Сергей Свой – Николай Второй сын Александра Второго (страница 47)

Я смотрел на это чудо техники и не верил своим глазам. Первый в мире дизельный двигатель. На двадцать пять лет раньше срока.

— Сколько лошадиных сил? — спросил я.

— Пять, — ответил Николай Оттович. — Пока пять. Но если увеличить цилиндр, будет больше.

— Хватит и пяти. Теперь надо доводить до ума. Делать надёжным, экономичным, пригодным для производства.

— Сделаем, ваше высочество. Теперь сделаем обязательно.

---

К концу 1864 года у нас работало уже три двигателя. Один — на заводе, качал воду из Невы. Второй — в мастерской, крутил станки. Третий — экспериментальный, с изменяемой степенью сжатия, для отработки режимов.

Слухи о новом двигателе дошли до Академии наук. Ко мне приехал Якоби, посмотрел, покрутил головой.

— Невероятно, ваше высочество. Просто невероятно. Вы понимаете, что вы сделали?

— Понимаю, Борис Семёнович. Понимаю.

— Если поставить такой двигатель на корабль — не нужны будут паровые машины с их котлами и углем. Экономия, дальность плавания...

— Именно, — кивнул я. — Но сначала надо довести до ума. И делать их много, на заводах.

— А патент? Вы подали заявку на патент?

— Нет ещё. Думал, может, не надо.

— Надо, ваше высочество! Обязательно надо! Иначе англичане или немцы узнают и украдут идею.

Я задумался. Дизель в оригинальной истории запатентовал свои идеи в 1890-х. Если я запатентую сейчас — кто сможет оспорить?

— Хорошо, — сказал я. — Подадим заявку. И в России, и в Европе.

---

Винтовка тем временем пошла в серию. Тульский, Ижевский, Сестрорецкий заводы переходили на новые станки. К концу 1865 года армия получила первые пятьдесят тысяч трёхлинеек. Солдаты были в восторге.

— Легкая, — говорили они. — И бьет далеко. И не заедает.

На полигонах испытывали новые патроны — с бездымным порохом. Я подсказал химикам, как его делать, и через год у нас был свой пироксилин.

Всё шло хорошо. Даже слишком хорошо.

---

В январе 1866 года случилось то, чего я боялся всё это время.

Утром, когда я собирался на завод, в комнату вбежал Саша.

— Никса! Стреляли в папеньку!

У меня оборвалось сердце.

— Что? Где? Когда?

— В Летнем саду, час назад. Какой-то человек выстрелил из пистолета, но промахнулся. Папенька жив, жив!

Я выдохнул. Жив. Значит, история повторилась — первое покушение на Александра Второго было в 1866 году, стрелял Каракозов. Но Каракозов? Тот самый студент, с которым я говорил на катке?

— Кто стрелял?

— Какой-то Каракозов, — ответил Саша. — Схватили его. Говорят, из революционеров.