицу, но Наргиз-Василиса не замечала их. Она вспоминала свою короткую, но такую яркую жизнь с отцом. Сколько ласки, любви она получила от него, сколько хороших, нежных слов слышала. А когда его большие, шершавые от ветра и песка руки гладили ее по голове, Наргиз была очень счастлива. Как же ей не хватало этого сейчас!

Девушка так и уснула на полу рядом с вещами. Ей приснился сон. Папа сидит рядом на корточках, держит Наргиз за руку и говорит: «Доченька моя, как же ты выросла! Совсем взрослая стала! Я тебя очень люблю. Но у тебя есть и другие родители. Пришло время вспомнить о них…»

Проснулась Наргиз с легким сердцем. Папа на нее не сердится. Ну а русские родители… Да, они есть. Но почему-то столько лет прошло, а меня никто не искал. Это же о чем-то говорит. Значит, не нужна. Слава Аллаху, что меня нашел и воспитал мой отец!

Жизнь Наргиз потекла своим чередом. Только вот поломанную заколку с янтарем девушка починила и стала носить сверху на платке. Почему-то ей так очень захотелось. И тот женский перстень из узелка надела.

Однажды Навари позвал Наргиз для серьезного разговора.

– Дочка! Нам надо поговорить. Выслушай меня. Подумай. А потом дашь ответ.

– Да, дядя, я вас слушаю.

– Присаживайся. Ты, наверное, слышала, что через месяц должны состояться ежегодные состязания на кубок правителя Сарай-Бату. Участвуют молодые мужчины из богатых семей. У меня нет сыновей, я уже стар и болен. А мне пришла бумага из дворца, что в этом году моя семья обязательно должна выставить участника, иначе меня прилюдно побьют розгами. Вот мне и пришла в голову мысль – а если мы тебя переоденем мужчиной? Для тебя ведь это не впервой. Косу спрячем, а загар – месяц позагораешь, и ты мулатка. На коне ты держишься уверенно, стрелять из лука умеешь, сварить шурпу на костре для тебя не проблема. А все остальное на ходу сообразишь. Лицо мы прикроем платком. Оставим только глаза. Скажем, что у тебя шрам на лице.

Навари замолчал. Наргиз тоже обдумывала сказанное.

– Дядя, я согласна. Я не посрамлю твою семью и постараюсь выступить достойно.

– Спасибо! Другого ответа я и не ожидал.

На праздник в Сарай-Бату съехалось много гостей из разных стран: Византии, Египта, Бухары, Самарканда, Московии… Всем хотелось яркого, веселого представления. В назначенный день и час на поле собралось много народа. Для падишаха и особенно знатных гостей сделали помост, чтобы было все хорошо видно. Все 25 участников, каждый на своей самой породистой лошади, выстроились в один ряд перед помостом, где в центре восседал падишах Бату, внук Чингисхана.

Вышел глашатай. В первый день соревнующиеся должны были проскакать до соседнего аула и вернуться обратно. Кто первый – тот и победитель. Потом на всем скаку надо из лука попасть в бежавших зайцев. Кто больше попадет – выиграл. Третье задание – надо было из подручных материалов соорудить какое-либо укрытие, развести костер, поймать дичь или рыбу (река рядом, всего 500 метров до нее) и сварить еду (шурпу, рыбный суп), заварить чай.

Скачки начались. Все, кроме Наргиз, со всего маху рванули вперед. А девушка выбрала темп выше среднего, не стала сразу загонять лошадь. Толпа неодобрительно заулюлюкала ей вслед. Слабак! Размазня! К середине пути она уже выровнялась со всеми. Трое всадников ушли вперед. Это были намечающиеся лидеры. Наргиз подстегнула лошадь и пристроилась позади них. Остальные дышали в спину. До финиша оставалось метров пятьсот, и тут девушка, уверенная в своем скакуне, изо всей силы хлестнула лошадь плеткой. Она от неожиданности так рванула вперед, что передним всадникам пришлось посторониться. Наргиз вырвалась в лидеры. Ее лошадь пришла первой.