Сергей Свой – Мир всё помнит иначе (страница 11)
— Тогда расскажите хотя бы то, что знаете наверняка.
Михаил немного подумал.
— Хорошо. Но сначала ответьте мне на один вопрос. Только честно.
— Постараюсь.
— Когда вы в последний раз были абсолютно уверены в своей памяти?
Алексей удивленно поднял брови.
— В каком смысле?
— В самом прямом. Вы ведь уже заметили, что воспоминания начинают меняться.
— Нет.
Ответ прозвучал слишком быстро.
Михаил ничего не сказал.
Он просто молча смотрел на Алексея.
Тот хотел повторить, что с памятью у него все в порядке, но неожиданно вспомнил фотографию с родителями. Еще несколько минут назад он никак не мог восстановить в памяти, кто именно нажал кнопку фотоаппарата.
«Пустяки», — решил тогда Алексей.
С кем не бывает.
Но теперь он попытался вспомнить другое.
В какой рубашке утром ушел на работу?
Казалось бы, самый простой вопрос.
Он открыл шкаф в прихожей.
На вешалке висела темно-синяя куртка.
Под ней — светлая рубашка.
Или не та?
Алексей нахмурился.
Еще утром он был уверен, что надел серую.
Нет... голубую.
Или все-таки белую?
Он вдруг поймал себя на том, что мысленно перебирает варианты, словно речь идет не о сегодняшнем дне, а о событиях многолетней давности.
Это было неприятное ощущение.
Он прекрасно помнил разговор с охранником в офисе.
Помнил запах кофе.
Помнил дождь.
Но такие простые мелочи, которые обычно даже не требуют усилий, неожиданно начали расплываться.
Михаил наблюдал за ним с сочувствием.
— Именно так все и начинается.
— Почему?
— Потому что память — часть реальности. Если меняется одно, постепенно меняется и другое.
Алексей медленно сел обратно.
— Вы хотите сказать, что мои воспоминания кто-то переписывает?
— Нет. Если бы их переписывали, вы ничего не заметили бы.
— Тогда что происходит?
Михаил некоторое время молчал.
Он подбирал слова очень осторожно, словно боялся одной неточной фразой разрушить и без того шаткое понимание происходящего.
— Представьте старую библиотеку, — сказал он наконец. — На одной полке стоит десять экземпляров одной и той же книги. Снаружи они совершенно одинаковые. Но внутри каждая отличается от предыдущей всего несколькими страницами. Где-то изменена одна фамилия, где-то не произошло важное событие, где-то человек принял другое решение. Если открыть любую из этих книг, вы будете уверены, что именно она настоящая.
— И что?
— А теперь представьте, что однажды вас незаметно пересадили из одной книги в другую.
Алексей молчал.
Он уже хотел возразить, но неожиданно понял, что пример оказался слишком понятным.
— Вы хотите сказать, что я... оказался не в своем мире?
Михаил покачал головой.
— Я пока ничего такого не говорил.
— Но именно это вы сейчас описали.
— Не совсем.
Он впервые за весь вечер позволил себе улыбнуться.
— Видите ли, Алексей... самое неприятное заключается в том, что человек почти никогда не переходит из одного мира в другой.
Он делает нечто гораздо более странное.
На этот раз замолчал уже Алексей.
Он вдруг почувствовал, что следующий ответ может оказаться куда страшнее всех предыдущих.
Михаил поднялся со стула, подошел к окну и несколько секунд смотрел на вечерний город.
Потом тихо сказал:
— Иногда мир остается на месте.
А исчезает сам человек.
И вот этого никто до сих пор так и не смог объяснить.
Глава 3
Михаил еще некоторое время стоял у окна. Он смотрел вниз, во двор, где под моросящим дождем спешили по своим делам совершенно обычные люди. Кто-то возвращался с работы, кто-то вел за руку ребенка, молодая женщина безуспешно пыталась раскрыть зонтик, который никак не хотел фиксироваться. Во всей этой картине не было ничего необычного.
Наконец он повернулся к Алексею.