Сергей Тамбовский – Империя на марше (страница 18)

- А он где сейчас?

- У нас во дворе на скамеечке сидит, тебя ждёт.

- Ну тогда пошли во двор… с Таней только попрощаюсь.

И он зашёл к Лиозновой на минутку, которая, впрочем, растянулась на целых десять, а потом мы опять по грязи зашлёпали к нашему двору. И первое же, что увидел в этом дворе, так это была драка… ну даже дракой это действо трудно было назвать, а просто трое кавказцев во главе с Жориком месили, как тесто, Славика Яшина.

- Эй-эй, мы так не договаривались, - закричал издали я, считая нужным поддерживать порядок во вверенном мне жилфонде, - чего это вы трое на одного и почему всё это в нашем, блять, дворе происходит?

Кавказцы на минутку приостановили замес Славика, а Жорик ответил, шумно дыша:

- А чего он залу..ется? Мы тут тихо-смирно сидели на лавочке, а он нас обзывать начал.

Высоцкий с большим интересом наблюдал происходящее, даже шепнул мне на ухо «Не, ну нравится мне твой двор, каждый раз тут что-то занятное происходит». А я же спросил у Славы:

- Они правильно говорят или как?

Славик, держась рукой за нос, распухший, как слива, ответил:

- Неправильно они говорят.

- Ну давай свою версию изложи.

- Они к Алёне подкатывать начали, а я сказал, чтоб они её в покое оставили, вот после этого и началось.

- Значит надо ещё Алёну выслушать, - вступил в разговор Высоцкий, снимая свои огромные черные очки, при этом кавказцы со Славиком его сразу узнали.

- Эээ… Владимир Семёныч? – спросил быстрее других соображающий Жорик.

- Он самый, - ответил Володя.

- А можно сфотографироваться с вами на память?

- Сейчас вот Алёну заслушаем, а там видно будет.

Я тем временем заметил, как искомая Алёна потихоньку выглядывает из-за двери подъезда и позвал её:

- Эй, Алёна, не прячься там, лучше сюда подойди.

Она послушно вышла из-за двери и подошла к собравшимся.

- Они действительно к тебе приставали? – спросил я, - а Славик тебя защищал?

- Да, так и было, - ответила она, потупив взор, - вон тот, что повыше, за руки меня начал хватать, поедем, сказал, с нами, пить-гулять будем, шашлык кушать будем и всё такое.

- А ты?

- А я ответила, что не люблю шашлык. А он – да кто тебя спрашивает, любишь ты там чего или нет. А тут и Славик подтянулся. И драка тут же началась.

Слава в моих глазах сейчас вырос на добрых десять сантиметров. А резюме нашей беседе подвёл Высоцкий:

- Вот что, парни, - обратился он к грузинам, - не будет вам никаких фоток, а лучше валите с этой территории, пока целы. Если б я приехал к вам, откуда вы там? В Кутаиси ваше если б я приехал и начал приставать к вашим подругам, что бы вы сделали? Вы же здесь гости, надо с уважением к хозяевам относиться.

Тот грузин, что повыше, видимо он у них за старшего был, аж в лице изменился, казалось, сейчас у него дым изо всех отверстий тела повалит.

- Слушай, кацо, - сказал он, сдерживаясь, по всему своему виду, с большим трудом, - мы здесь везде хозяева, да?

- А это с какого хера, - отозвался на его наезд я, - вы везде хозяева-то? Кто вас, блять, уполномочил на это?

- Нам уполномоченные ни к чему, - гордо продолжил он, - мы сами себя уполномачиваем, да?

- По-моему тут дальнейшие разговоры бесполезны, - сказал я Высоцкому, - тут другие только методы сработают.

- На кулаки намекаешь? – спросил он.

- Ага, на них.

- Вот что, парни, - взял инициативу на себя Семёныч, - фоткаться с вами я точно не буду, вот со Славиком с удовольствием, а с вами нет. Драться нам тоже резона никакого нет, ну что вы в самом деле, самому Высоцкому что ли морду набьёте? Так вас потом половина Кутаиси захочет отмудохать, если узнает. Так что идите-ка вы отсюда подобру-поздорову, пока я добрый.

Грузины переглянулись, потом Жорик отозвал их в сторонку на совещание, а далее самый длинный и главный из них бросил сквозь зубы, что мы ещё встретимся, и на этом они очистили горизонт.

- Не, ну ты хоть скажи, Семёныч, - обратился я к нему, - чего они так борзеют-то? Хозяева блять жизни нашлись… ничего за душой ведь нет, кроме хренового чая и раскисших мандаринов, а туда же, элита, сука…

- Да, сложный вопрос, - задумался тот, - так сразу и не ответишь. А тебе, Славик, я с удовольствием руку пожму. Молодец.

Славик на минутку перестал зажимать свой распухший нос, улыбнулся во все 32 зуба и ответил на рукопожатие.

- А ты очень красивая девчонка, - продолжил Володя, - я Славику даже немного завидую.

Алёна зашлась маковым цветом, но ненадолго, потому что вытащила откуда-то из кармана записную книжку с ручкой и попросила автографа.

- Ты наверно не знаешь, я автографов никому не даю, принцип такой у меня есть, - сказал бард, - но сфотографируюсь с тобой с большим удовольствием.

Тут уж я сбегал в свою квартиру, взял там давно по случаю купленный Зенит-19 (стоила эта техника в те годы бешеных денег, 350 руб) и Инну за шкирку, а потом вернулся во двор, где нас в разных сочетаниях сфотографировали я и Славик, он, сказал, знаком с этой техникой. Да, а пленка-то у меня там была заправлена позитивная и цветная, так что фотки классные должны были на выходе получиться.

Но это были ещё не все сюрпризы, по окончании фотосессии из девятого подъезда вылез оператор Антоша и сказал, что всё это дело он заснял целиком и полностью, в четвертую серию отлично ляжет. А кто тебе сказал снимать это, спросил я, а никто, ответил он, проявил, так сказать, разумную инициативу. Ну и ладушки…

И ещё Володю потом провожал на ночной поезд, травы, сказал ему, не обещаю, .но взамен неё что-нибудь обязательно придумаю в самое ближайшее время, зуб даю. Верю, ответил тот, ты вроде своё слово до сих пор держал. И дальше буду держать, подтвердил я, махая рукой вслед уползающему с перрона ночному Нижегородцу…

Глава 6

Трудовые будни

А назавтра у меня началось сами понимаете что – кино временно замерло в прыжке в сторону, значит на первое место вылез грамотный менеджмент и администрирование товарищества собственников жилья «Анюта». Ну и довеском к этому конечно шло наладка и регенерация политеховских структур. Начал с коммуналки, да…

С утра, значит, с раннего организовал звонок в Соединенные Штаты мистеру Спилбергу, у них-то там вечер ещё в Лос-Анжелесе, и даже не очень поздний. Попал с первого раза на него самого, ну надо ж.

- Хай, Стив, это такой Серж из Советского Союза, ничего, если оторву у тебя пару драгоценных минут?

- Да узнал я тебя, узнал, привет. Хочешь спросить насчет выхода в прокат «Пикника»?

- Честно говоря, я по другому поводу… но если уж об этом речь зашла, то да – расскажи о прокате «Пикника» плз.

- Через неделю премьера… нет, не в ЛА, а в Большом Яблоке… президента на этот раз не обещаю, но вся кинематографическая тусовка будет. Приедешь?

- Увы, Стив, я сейчас невыездной – попал в немилость к советским биг-боссам, поэтому отставлен от всех важных дел и сижу в своём закрытом городе Горьком. Так что могу поддержать только морально.

- А Энни?

- Расстались мы с Энни, уже месяца три как, так что про неё ничего не могу сказать.

- Ну хотя бы Инна моет приедет?

- Инна? Сейчас спрошу… она сказала, что подумает… да, мы теперь вместе, ты уж извини, что так вышло, это честно не моя инициатива была… ну и славно… да, а у меня вот какое дело к тебе – можно как-нибудь организовать пересылку в СССР пары-тройки лент кассовых американских фильмов… не обязательно новых… у нас тут в духе открытости и гласности киноклуб открывается, там и будем демонстрировать, укрепляя, так сказать, дружбу и добрососедство между народами.

- Ты понимаешь, Серж, дело это довольно непростое, у нас же здесь сплошной копирайт и соблюдение авторских прав… я конечно попытаюсь, но не уверен, что получится.

- Ну в любом случае спасибо за заботу.

- Да, а приглашение Инне я сегодня вышлю, и ещё этому… Юджину, который учёного играл.

- Да, высылай конечно. Ну удачи…

Да и хрен с ним, у меня запасной вариант есть. Попытка номер два.