Сергей Сурин – Английский футбол. Вся история в одной книге. Люди. Факты. Легенды (страница 29)

Здесь тоже нужна была унификация — иначе, чтоб как-то выходить из положения, приходилось играть по правилам принимающей стороны.

В 1882 году представители Англии, Шотландии, Уэльса и Ирландии собрались в Манчестере и сумели договориться о создании специального Совета. И уж заодно, чтоб лишний раз не встречаться, — договорились о проведении в 1884 году международного футбольного турнира — домашнего чемпионата Великобритании. Это был первый международный турнир. А в 1886 году, как и договаривались, был создан Международный совет футбольных ассоциаций (IFAB), призванный сначала стандартизировать правила для международных соревнований, а затем уже — следить за всеобщими едиными правилами игры в футбол, охраняя их днем и ночью. Бдительно и круглосуточно. В общем — появились в футбольном мире вахтеры и церберы правил.

При голосовании по любому вопросу — права каждой из четырех стран были равными. Англия не давила на психику — ну и с чего бы ей было давить, если первым чемпионом Великобритании стала Шотландия…

Среди четырех основателей IFAB были и два апостола футбола — майор Мариндин и Чарльз Олкок.

В 1904 году образовалась влиятельнейшая ныне Международная футбольная организация ФИФА. Поначалу в нее вошли 7 стран. Великобритания входить не собиралась — она всех мелко видела, будучи лучшей и несравненной. ФИФА, чтоб не накалять отношения с родоначальницей, мамой футбола, — сразу же согласилась, что изменение правил отныне и во веки веков — дело IFAB. Но популярность футбола в мире росла не по часам, а по минутам и вместе с ней неминуемо рос авторитет ФИФА. В 1906 году, подумав пару лет и просчитав варианты, английская Футбольная Ассоциация заметно снижает уровень собственной гордыни и вступает в ФИФА. Это было «мы к вам». В ответ на это в 1913 году представитель ФИФА вошел в состав IFAB. Это уже «вы к нам». Распределение голосов при голосовании в IFAB после этого стало следующим:

Англия — 2 голоса,

Шотландия — 2 голоса,

Уэльс — 2 голоса,

Ирландия — 2 голоса,

ФИФА –2 голоса.

Но для принятия решения необходимо было четыре пятых (80 %) голосов. Что из этого следует? То, что великобританцы вполне могли кооперироваться, проявляя англоязычную солидарность, и прокатывать представителя ФИФА со всеми его предложениями — что он был, что его не было.

В 1958 году система голосования была все-таки изменена в пользу ФИФА. Великобританцы проявили милосердие, и теперь голоса распределялись так:

Англия — 1 голос,

Шотландия — 1 голос,

Уэльс — 1 голос,

Ирландия — 1 голос,

ФИФА — 4 голоса.

Кроме того, снизился процент голосов, необходимый для принятия решения. Теперь требовалось 75 %, то есть шесть голосов из восьми. Соответственно, чтобы провести свое решение, представителю ФИФА необходимо скооперироваться с двумя странами Великобритании, что непросто, но возможно. С другой стороны, кооперация англоязычных ни к чему не приведет — ситуация будет патовой, так что компромисс обязателен по определению. Чтобы никому не было обидно, Совет заседает два раза в год поочередно в каждой из британских стран.

А один раз в истории футбола понадобилась срочная законодательная помощь со стороны IFAB. Дело было в 1924 году. Высший законодательный футбольный Совет принимает закон, разрешающий забивать голы прямым ударом с углового. Весь мир радуется. Люди выходят на улицы, обнимаются, поют песни. А затем в одном из матчей на «Уайт Харт Лейн» английский вингер «Эвертона», Сэм Чеджзой, поставив мяч для пробития углового, — вроде бы, ничего странного, — вдруг, как будто его какая муха укусила — вместо удара повел мяч к воротам и забил гол на глазах у изумленной публики, удивленных футболистов, вошедшего в ступор голкипера и пораженного до глубины души арбитра. Арбитр, придя в себя, гол не засчитал, но Футбольная Ассоциация вынуждена была признать, что Чеджзой не нарушал действующего законодательства, и отменила решение арбитра — гол был засчитан. Надо было срочно менять закон, чтобы подобное безобразие не происходило сплошь и рядом, — что и было сделано в экстренном порядке: IFAB, собравшись, постановил, что пробивающий угловой может ударить по мячу только один раз, после чего мяча должен коснуться другой игрок.

Стэнли Роуз

Членом Совета IFAB был и Стэнли Роуз. В футбол он не играл, зато судил много, а значит — правила знал хорошо. Завершив судейскую карьеру, 28 лет был главой Английской Футбольной Ассоциации.

В конце 1930-х годов к нему обратились, зная, что по специальности он, как и Эвелин Линтотт — школьный учитель, а значит, человек, не чуждый грамоте: переведите, пожалуйста, Стэнли, футбольные правила с языка XIX века (викторианского) на новый, ядерный, скоростной (XX века).

Стэнли перевел. Да так хорошо, что в следующий раз ревизию правил осуществили только в 1997 году, когда потребовалось еще больше упростить язык изложения — ведь футбол покорил все континенты, ну — возможно, кроме Антарктиды, если, конечно, там втайне от людей в футбол не играют пингвины. Борьба за доступность и краткость языка достигла своего апогея, и в своде правил 1997 года было уже на 3048 слов меньше, чем в своде Стэнли Роуза. Роуз передал сестру таланта, эстафету краткости, последующим поколениям.

Еще о нем: сначала Стэнли поработал 32 года секретарем ФИФА, а в год полета Юрия Гагарина — стал шестым президентом ФИФА (третьим и пока последним англичанином), отпахав на этом поприще 12 лет и 222 дня. И конечно же за все это стал сэром.

А вот как выглядит с высоты птичьего полета нынешняя структура правил — 17 законов, все разложено по полочкам, чисто и аккуратно:

Закон 1: Игровое поле

Закон 2: Футбольный мяч

Закон 3: Игроки

Закон 4: Экипировка игроков

Закон 5: Главный арбитр

Закон 6: Другие судьи и официальные лица матча

Закон 7: Продолжительность матча

Закон 8: Начало матча и возобновление игры

Закон 9: Мяч в игре и мяч вне поля

Закон 10: Гол

Закон 11: Офсайд

Закон 12: Нарушения правил и неспортивное поведение

Закон 13: Штрафные удары (прямые и свободные)

Закон 14: Пенальти

Закон 15: Вбрасывание мяча из аута

Закон 16: Удар от ворот

Закон 17: Угловой удар

Стэнли Роуз сделал футбольные правила прозрачными — отмыл, вычистил, причесал. Играть стало — одно удовольствие. С той поры любой может понять, что надо делать на поле.

Даже пингвины.

Глава II. «Книга судей»

Сами с усами

Вспомним вкратце историю появления на поле странного человека в черном со свистком.

В декабре 1863 года — когда снег до дьявола чист и метели заводят веселые прялки — в Англии были приняты унифицированные футбольные правила. Пошел отсчет нашей (футбольной) эры. Командам уже не надо было перед игрой долго и мучительно договариваться о длине ворот и ширине газона, о том, что можно делать на поле в этот вечер, чтобы он перестал быть томным, а что делать ни при каких обстоятельствах нельзя. Конечно, участники революционного футбольного движения радовались новизне и свежести ощущений. И настолько все это новое и революционное пришлось футболистам по душе, что началось у них, как сказал через 77 лет не самый добрый человек XX века Иосиф Сталин — головокружение от успехов. Показалось игрокам, что, раз уж в кармане шорт у каждого лежал буклет с едиными правилами, то никаких нарушений в принципе быть не может, ну а уж если кто-нибудь случайно, по неосторожности или поспешности, что-нибудь да нарушит, то в этом тут же чистосердечно признается.

Как иначе? Скажет: извините, коллеги. Погорячился…

Уверенность в том, что торжества справедливости на футбольном поле игроки добьются своими собственными силами, была полной и безоговорочной. В конце концов, в игре участвуют 22 английских джентльмена, воспитанных традицией на уважение к закону — стало быть, нет таких спорных моментов, которые они не смогли бы разрулить сообща, чисто по-джентльменски, — без продолжительного мордобоя.

А тем более — если в карманах буклеты с унифицированными правилами.

Итак: сначала договориться попробуют капитаны — самые уважаемые люди на поле, — таких в старину у германцев и скандинавов называли старейшинами. Ну а если вдруг у капитанов с консенсусом в этот вечер не заладится, мало ли, почувствуют личную неприязнь, то вопрос будет немедленно решен коллегиально — недаром же германцы, из которых вышли англосаксы, высадившиеся потом в Британии вместо ушедших тягаться с Аттилой римлян, решали спорные вопросы на так называемом тинге — общей веселой сходке мужского населения. Причем мужское население специально брало на сходку оружие, чтобы показать, что поиск консенсуса никогда не приведет к его применению и приличные люди всегда договорятся полюбовно — даже при наличие острых кинжалов за пазухой.

В общем, как и германцы, джентльмены начала футбольной эры были уверены, что к справедливости прорваться так или иначе удастся. Справедливость не за горами, она здесь, над полем брани, где бранятся, рождая истину, игроки в мяч ногами…

Но нет. Не тут-то было.

Несмотря на унифицированные правила, лежавшие в карманах шорт у футболистов, спорные моменты во время матча возникали буквально на каждом шагу — уж слишком разными были углы зрения у игроков противоборствующих команд. Ведь целью джентльменов была не справедливая игра, а победа. И поле игры постепенно становилось полем боя. Никто не хотел уступать — договариваться заточенным на победу джентльменам оказалось очень-очень трудно. Более того: некоторые джентльмены на время переговоров даже забывали, страшно сказать, что они — джентльмены. Про первый в Европе парламент, про Великую хартию вольностей, подписанную коварным братом Ричарда (того самого, со львиным сердцем) — Иоанном Безземельным — напрочь забывали! И про то, что это всего лишь игра — уже не помнили. Бились по-взрослому. Ни шагу назад…