Сергей Свой – Митридат. Падение Рима (страница 34)
Порты.
Деньги.
И Леонтиск сказал:
— Если начнется осада, придется закрыть гавань цепями.
Андрей автоматически ответил:
— Тогда нужны огнеметные суда.
Тишина.
Леонтиск моргнул.
— Какие суда?
Проклятье.
Андрей слишком быстро думал современными категориями.
— С маслом и смолой, — спокойно исправился он. — Поджигать корабли противника.
Леонтиск медленно кивнул.
Но Артемидор уже смотрел иначе.
Подозрительно.
Старик начинал чувствовать:иногда в царевиче говорит кто-то другой.
После совета Андрей вышел один во внутренний двор.
Ночь была холодной.
Море шумело за стенами.
Он оперся руками о камень и медленно выдохнул.
Опасно.
Очень опасно.
Если люди начнут считать его безумцем —Лаодика победит.
Но если он станет обычным античным правителем —проиграет Риму.
Вот главная ловушка.
Ему нужно менять мир, не показывая, насколько он отличается от этого мира.
И тут за спиной раздался голос:
— Кто ты?
Андрей резко обернулся.
Артемидор.
Старик стоял неподвижно.
Без страха.
Без почтения.
Просто смотрел.
— Осторожнее с такими вопросами, — тихо сказал Андрей.
— Нет. Осторожнее с ответами.
Тишина.
Ветер качнул факел.
— Иногда ты говоришь как грек. Иногда как перс. Иногда как человек из будущего.
Проклятье.
Слишком умный старик.
— А иногда? — спокойно спросил Андрей.
Артемидор долго молчал.
Потом тихо произнес:
— Иногда ты говоришь так, будто уже видел конец мира.
И это попало слишком точно.
Потому что Андрей действительно видел.
Не буквально.
Но видел империи, войны, города в огне, тотальные государства, промышленную смерть.
Рим для него не был вершиной ужаса.
Он был началом.
Андрей медленно сел на каменную скамью.
Усталость внезапно навалилась всей тяжестью.
— Ты веришь в судьбу? — спросил он.
Артемидор пожал плечами.
— В древнем мире это почти обязательное условие жизни.
Андрей усмехнулся.
— А если судьба ошиблась эпохой?
Старик нахмурился.
Не понял.
И хорошо.
Некоторые вещи лучше не объяснять.
В этот момент снаружи послышался топот копыт.
Быстрый.
Тревожный.