Сергей Свой – Николай Второй сын Александра Второго (страница 150)

Город горел. Дома рушились, люди гибли под обломками, женщины с детьми прятались в подвалах.

Сашин батальон получил приказ контратаковать. Танки вошли в город с востока, стреляя по немецким позициям. Один танк подбили из засады — пушка ударила в борт, машина загорелась.

— Командир, пригнись! — крикнул механик, заметив немца с крепостным ружьем.

Пуля ударила в башню, но броня выдержала. Саша развернул пушку и выстрелил в дом, откуда стреляли. Дом рухнул.

— Вперед! — скомандовал он.

Танки прорвались к центру города, где закрепились немцы. Завязался бой за каждую улицу. К вечеру Гумбиннен был очищен от противника, но Ренненкампф потерял половину армии.

Сцена 8. Ночной разговор в окопах

Ночью, когда бой затих, Саша сидел в блиндаже с солдатами и пил горячий чай. Горела коптилка, пахло махоркой и потом. Солдаты молчали, усталые, измотанные.

— Вашбродь, — обратился к Саше пожилой унтер, — а правда, что немцев в два раза больше?

— Правда, — кивнул Саша.

— И что, мы их побьем?

— Побьем. У нас танки, у нас «катюши», у нас дух русский. А у них — только числом.

— Дух, — усмехнулся унтер. — Духом сыт не будешь. Вон, скольких сегодня положили.

— Много, — согласился Саша. — Но они тоже много положили. И еще положат. Война.

— А вы, вашбродь, из каких будете? — спросил молодой солдат. — Видать, образованный, в танке ездите.

— Из петербургских, — уклончиво ответил Саша. — Учился, потом в армию пошел.

— А фамилия как?

— Александров.

— Слышь, мужики, — зашептал кто-то, — а может, это сам царский сын? Говорят, он где-то здесь.

Саша улыбнулся:

— Царский сын наверное в штабе сидит, там чай пьет. А мы тут.

Солдаты засмеялись, напряжение спало.

— Ладно, ваше благородие, — сказал унтер. — Спасибо за компанию. Отдохните, завтра опять в бой.

— Спасибо, братцы. Отдохнем.

Саша вышел из блиндажа. Ночь была звездной, тихой. Где-то вдалеке стрекотали пулеметы, вспыхивали ракеты. Война не спала.

Сцена 9.



5 апреля. Второй эшелон немцев

Гинденбург ввел в бой еще резервы. Свежие немецкие части обрушились на 2-ю армию Лечицкого. Три дня и три ночи шли непрерывные атаки. Русские держались, но таяли с каждым часом.

Лечицкий запросил подкреплений. Ответ из Ставки был коротким: «Держитесь. Помощь уже в пути».

— Сколько еще сможем держаться? — спросил Лечицкий начальника штаба.

— Сколько нужно, ваше превосходительство.

— Тогда будем держаться до последнего.

На рассвете 6 апреля немцы прорвали фронт 2-й армии в трех местах. Лечицкий бросил в бой последние резервы — сводный полк из штабных, связистов и обозников. Они дрались отчаянно, но силы были неравны.

— Ваше превосходительство, — доложил адъютант, — немцы в пяти верстах от штаба. Прикажете эвакуироваться?