Сергей Стиллавин – Мужчина – руководство по эксплуатации (страница 2)

Хотя со стороны эти отношения выглядят идеальными – не к чему придраться, – а ее всю воротит, ей неприятна сама мысль о предстоящем сексе, который нависает над ней, как дамоклов меч. Уклониться, имитировать или перетерпеть? Вот что занимает ее мысли каждый вечер. А ведь это такая тема, которую даже с подругой обсудить невозможно. Она чувствует вину за эти «неуместные» для правильной жены мысли.

Вообще говоря, «он хороший» – это исчерпывающее определение, и хороший он в первую очередь для ее матери, которая не нарадуется на зятя: «Как НАМ с ним повезло!», «Какой же он у нас замечательный, какой ответственный, не пьет, не курит, называет тещу мамой!». Подташнивает от такой правильности…

А ведь эта «правильная жизнь» скрыто подразумевает отрицание женской сексуальности. Именно поэтому на хорошего мальчика у женщины не стоит. Сказать прямо – это вовсе не те отношения, в которых живет желание.

Вообще, если мужчина хочет, чтобы женщина испытывала к нему сексуальный интерес, ему не стоит быть слишком правильным, не стоит заискивать перед тещей или пытаться дружить с ней. Путь к сексуальному интересу женщины точно лежит не через ее мать. Пусть лучше дружит с ее кошечкой, это гораздо продуктивнее.

Так вот, с одной стороны, у нас «хороший мальчик», с которым душно и в отношении которого она не испытает желания, а с другой стороны – «подонок». Умный подонок. К нему женщина испытывает влечение, страсть, переживает муки ревности… Этот «плохой мальчик», в отличие от «хорошего», часто обращается с ней просто отвратительно: унижает ее, не звонит, изменяет и не чувствует за это вины. Его важная черта – он ни в чем себе не отказывает: живет как хочет. Ему плевать на ее чувства, в отличие от «хорошего мальчика». Подонок делает все то, что она себе никогда бы не позволила.

Да, кстати, этот подонок НЕ нравится ее матери. Отношения с таким мужчиной – это то, что женщина внутренне противопоставляет материнскому требованию правильной жизни. Он совершенно «неправильный». Разумеется, никакая мать не хочет такой судьбы для своей доченьки.

Подонок – это олицетворение желания, не скованного никакими рамками. Он не хочет и не способен быть верным: ему важно сохранить за собой право нарушать любые запреты. Он не ведется на женские манипуляции и никогда не дает женщине взять верх в отношениях. Роман с таким мужчиной – это головокружительный коктейль из страдания и наслаждения.

В книге Жоржи Амаду «Дона Флор и два ее мужа» различие между «правильным» и «неправильным» проявлено особенно ярко. С одной стороны – хороший, нудный и скуповатый муж, который заботится о главной героине и дружит с ее матерью, но с ним она не чувствует себя сексуальной женщиной. А с другой стороны – отъявленный мерзавец, Гуляка, который бьет ее, спускает в карты все ее состояние, спит с ее подругами за ее спиной… Но только к этому негодяю героиню и влечет. Он единственный, кто может поставить на место ее мать. По сути, он исполняет подсознательное желание главной героини, признаться в котором она, подавленная матерью, себе не позволяет: сказать той «нет».

Парадоксально, но именно с мерзавцем героиня чувствует себя женщиной. Не в том смысле, что он дарит ей цветы или ухаживает за ней, а в том, что она ощущает себя в контакте со своей сексуальностью, со всей своей внутренней страстью. Только он умеет смотреть на ее тело таким взглядом, благодаря которому она чувствует себя желанной. Он, подобно змею-искусителю, открывает ей ее наготу и дает доступ к наслаждению. Отношения с ним – это взрыв страсти. Гулякой она дорожит именно потому, что через него пролегает путь к ее собственной женской сексуальности.

Но неужели женщина может обрести контакт с самой собой, только повстречав на своем пути настоящего мерзавца?

Вряд ли женщина сознательно мечтает о подонке. Скорее она неосознанно предвкушает встречу с ТЕМ САМЫМ, кто осмелится открыть ее «ящик Пандоры». Не всегда подонок реален. Зачастую это просто женская фантазия о таком своевольном мужчине. И чем сильнее женщина задавлена требованиями, тем неизбежней ее встреча с «Вронским».

Глава 2

Не виноватая я, он сам пришел!

Сейчас я выскажу мысль, которая станет до конца понятна лишь к концу книги.

Подонок, Гуляка, Вронский – все эти персонажи просто являются выражением бессознательной потребности женщины встретить такую фигуру в своей жизни. Появление подонка в жизни женщины – это не роковая случайность, не совпадение, не ошибка – это внутренняя необходимость найти, или даже создать, ТОГО, КТО НЕ ПОБОИТСЯ взять вину за ее желание, за ее наслаждение, за ее «грех» на себя.

Но способен ли мужчина из плоти и крови бросить такой «безбожный» вызов?

В средневековых легендах встречается образ инкуба. Инкуб – это демон, который блуждал в поисках женского наслаждения и посещал женщин ночью в эротических снах. Он вступал с ними в отношения без их ведома и заставлял женщин «грешить» ПРОТИВ СВОЕЙ ВОЛИ. По сути, инкуб – это женский ответ на строгие рамки средневековой морали. Это протест женского «грешного» «хочу» против нравственного «надо».

Одна из самых распространенных женских сексуальных фантазий – это мужчина, который берет женщину силой против ее воли: мужчина, освобождающий ее от вины за собственное наслаждение. Безусловно, вторжение фантазии в ее жизнь в форме реального насилия – это не то, чего женщина на самом деле жаждет. Фантазия на то и фантазия, чтобы остаться сном, грезой, но не стать кошмарной явью.

Любопытно, что incubus – это не только имя демона наслаждения, но еще и название ночного кошмара. Например, в английском языке слово «кошмар» – nightMARE – буквально так и переводится – «ночной демон». Ночной кошмар – это место, где собственные бессознательные желания и наслаждения реализуются в форме страха и ужаса.

Средневековые религиозные суды к женским снам относились со всей строгостью. Они оценивали виновность женщины за отношения с инкубом по степени добровольности. Принципиальным для дальнейшей судьбы грешницы становился вопрос, была ли связь с инкубом желанной или же он взял ее силой. Понять это – задача, знаете ли, непростая, учитывая, что никто из перевозбужденных ученых мужей со свечкой в ее снах не стоял.

Все эти фигуры вроде инкубов, демонов и оборотней сохранялись в пространстве культурного воображаемого именно благодаря женскому желанию – найти достойный и подходящий для себя объект; женскому желанию, которое сохраняло эту фантазию порой даже ценой расплаты.

Слишком страстная женщина в давние времена могла запросто обнаружить себя на дыбе. От инквизиции она претерпевала пытки и мучения. Хотя, вообще говоря, мазохизм и женское наслаждение зачастую идут рука об руку. Достаточно взглянуть на средневековые сцены экзорцизма: изгнания бесов или даже самого дьявола. Посмотрите, ведь эти содрогания женского тела, конвульсии, вопли, крики – одновременно и нечеловеческие страдания, и сцены мучительного женского наслаждения, которое она мазохистически претерпевает.

У женщин есть бессознательная потребность быть наказанной за «греховные» фантазии и желания. Причем наказание, боль и наслаждение удивительным образом переплетаются. Так что одно уже нельзя отличить от другого.

Раньше, в античную эпоху, таким партнером для женщины – фигурой, с которой ассоциировалось женское наслаждение, – был Зевс, регулярно вступавший в связь с простыми смертными девушками, например, в образе зверя. И они, выбранные богом, всегда жестоко расплачивались за эту страсть. Или, скажем, библейский змей-искуситель, который совращает замужнюю Еву на порочный путь наслаждения, смешанного с болью, виной и с последующим наказанием.

Времена идут, но суть не меняется. Фразы «Накажи меня!», «Сделай мне больно!» и «Невиноватая я – он сам пришел!» остаются актуальными для женщин во все времена.

По сути, подонок – это современное воплощение средневекового инкуба. Подонок – это по-прежнему женский сон.

В новое время аналогом демона наслаждения стал мужчина-вампир или мужчина-оборотень. Мужчина-хищник. Он одержим желанием и подчиняет женщину своей воле. Только такому она может отдать всю себя, без остатка. «Возьми меня!»[1]

В реальных отношениях «остатком» наслаждения часто является вина, в то время как подонок как будто сообщает: «Тебе можно, я беру все на себя!»

Подсознательная фантазия о том, что кто-то может наслаждаться без вины, настолько притягательна, что женщина готова наделить простого смертного чертами инкуба из ночных грез. Таким образом, бессознательным сексуальным партнером женщины является скорее не реальный мужчина из плоти и крови, а инфернальное существо, демон, вампир, оборотень, хищник, подонок – все те, кого она порождает своей фантазией, своим желанием и кто вводит ее в пространство наслаждения, вины и «греха».

Интересно, что все эти «друзья женщин» связаны с влиянием Луны и женскими циклами. По легенде, именно в полнолуние обычный мужчина превращается в зверя или вампира, одержимого жаждой крови. Луна в самых разных культурах отсылает к загадочной женской сексуальности, женскому желанию и наслаждению. Без Луны не было бы и оборотней. Именно женское желание пробуждает в мужчине зверя.

Женщина может говорить о притягательном мужчине так: «В нем есть что-то дьявольское». Буквально это значит следующее: он вписывается в ее инфернальную фантазию.