Сергей Свой – Николай Второй сын Александра Второго (страница 45)
Осенью 1863 года случилось то, что заставило всех заговорить о моих экспериментах. На полигоне под Петербургом испытывали новую винтовку. Присутствовали военный министр, генералы, сам император.
Я стоял рядом с отцом и смотрел, как солдаты стреляют из трёх образцов. Первый давал осечку за осечкой. Второй заклинило после пятого выстрела. А третий — сделал двадцать выстрелов без единой задержки.
— Что это за винтовка? — спросил император.
— Моя, — ответил я. — Та, что я чертил.
— Подойди, покажи.
Я подошёл, взял винтовку в руки. Знакомое до боли ложе, приклад, магазин. Как в школьном тире.
— Смотри, папа. Затвор открывается поворотом рукоятки. Движением назад выбрасывается гильза. Вперёд — досылается новый патрон. Поворот — запирание. И можно стрелять.
— Пять патронов в магазине?
— Пять. А можно снаряжать по одному, если открыть затвор.
Отец взял винтовку, прицелился.
— Легкая, — удивился он. — И приклад удобный.
— Я старался, папа.
— Сколько может стоить такая винтовка?
— Если делать на новых станках — рублей двадцать, не больше. Старые винтовки дороже.
Военный министр Милютин подошёл ближе.
— Ваше величество, разрешите мне? — Он взял винтовку, осмотрел, разобрал. — Гениально, ваше высочество. Просто гениально. Мало деталей, легко разбирать, надёжно. Где вы взяли чертежи?
— Нарисовал сам, — скромно ответил я. — Помогали Горлов и Гуниус.
— Надо запускать в производство, — твёрдо сказал Милютин. — Чем быстрее, тем лучше.
Отец посмотрел на меня долгим взглядом.
— Ты уверен, Никса?
— Уверен, папа. Эта винтовка прослужит полвека.
---
Винтовку приняли на вооружение в начале 1864 года. Назвали её «винтовка системы наследника цесаревича», но я настоял, чтобы добавили имена Горлова и Гуниуса. В документах она значилась как «трёхлинейная винтовка обр. 1864 года».
Заводы переходили на новые станки. Токарные 1К62, которые мы успели назвать «николаевскими», выпускали десятками. Фрезерные пока были в единичных экземплярах, но работали безотказно.
А я думал о следующем шаге. О двигателе, который изменит мир.
---
Дизель.
Рудольф Дизель родится через пять лет. Его двигатель появится только в конце века. А если сделать его сейчас? Если использовать то, что я знаю из учебников?
Я сидел над чертежами и вспоминал принцип работы дизельного двигателя. Сжатие воздуха до высокого давления, нагрев до температуры воспламенения, впрыск топлива, расширение газов. Всё просто, если знать. Но как объяснить это инженерам, которые никогда не видели ничего подобного?
В мае 1864 года я вызвал к себе самых толковых механиков и инженеров. Кроме Павла Осиповича и Ивана Кузьмича, приехал Николай Оттович, немец из Риги, работавший на машиностроительном заводе, и молодой талантливый инженер Александр Гаврилович, только что окончивший Петербургский технологический институт.
— Господа, — начал я. — Я хочу показать вам ещё одну идею. Двигатель, который будет работать на любом дешёвом топливе. На нефти, на мазуте, даже на растительном масле.
— Паровой двигатель? — спросил Николай Оттович.