Сергей Тамбовский – Управдом: назад в 90-е (страница 26)

Я чисто для справочки поинтересовался ценами — оказалось, что средняя кассета стоит три тысячи, а средний детективный роман чуть подешевле, от 1 до 2 тысяч. Ну что же, вполне терпимо. А тут и нужный мне облгазовый сотрудник появился — он передал мне парочку бланков договоров с гражданами, а на словах сказал, что еще надо будет составить общий договорчик кондоминимума с ними на обслуживание газовых сетей, как внутри дома, так и снаружи.

— Но это уже после праздников сделаем, звони вот, — он передал мне свою визитку, — договоримся. И не забывай о пожарниках…

— Каких пожарниках? — не понял я

— Обычных, — пожал он плечами, — ВДПО которые — они должны будут проверять ваши дымоходы раз в квартал, если не ошибаюсь… не будет акта о проверке по истечении очередного квартала, мы просто перекроем вам газ.

— Это как управдомша Мордюкова что ли? — уточнил я, — не будут брать, отключим газ?

— Почти, — усмехнулся он, — ну бывай, у меня и другие дела есть.

Еще одна забота, уныло думал я, передвигаясь в сторону комиссара Евгения и ПСП Нижний… да, надо, наконец, узнать, что это за ПСП такое.

Гребешок, как и всегда, был тих и пустынен, хотя это, в принципе географический центр города… отличные тут коттеджики можно было бы поставить, невольно подумал я, разлетелись бы, как горячие пирожки на масленицу. А комиссар Женя оказался даже и не один в своем таинственном ПСП, а вместе с девицей вполне определенного вида… ай-яй-яй, а как же Ирочка, подумал я, но вслух сказал другое.

— Привет, комиссар, я договорчик принес, — и выложил на стол стопку листков.

— Молодец, — бросил мне Евгений, вкратце посмотрев на подписи, а потом добавил девице, — Анжела, погуляй пока.

Та скривила губы в гримасу «ой, да не очень-то и хотелось» и без слов удалилась в другое помещение конторы. А Евгений продолжил.

— Я в тебе не сомневался… на вот забирай второй экземпляр, — он шлепнул печать на последний лист, — и ни в чем себе не отказывай. У нас все по плану — выезд состава в середине января, деньги поступят на счет через неделю-полторы после этого. Обратная поставка — пока что обсуждается. Что там у тебя с кондоминимумом-то?

Я вздохнул, сел на стул и рассказал последние новости о подшефном заведении, а потом не удержался от вопроса.

— А вот Анжела это кто? Секретарша?

— Почти, — не стал он углубляться в детали, — к нашим делам она никак не относится. Вот еще какое дело… — наморщил он лоб, — тебе хорошо бы зайти к настоятелю Печор, отцу Серафиму…

— Эх и ничего себе, — искренне удивился я, — и зачем это мне к нему заходить?

— Он выразил желание познакомиться с тобой, — ответил Женя, — в твоем доме его ведомство две квартиры покупает.

— Какие проблемы, зайду, конечно, — пожал плечами я, — но только монастырь большой, где там его искать-то?

— Если служба в главном соборе не идет, тогда, скорее всего, в домике настоятеля, это на откосе прямо над твоими окнами.

— Понял, командир, разрешите выполнять, командир.

— Иди, конечно… только веди себя с Серафимом покорректнее, он быкующих и понтующихся не любит.

Я встал и совсем было вышел, но вспомнил про свой нераскрытый вопросик.

— Да, а ПСП в названии твоей конторы — это что значит? Если не секрет?

— Никаких секретов, — ответил Женя, — Проектно-Строительное Предприятие всего-навсего.

— Так вы еще что-то строить собрались?

— А как же — своих конкурентов… а потом новую жизнь…

— И крыша у вас имеется, наверно?

— А вот это уже совсем не твоего ума дело — как-нибудь потом узнаешь… может быть.

Монастырь

Печорский монастырь прямо вот тут рядом располагался — пройти до конца Гребешка и спуститься вниз по раздолбанной лестнице, и ты на месте. В советское время тут склады какие-то находились, ПТУ и даже планетарий в одной из церквей, но в прошлом году все это целенаправленно ликвидировали, а помещения вместе с куском земли передали Городской епархии.

Я посмотрел на часы — вроде бы время утренней службы давно закончилось, а для вечерней еще рановато было, значит идем в домик настоятеля. Он и точно прилепился на высоком обрыве прямиком над окошком моей кухни… здание явно в прошлом веке выстроено, если не в позапрошлом, судя по толщине стен и характерному цвету раствора — тогда его замешивали на яичных желтках для крепости, так что при демонтаже проще было разбить кирпичи, нежели отделить что-то от этого вот яичного раствора.

— Здрасти, — сказал я монаху, стоявшему на крыльце и курившему, как паровоз, — мне бы к отцу Серафиму надо.

— Ты кто? — без обиняков упер он мне палец в грудь.

— Новак моя фамилия, — ответил я, — я из вон того дома (показал вниз), передали, что Серафим со мной поговорить хочет.

— Отец Серафим, не забывай, — тут же поправил меня он, а потом затушил сигарету и добавил, — щас доложу.

Он вернулся очень быстро, кивнул мне, добавив:

— Ботинки переобуй, тапочки справа. И на второй этаж.

Я сделал, что было велено и поднялся по скрипучей деревянной лестнице наверх — тут было одно помещение во всю площадь дома, у меня в мозгу всплыло слово «пентхаус». Серафим стоял возле встроенного в крышу окна и смотрел вниз на нашу Черняховскую улицу.

— Здравствуй, сын мой, — поприветствовал он меня, — так это значит ты этим домом теперь управляешь?

— Здравствуйте, отец Серафим, — решил я придерживаться этикета, сообщенного монахом, — есть такой грех… выбрали меня председателем на прошлой неделе.

— Наш монастырь у вас две квартиры покупает, знаешь об этом?

— Полчаса назад узнал, — честно признался я, — а какие именно квартиры-то, если не секрет?

— Какие тут могут быть секреты, — Серафим сел в кресло и пригласил меня занять место напротив, — трешку на втором этаже и однушку на третьем. Жить там будут наш казначей Матвей и завхоз Сергий. С семьями конечно. Хотелось бы, чтобы никаких проблем у них не возникало.

— Познакомиться-то с ними можно? — осторожно спросил я, — чтобы они не как камни с горы на нас упали.

— Можно, — махнул рукой Серафим, — Геннадий проводит, когда мы закончим. И еще одно дело… телевидение у вас, насколько я знаю, плохо показывает, верно?

— Ну да, — я удивился, конечно, такому повороту, но вида не подал, — откос же высокий, экранирует сигнал от телевышки.

— Вот и я про то же — хорошо бы, чтобы телевизор нормально работал. А для этого что надо?

— Кабельное телевидение сделать? — попробовал угадать я.

— Это тоже можно, — поморщился он, — но проще и быстрее подключиться к нашей монастырской антенне, она на моем доме стоит — сможешь это организовать?

— Какие проблемы, отец Серафим, — быстро отвечал я, — я же как-никак электронщик по основной специальности, сделаем в лучшем виде. Только ведь кабель длинный получится, а потом его еще по квартирам разводить — на чердаке придется усилитель поставить.

— Поставь конечно, — усмехнулся он, — затраты пополам, согласен?

Глава 23

Прошло четыре месяца

И на дворе значится апрель 1994-го, такие дела… вкратце поведаю, что тут случилось за это время. С монастырем, отцом Серафимом и антеннами все сложилось как нельзя лучше — Сергий с Матвеем заехали к нам в конце января, а кабель сверху я протащил даже чуть раньше. С усилителем, понятное дело, надо было как-то решать, схему я скопировал с журнала Радио, там такого добра много напечатали, а детали скромно скооперативил со службы… да, раньше говорили скоммуниздил, но после ГКЧП какой уж тут коммунизм.

Как я тащил этот кабель, история, требующая пера Антон-Палыча Чехова, если не Вильяма Шекспира сразу, но оставим ее за скобками — протащил и ладно… ну не убился при этом и хорошо, телевизоры теперь у нас прекрасно показывают все 18 программ или сколько их уже стало. А в наш домик, кроме вышеобозначенных сотрудников Печор, заселились еще аж четверо жильцов, Иван с Николаем из нашего коллектива МЖК, а кроме них Вася-прораб, получивший жилье от щедрот Костика, и Леша-спортивный судья, он купил одну из квартир у Универсала. Итого нас семеро стало, а девять помещений пока что пустуют.

Вы спросите, что за судья, и какой вид спорта он судит, а я отвечу — хоккейный рефери он был. Когда-то в прошлом играл за Химик и Крылья советов, а по выходу на пенсию переквалифицировался в хоккейные судьи. И не надо ухмыляться — за каждый матч он получал штуку баксов чистыми, и это уже после вычета налогов, а таких матчей в сезон с сентября по май у него было по 3–4 в месяц, так что обеспечен он был очень даже неплохо. В семье у него значилась супруга Света и дочка Жанна, обе очень стервозные и скандальные, как я успел понять из недолгого совместного проживания.

У Ивана квартира была напротив моей на лестничной клетке, кроме жены Оксаны, у него имелось аж трое детей. А Коля занял такую же четырехкомнатную квартиру, но в соседнем подъезде, у него двое детей было, мальчик и девочка, но 4 комнаты ему выдали, потому что он самый старый был в нашем отряде МЖК. За сорок ему перевалило.

А монастырские служащие оказались один хлеще другого — Сергий хотя бы водкой злоупотреблял, и трезвым я его не разу не видел, а вот казначей Матвей плотно сидел на более серьезных транквилизаторах, зрачки у него постоянно были расширены до максимально возможных пределов. Хорошие же сотрудники у отца Серафима, думал я, наблюдая в очередной раз выкрутасы этих двух товарищей.