Сергей Свой – Ганнибал Барка. Гений Карфагена – 2 (страница 7)

– Используй только в самом крайнем случае, – сказал Замар. – Ваша задача – продержаться. Мы вернёмся через три месяца со следующим караваном и сменой части гарнизона. До тех пор – никаких огней на скалах по ночам. Никаких выходов за пределы бухты. Вы – мёртвые для мира. Понятно?

– Мы – тень Царя, – без тени улыбки ответил Луско. – Мы будем его тенью, пока он не прикажет нам стать пламенем.

На рассвете эскадра, теперь тяжело гружёная, стала выходить из бухты. Это был ювелирный и опасный манёвр. «Стрелы» снова шли первыми, промеряя фарватер. Грузовые суда, одно за другим, с величайшей осторожностью выводили на канатах через узкий проход. Последним вышел корабль Замара. Он обернулся, глядя на скалы, скрывающие сокровище. На самой высокой точке, у входа в пещеру, он увидел крошечную фигурку. Луско. Он стоял и смотрел на уходящие корабли, один на один с самой страшной тайной империи.

Обратный путь был напряжённым. Перегруженные суда едва слушались руля, их борта глубоко сидели в воде. Любая серьёзная волна могла стать фатальной. Но, к счастью, погода благоволила. Они шли медленно, и лишь через три недели, уже почти без припасов и с измученными экипажами, впередсмотрящий увидел знакомые очертания скалы Гадеса.

Весть об их возвращении опередила их. Когда эскадра вошла в гавань, её встречала не просто обычная толпа. На причале, окружённый своей свитой и охраной, стоял сам Ганнибал. Он прибыл из Рима на самой быстрой «Стреле», едва получив сигнал с дозорной башни.

Замар, грязный, заросший, но с горящими глазами, сошёл на берег и преклонил колено.

– Владыка. Задание выполнено. Все десять судов загружены. Крепость «Феникс» основана и готова к обороне. Гарнизон на месте. Груз… – он обернулся рукой к кораблям, с которых уже начинали сгружать первые мешки, – груз соответствует самым смелым ожиданиям.

Ганнибал не стал смотреть на мешки. Он положил руку на плечо капитана.

– Встань, Замар. Ты привёз не груз. Ты привёз будущее. Теперь оно у нас в руках. И благодаря тебе и людям в «Фениксе»… оно останется в наших руках навсегда.

В тот вечер, в доме наместника Гадеса, Ганнибал впервые за многие месяцы позволил себе роскошь – кубок неразбавленного вина. Он смотрел на груды белого камня, сложенные на освещённом факелами складе у гавани. Этот камень был надёжнее любой армии, сильнее любой стены. Но он же был и проклятием. Теперь его империя держалась на двух столпах: на железе «Титанов» и на соли пещер «Феникса». И защитить второй столп было сложнее, чем построить первый. Тень, которую они отбросили, убив Сосибия, стала лишь длиннее и гуще. Впереди были новые Сосибии, новые Филиппы, новые «Сыны Реи». И с каждым шагом в светлое технологическое будущее им предстояло погружаться во всё более тёмное настоящее заговоров, убийств и беспощадной необходимости.

Но пока в его руках был этот холодный, солёный на вкус камень, будущее всё ещё было его. И он был готов заплатить за него любую цену. Даже если эта цена – его собственная душа.

Глава 5

Глава пятая: Оловянные драконы северных морей

Прошло полгода. Полгода каторжного, ни на миг не прекращавшегося труда. И теперь результат этого труда зримо и грозно являл себя в водах Тибра, превратившихся в самую защищённую и смертоносную акваторию в мире.

Стоя на вершине новой, специально построенной смотровой башни «Око Феникса», Ганнибал обводил взглядом свою армаду. Его детище. Его стальная воля, воплощённая в дереве, пеньке и бронзе. Воздух был наполнен не просто запахом смолы и моря, а специфическим, горьковатым запахом прогресса – гарью от пробных выстрелов, дымом кузниц и свежеструганного дуба.

«Титаны» – их было уже три. Первенец, «Феникс», и два новых собрата – «Атлант» и «Тартесс». Они возвышались над всем, как плавучие крепости. Их длинные, стремительные корпуса, окрашенные в кроваво-красный цвет ниже ватерлинии и в угольно-чёрный выше, казались вырезанными из ночи. Три могучих мачты несли сложное парусное вооружение – прямые паруса на реях и косые на бушприте и бизань-мачте. Но главной их силой было не это.

По каждому борту «Титана», на двух орудийных палубах (ещё одно революционное решение, позаимствованное из смутных воспоминаний о линейных кораблях), зияли квадратные орудийные порты. По десять с каждого борта. Двадцать «Громовержцев» калибром в два пальма. Но и это была не вся мощь. На высокой кормовой надстройке, на специальной вращающейся платформе, были установлены четыре «Горных дракона» уменьшенного калибра, но с удлинёнными стволами для большей точности. Их задача – кинжальный огонь по курсу и в погоню. Двадцать четыре ствола на корабль. Цифра, не укладывавшаяся в голове у любого адмирала Средиземноморья, привыкшего считать силу в вёслах и таранах.

Рядом с «Титанами», как стая стремительных акул вокруг китов, теснились «Стрелы». Их было уже восемь. «Молния», «Ураган», «Вихрь», «Шквал»… Их имена говорили сами за себя. Это были корабли-охотники, разведчики и истребители. Одно мачтовое вооружение, один ряд вёсел для экстренного манёвра, невероятная скорость под парусом. Их вооружение было скромнее, но не менее смертоносно: по шесть «Громовержцев» на борт и две кормовые пушки. Их сила была в скорости, манёвренности и внезапности. Они могли настичь любое судно и разнести его в щепки, прежде чем оно успеет развернуться для абордажа.

А на стапелях, покрывая весь южный берег Тибра на милю вниз по течению, клонились в небо скелеты ещё шести «Титанов» и двенадцати «Стрел». Грохот сотен молотов был постоянным, как шум моря. Это был уже не эксперимент. Это было конвейерное производство. Стандартизированные килевые балки, шпангоуты, выкройки парусов, отлитые по единой форме стволы орудий и лафеты. Судостроение превратилось из искусства в индустрию. И сердцем этой индустрии была нескончаемая река белого кристаллического камня, приходившая караванами из «Феникса». Без этого ресурса всё это было бы невозможно.

Рядом с Ганнибалом стоял Гелон, его главный инженер. Грек держал в руках планшет с расчётами, но его взгляд тоже был прикован к флоту.

– Поставки с «Феникса» идут по графику, владыка. Каждый месяц по три гружёных каравана. Мы накопили запас селитры на год бесперебойного производства пороха. Лаборатории «Долины Смерти-2» работают в три смены. Мы можем вооружать новый «Титан» каждые сорок дней. Но есть проблема.

– Какая? – не отрывая взгляда от «Атланта», спросил Ганнибал.

– Медь и олово. Для бронзы орудий. Испанские рудники богаты медью, но олова… олова катастрофически не хватает. То, что мы получаем через галльских посредников из Британии – капля в море. А без олова нет бронзы. Нет бронзы – нет новых «Громовержцев». Мы исчерпали все бронзовые статуи Рима и Капуи. Нам нужен собственный, надёжный источник. Не посредники. Руда.

Ганнибал кивнул. Он ждал этого. Олово – кровь бронзового века, остававшаяся критической и в веке железном для его специфических нужд. Британия… легендарные Касситериды, Оловянные острова. Миф для других. Насущная необходимость для него.

– Экспедиция готова? – спросил он.

– Готова. Как ты и приказывал. Три «круглых корабля» – «Весна», «Лето», «Осень». Переоборудованы под северные моря: усиленные корпуса, дополнительные помпы, угольные печи в трюмах для команды. И три «Стрелы» для эскорта – «Север», «Норд» и «Борей». Команды укомплектованы добровольцами с тройным жалованьем. Груз для торговли: стеклянные бусы, дешёвые, но яркие ткани, железные инструменты (топоры, ножи), амфоры с вином и оливковым маслом. И, конечно, немного оружия для демонстрации силы – два десятка фалькат и два десятка пилумов нового образца. Командует экспедицией… капитан Филон.

Старый корабел, когда-то главный скептик, а ныне – фанатичный последователь нового флота. Он сам выпросился в этот поход. Ему не терпелось испытать свои творения в настоящем, незнакомом море.

– Он знает задачу?

– Знает. Разведка, установление контактов с местными вождями, закупка максимального количества олова в слитках и зерне, разведка месторождений. И, если представится возможность, основание торговой фактории. Название уже есть – «Гавань Баала». Дипломатия прежде силы, но сила – всегда наготове.

– Пусть выходят с рассветом, – сказал Ганнибал. – И передай Филону: я жду не только олова. Я жду карт, течений, описаний берегов и народов. Его глаза – мои глаза. Пусть смотрит в оба.

В холодные воды

Экспедиция капитана Филона покинула устье Тибра на восходе. Вид шести кораблей, уходящих на север, был одновременно торжественным и зловещим. Три неуклюжих, но вместительных «круглых корабля» и три стремительных, низких «Стрелы» под парусами цвета воронова крыла. На борту «Севера», флагмана эскорта, Филон стоял на корме, чувствуя под ногами привычную уже вибрацию нового судна, но глядя в неизвестность.

Их путь лежал вдоль побережья Этрурии, через Лигурийское море, мимо Massalia (Массилии, союзного, но ревниво наблюдающего за ними греческого полиса), далее вдоль гористых берегов Галлии к проливу, который римляне называли Mare Gallicum, а карфагеняне – Северными Воротами. Плавание было тяжёлым. Летние ветры в тех широтах были капризными, часто налетали шквалы с запада, принося с собой стены холодного дождя. Команды «Стрел», привыкшие к тёплому Средиземноморью, кутались в звериные шкуры, взятые про запас.