Сергей Спящий – Юнит (страница 17)

-А ты?

-Меня нет, -сказал я и показал на телефон. -Вот твой настоящий брат.

-Ты чего…, -начал было говорить двойник, но я протянул руку и нажал на кнопку отбоя вызова. Разговор прекратился. Телефон тут же зажужал снова, показывая, что второй я пытается дозвониться.

Я прошептал: -Пока.

Посмотрел на Игоря. Тощий парень почему-то вздрогнул под моим взглядом, но остался сидеть. Подмигнув ему я торопливо, пока сестра не опомнилась и не побежала следом, вышел из кофейни. На улице продолжал идти снег, похоже даже усилился. Это было довольно удобно, потому, что помогало скрыть избыток глазной влаги. Я тихо плакал, но снег отлично скрывал мои слёзы.

--Рабочие будни--

Как Мокошь и обещала, она не стала восстанавливать прежнюю структуру, когда аналитики, разработчики и оперативники вращались в своём собственном кругу и практически не пересекались, только лишь ставя задачи друг другу и изредка возвращаясь с обратной связи. Теперь всех нас перемешали и разделили на множество небольших групп, в каждой из которых имелось несколько разработчиков, минимум один аналитик и, при необходимости, подключался кто-нибудь из оперативного отдела.

Если вы хотя бы краем уха слышали что-нибудь из ай-ти сектора, то должны были слышать и об эджайле, иначе называемом методологией гибкой разработки. Здесь древняя богиня не выдумала ничего нового, а только лишь попыталась внедрить популярный сегодня подход. Ну эджайл и эджайл, почему бы древней славянской богине не поиграть в скрам-мастера? Лет двадцать назад, говорят, в офисах мебель пытались расставлять по фэн-шую, а сегодня вот скрам и канбан внедряют. Работа всё равно потихоньку делается, как бы там не чудило начальство.

Снова, один за другим, потянулись рабочие будни. Потерянные части кода, из-за нападения на центр, успешно восстановили. Проекты и задачи выбывших, в связи с попаданием в организм лишних кусочков металла, поделили между собой выжившие и худо-бедно довели если не до ума, то хотя бы до «логического конца». А дальше предстояло менять программу уже с учётом пожеланий представленного к нашей тройки разработчиков аналитику. Аналитик по имени Семён был молодым парнем со старыми глазами. Я сразу предположил, что он из старожилов. То есть из тех, кто входил в ближний круг Мокоши ещё задолго до появления компьютеров, а, может быть, и электронных схем вообще. Какое-то время мы присматривались к друг другу, потом разговорились.

Как-то после очередных посиделок над программным функционалом, ближе к полуночи, когда все уже зевали несмотря на стаканы крепкого и горького кофе в руках, Семён рассказал, как родился почти двести лет назад, незадолго после окончания отечественной войны. Первой отечественной войны. Встретился с Мокошью практически случайно. Та обратила внимание на необыкновенно смышлёного для своих лет паренька. Ей как раз требовались люди в ближний круг так как довольно многие погибли, мотаясь по её поручениям во время вторжения Наполеона. Тогда ещё ближний круг древней богини не разделялся на оперативный отдел и другие отделы.

Лариса поинтересовалась: -Так ты, получается, царя видел?

-Какого именно? -уточнил Семён.

Лариса задумалась и пока она думала, инициативу перехватил Пашка: -Правду говорят, что все в оперативном отделе умеют что-нибудь эдакое?

-Правда.

-А ты ведь раньше был оперативником? Можешь показать?

-Допивай свой кофе, -предложил Семён, тогда покажу.

Пашка торопливо, в несколько глотков, опустошил стаканчик и поставил тот на стол между клавиатурой и монитором. Мы, с Ларисой, придвинулись ближе.

Усмехнувшись, Семён выбросил руку вперёд и хотя до стаканчика оставалось ещё где-то полметра, тот вдруг начал сминаться и проваливаться внутрь себя, словно его комкали и ломали чьи-то невидимые пальцы.

-Готово! -выдохнул аналитик, когда тот превратился в комок пластикового мусора. У него на лбу и на шеи выступили капли пота.

Пашка растерянно поинтересовался: -И всё?!

-Поверь, когда пистоли были ещё однозарядные и главным родом войск считалась кавалерия, этого было вполне достаточно, -слегка даже обиделся Семён.

-А как ты получил свою способность? -спросила Лариса.

-Как и все оперативники - хозяйка одарила. Есть артефакт, -Семён задумался, пытаясь подобрать слова, - в общем такая штука, которая может одарить человека чем-то необычным, но может и убить. Невозможно заранее угадать какого рода способности появятся и насколько сильными они будут. Раньше Хозяйка часто пользовалась этой штукой, а сейчас пистолет в кармане будет гораздо полезнее любой аномальщины.

-Ну не скажи, -возразил Пашка. -Пистолет отберут при обыске, а то, что ты можешь на расстоянии душить людей и мять пластиковые стаканчики словно какой-нибудь Дарт Вейдер никто не догадается пока не станет слишком поздно.

-Ребята, я одного не понимаю, -сказала Лариса. -Если всё вокруг нас лишь виртуальная реальность, то что может помешать игрокам из реального мира изменять её как им будет угодно?

-Не что, а кто, -поправил Семён. -Арбитр.

-Он действительно существует?

-Конечно, -подтвердил Семён ни секунды не сомневаясь. -Какая игра может быть без Арбитра? Тем более, если это не простая игра, а чуть ли не мировой чемпионат, там, у них.

Подумав, что само существование такого центра, как наш несколько нарушает правила честной игры, я скептически улыбнулся.

-Зря улыбаешься, -сказал Семён. -Некоторые возможности нарушить определённые правила могут быть частью игры. Что-нибудь вроде «не пойман за руку - не виноват». Так игра становиться тоньше и интереснее.

Неожиданно Пашка спросил: -А помните старое кино, где героя учили проходить сквозь стены и надо было только видеть цель, верить в себя и не замечать препятствий?

-Из серии «вижу цель, не вижу препятствий», согласно кивнула Лариса.

-Если мы в виртуальности, то почему бы и нет? Существуют же бесконечные банковские карты. Или изменяющиеся паспорта? Если всё вокруг только циферки, то кого будет волновать если одна из них, например, обозначающая моё точное местоположение, немного изменит своё значение переместившись за сплошную стену?

Лариса похлопала Пашку по плечу с напутствием: -Пробуй, друг мой. Потом продемонстрируешь свои эпические шишки.

Пашка чуть замялся, и девушка с удивлением воскликнула: -Так ты уже пробовал! Точно пробовал! И как успехи, сколько синяков успел себе поставить?

Семён с задумчивой полуулыбкой наблюдал за нашей вознёй. Пашка нехотя пытался отнекиваться и отговаривался тем, что он пошутил и вообще, это всё сугубо теоретические рассуждения.

Я прекрасно понимал Пашку. Как, впрочем, и Лариса, пусть даже она пытается вести себя будто сама лично не пыталась проделать что-то эдакое. Более чем уверен: каждый из слуг Мокоши, узнавший о виртуальности нашего мира, так или иначе пытался раскачать его и хоть немного отодвинуть границы возможного. Для этого использовались многочисленные приёмы из фильмов, книг и комиксов, в том числе. Всё зря. Или я просто не знаю о положительных результатах.

Да что там говорить. Было время и я сам истово, как послушник на молитве, шептал: -Глубина, глубина, я не твой. Отпусти меня глубина.

И ничего не происходило. Глубина не отпускала. Потому, что я жил в глубине. Глубина это, в том числе, и я сам.

Я был Глубиной, её крохотной, совсем крохотной, частью.

Глава 6

--Град под землёй--

Отъезд из Москвы прошёл достаточно буднично и в рабочем порядке. Предупреждённые заранее, мы собрали своё невеликое имущество состоящее, в основном, из смены одежды, пары смен белья и, может быть, некоторого количества памятных безделушек, у кого они имелись. Так как каждый из нас находился у Мокоши на полном обеспечении, не имело никакого смысла обрастать большим количеством вещей.

Остающийся свободным вечер я потратил гуляя по столице, по улицам, площадям и паркам. Словно на заказ выдалась отличная погода. Лёгкий морозец заставлял уже лежавший на земле снег скрипеть и хрустеть под ногами. Небо оставалось чистым, словно недавно выглаженная простынь. Зимнее солнышко приятно согревало щёки и нос и даже намекало снять шапку, но время от времени поднимавшийся ветерок явно давал понять, что прогулки зимой с голой головой не слишком хорошая затея.

Я шёл без особой цели, просто чтобы не сидеть несколько часов в номере, зажатый в бетонных объятиях его четырёх стен. Я был среди людей и, в тоже время, оставался один. И дело вовсе не в пресловутом одиночестве, что так легко расцветает внутри больших городов. Та правда, известная мне об окружающем мире, надёжно отделяла и огораживала меня от всех прочих людей.

Сотни тысяч неигровых персонажей нужных только затем, чтобы, хотя бы раз, попасть на глаза кому-нибудь из пришедших из реального мира игроков и тем самым придать законченность окружающему их пейзажу. Большинство и вовсе ни разу в жизни не столкнутся ни с одним игроком. Их задача - быть статическими единицами, что вырабатывают столько-то «молоточков труда» и потребляют столько-то «единиц пищи» в гигантской, невообразимо сложной стратегической игре, которую НПС, да и я сам до недавнего времени, называли своей жизнью.

Жизнь. Можно ли вообще считать нас живыми?

Очень вряд ли, с точки зрения приходящих сюда развлекаться игроков.