Сергей Свой – Демон и юноша. Пожиратель времени – 3 (страница 6)

Остаток февраля прошел в странном, сюрреалистичном режиме. Виктор устроился на работу — курьером в небольшую доставку еды. Здоровое тело слушалось безупречно: он мог крутить педали велосипеда часами, не чувствуя усталости, таскать тяжелые сумки, бегать по лестницам. Хозяин фирмы — полный, вечно потный мужчина по имени Степан — смотрел на него с недоумением: парень с явно нерабочей внешностью, интеллигентным лицом и странной, застывшей печалью в глазах, вдруг оказался лучшим сотрудником.

— Ты где раньше работал? — спросил он как-то, отсчитывая Виктору зарплату.

— Нигде, — честно ответил Виктор. — Болел долго.

— А, понятно, — Степан понимающе кивнул. Виктор не уточнял, что именно тот понял.

Деньги позволили ему снять комнату. Маленькую, в коммуналке на окраине, с окном во двор и скрипучей кроватью. Хозяйка, древняя старуха с глазами выцветшими, как старое небо, брала недорого и не задавала вопросов. Ей было все равно, кто он и откуда. Она сама давно уже стала невидимкой для своих детей и внуков.

Виктор навещал маму почти каждый день. Сначала — под предлогом «проверить кран», потом — «принес продукты», потом — просто так. Она привыкла к нему. Называла «Витей», поила чаем, рассказывала о своих проблемах на работе, жаловалась на здоровье. Она все еще не помнила его, но в ее отношении появилась та особенная, спокойная теплота, которую испытываешь к хорошему, надежному знакомому. И Виктор дорожил этой теплотой больше всего на свете. Это было все, что у него осталось.

Он даже пытался познакомиться с Катей. Просто подошел, когда она курила у подъезда, и спросил, не хочет ли она выпить кофе. Она посмотрела на него внимательно, чуть прищурившись.

— Мы ведь раньше встречались? — спросила она. — У меня чувство, что я вас где-то видела.

— Возможно, — уклончиво ответил Виктор. — Я здесь недалеко живу.

— А, ну тогда понятно, — она пожала плечами и согласилась.

Кофе был неловким. Она говорила о работе, о подругах, о дурацком начальнике. Виктор слушал и не мог отделаться от ощущения, что разговаривает с призраком. Не с той Катей, которую помнил он, — звонкой, смешливой девочкой, строившей снежные крепости. С совершенно другим человеком, у которого было ее лицо, ее голос, но абсолютно чужая, незнакомая душа.

— Слушай, — сказала она, допив кофе, — ты, конечно, симпатичный, но какой-то странный. Смотришь на меня так, будто я тебе должна что-то, а что — сама не знаю.

— Извини, — Виктор отвел взгляд. — Просто показалось.

Она ушла, не обернувшись. Он остался сидеть за столиком уличного кафе, глядя на остывающий кофе, и вдруг поймал себя на мысли, что ему легче одному. Без попыток пробиться, без надежды быть узнанным. Одиночество — оно честное. Оно не обещает того, чего не может дать.

А в марте случилось то, что случилось.

Виктор возвращался с работы, усталый, промокший под ледяным дождем. У своего подъезда он увидел машину — старую, раздолбанную «Ниву» грязно-зеленого цвета. Кто-то сидел внутри, но из-за запотевших стекол невозможно было разглядеть лицо.

Виктор прошел к двери, и тут водительская дверца открылась. Наружу выбрался человек в длинном, старомодном пальто, надвинутой на глаза шляпе. Он был худой, высокий, с неестественно бледной кожей. И когда он поднял голову, Виктор увидел свое лицо.

Нет, не свое. Отцовское. Постаревшее, осунувшееся, с глубокими морщинами у губ и глаз, с сединой на висках. Но это был он. Игорь Лебедев.

— Здравствуй, сын, — сказал человек. Голос у него был тихий, безжизненный, как шорох осенних листьев. — Дед сказал, ты меня ищешь. Я здесь.

Виктор стоял, вцепившись в ручку двери, и не мог двинуться с места. Четыре года. Четыре года он хотел увидеть отца, услышать его голос, прикоснуться к нему. И вот он здесь. Живой. Настоящий. И от этого присутствия веяло таким ледяным, могильным холодом, что у Виктора перехватило дыхание.

— Зачем ты пришел? — спросил он.

— Повидаться, — отец пожал плечами. — Узнать, как ты. Я знал, что ты выберешь договор. Ты всегда был сильным, как твоя мать. Слишком сильным для своей болезни.

— Ты знал? — Виктор шагнул к нему. — Ты знал, что я болен? Что я умираю? И не пришел?

— Я не мог, — отец отвел взгляд. — Я потерял право приходить. Когда я подписал свой договор, я отдал не только память о себе. Я отдал право чувствовать. Я могу смотреть на твою мать и не испытывать ничего. Ни любви, ни тоски, ни сожаления. Я могу смотреть на тебя и видеть просто незнакомого молодого человека. Это… удобно. Это единственный способ выжить, когда ты становишься никем.

— Ты сбежал, — сказал Виктор. В его голосе не было злости. Только усталость. — Ты просто сбежал.

— Да, — легко согласился отец. — Я сбежал. Как и ты. Как и дед. Мы все бежим от чего-то. Вопрос только в том, что мы оставляем за спиной.

Он смотрел на сына долгим, изучающим взглядом.

— Ты хочешь разорвать договор, — сказал он. — Я вижу это в твоих глазах. Ты хочешь вернуть свою мать, свою жизнь, свое имя. И ты думаешь, что готов заплатить любую цену.

— Да, — твердо сказал Виктор.

— Не готов, — покачал головой отец. — Ты даже не представляешь, какова эта цена. Дед не сказал тебе? Он всегда был слишком гордым, чтобы просить. А я скажу. Чтобы разорвать договор, нужно не просто принять на себя долг другого. Нужно взять всю боль рода, сконцентрировать ее в себе, как в линзе. И потом… погасить. Одним ударом.

— Как? — Виктор смотрел на него в упор.

Отец молчал долго. Дождь стучал по капоту «Нивы», по крышам машин, по асфальту. Мир вокруг них сузился до размеров этого темного двора, двух фигур под холодным мартовским дождем.

— Есть способ, — сказал наконец отец. — Но я не скажу тебе. Потому что, если я скажу, ты его используешь. А я не хочу терять сына дважды.

Он развернулся и пошел к машине. Виктор бросился за ним, схватил за рукав пальто.

— Стой! Ты не можешь просто уйти! Ты должен мне ответ!

— Я ничего тебе не должен, — отец обернулся. В его пустых, мертвых глазах вдруг мелькнуло что-то живое. Боль. Настоящая, острая, почти забытая боль. — Я отдал все свои долги, сынок. Все, кроме одного. Я должен тебе жизнь. И я отдам ее, когда придет время.

Он сел в машину, захлопнул дверцу. Двигатель завелся с пол-оборота. Виктор остался стоять под дождем, глядя, как красные огни стоп-сигналов исчезают за поворотом.

«Я отдам ее, когда придет время».

Что это значило? Что отец задумал? И почему от его слов веяло таким ледяным, окончательным спокойствием?

Виктор медленно поднялся на свой этаж, вошел в комнату, рухнул на кровать. Он не зажигал свет. Он лежал в темноте, слушая, как дождь барабанит по стеклу, и пытался понять, что только что произошло.

Отец был жив. Отец был мертв внутри. Отец знал способ разорвать договор. Отец не хотел ему говорить, потому что боялся за него.

Но если есть способ, я его найду. Я должен его найти. Ради мамы. Ради бабушки. Ради себя. Я не могу жить призраком. Я не хочу.

Где-то в глубине дома, в своей коммунальной комнате, древняя старуха-хозяйка вдруг проснулась среди ночи от острого, необъяснимого чувства тревоги. Ей показалось, что в стенах дома что-то изменилось. Какая-то давняя, забытая боль, спавшая десятилетиями, вдруг всколыхнулась и задышала. Она перекрестилась на темный угол, где у нее висела икона, и прошептала:

— Господи, помилуй. Чует мое сердце, не к добру это.

И снова провалилась в тяжелый, без сновидений сон.

А Виктор лежал на спине, глядя в потолок, и медленно, методично выстраивал в голове план. Он не знал, как найти ответы. Он не знал, существует ли вообще способ разорвать договор, не уничтожив себя. Но он знал одно: он больше не будет пассивным приемником чужой воли. Он не будет ждать, пока Сущность выпьет его боль до дна.

Он сам пойдет к ней. И сам спросит, чего она хочет на самом деле.

За окном дождь сменился мокрым снегом. Белые хлопья кружились в свете фонаря, падали на черный асфальт и мгновенно таяли, не оставляя следа.

Как и люди, которых коснулся договор.

Как и он сам.

Глава 3

ГОСТЬ ИЗ СТАРОЙ ФОТОГРАФИИ

После той встречи с отцом Виктор перестал спать.

Это н

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.