Сергей Спящий – Мир империи землян 3. Объединение (страница 8)

Земные моря полны жизни. А значит будет чем кормить производящие утробы и что переработать в питательную массу для родильных фабрик. Работая уже с земными обитателями глубин, добавляя им гены обитающих в иных мирах чудовищ резчики создавали подводных химер, а сращивая их с разумными пленниками получали почти по-человечески разумных и хитрых тварей. Гигантские спруты обволакивали щупальцами и утаскивали на дно стальные корабли людишек. Многоголовые, плюющиеся кислотой гидры сбивали низколетящие дроны и вертолёты неосторожно спустившиеся слишком низко в попытке разглядеть хоть что-то в толще опасных вод. Превращённые в самонаводящиеся живые ракеты акулы таранили подводные лодки. Умеющие частично вылезать на берег кракены терроризировали прибрежные города, а модифицированные, в разы увеличенные, киты работали живыми баржами доставляя в своих утробах сотни тварей, предназначенных для боя на твёрдой поверхности.

Моря и океаны перестали быть безопасными. С какого-то момента пройти по ним стало возможно только в составе мощной эскадры, охраняемой множеством военных кораблей или, на свой страх и риск, на одиночном скоростном и малошумном кораблике надеясь, что тебя не заметят, а если заметят, то проигнорируют такую ничтожную цель.

И всё же мореходство не прекратилось полностью. Торговые караваны продолжали ходить от берега к берегу прикрываемые полноценными эскадрами. Связанность стран и государств на различных частях суши уменьшилась ещё больше, но всё-таки оставалась. Наиболее ценные грузы перевозились по воздуху, однако пропускная способность воздушных дорог категорически недостаточна и, кроме того, слишком дорого стоит в пересчёте на килограмм перевозимого груза. По морю выходило много дешевле даже с учётом боевых эскадр, вынужденных мотаться туда и обратно вместе с торговыми караванами сопровождая их.

Идти по морю – всё равно как по минному полю. Водная поверхность цвета свинца ловко режется корпусами кораблей. Волны бьют в борт, разбиваясь бессильными брызгами. Дежурная акустическая смена из людей и компьютеров вслушивается в натянутую подводную тишину. Умная техника отфильтровывает звуки каждого корабля в составе эскадры, а те звуки, которые она не отфильтрует и укажут на появление противника, его численность и направление на него.

Свинцовая поверхность – словно натянутое одеяло, постоянно волнуется, то вздуется, то опадёт. Свинец снизу, в воде и сверху, в затянутом тучами небе. Весь мир один сплошной свинец.

На открытой палубе холодный, промозглый ветер, но во внутренних помещениях ракетного крейсера «Красноярск» выступающего в этом походе в роле лидера тепло и даже как-то уютно. Несущий вахту во время отдыха командующего флотилией контр-адмирала Семёнова, капитан третьего ранга Токарев напряжён, хотя и спокоен. Если верить прогнозам аналитиков, то боевые действия во время перехода маловероятны. Флотилия достаточно велика, чтобы представлять угрозу случайно встреченной стаи тварей, а пока те сориентируются и поднимут основные силы они уже будут у берегов Бразилии, под прикрытием мощнейших береговых батарей. И всё-таки расслабляться нельзя, всякое может случиться, особенно в море. Эту простую истину капитан Токарев, за годы службы, выучил досконально.

Погода снаружи, как всегда, ужасная. Дождь вперемешку со снегом. Кинжальные порывы пронизывающего до костей ветра

Зато в головной рубке царит рабочая атмосфера. Шелест вентиляторов прерывается короткими, рубленными фразами. Все разговоры исключительно по делу. И вообще, каждый член экипажа, находящийся на дежурстве, занят делом. На своём корабле капитан не терпел даже малейшего намёка на безалаберность и разгильдяйство. Токарев знал, что в среде подчинённых его называли «немцем», а устроенную им дисциплину «немецкой». Пусть так, зато в своём корабле и своём экипаже капитан был уверен на сто процентов. Отлаженный механизм из людей и стали работающий чётко, как часы, как щелчок орудийного затвора, вот каким он видел подвластный его воле корабль и к какому идеалу стремился.

На глубине, флотилию боевых кораблей вместе с десятком барж, в том числе переделанных из бывших сухогрузов, охраняла пара подводных лодок. Словно ищейки, они метались туда и обратно, то забегая сильно вперёд, то в сторону, а то слегка отставая и проверяя нет ли погони, или какого стороннего наблюдателя, следящего за проходившими мимо кораблями.

Относительно небольшие подлодки дизельно-электрического типа нужны не столько для боя, сколько для того, чтобы как можно раньше обнаружить противника. Им же, случись что, первыми принимать на себя удар. Пока (сплюнуть, чтобы не сглазить) поход проходит в штатном режиме. Несколько раз акустики поднимали тревогу замечая у себя на приборах большое скопление биомассы, но то ли это было обычные, вполне земные, обитатели моря, то ли не слишком разумные чудовища следующие по своим делам и игнорирующие всё вокруг, пока это самое «вокруг» не начинало касаться уже их самих.

Вот и сейчас, ещё одна штатная тревога? Получив первую информацию от акустиков, Токарев не стал ничего предпринимать, ожидая уточнения информации или отмены тревоги. Уточнение пришло быстро. Так как «Красноярск» являлся лидером, то именно на него стекалась вся информация от других кораблей флотилии, в том числе и от выдвинувшихся далеко вперёд подводных лодок сопровождения.

-Двенадцать объектов. Движутся синхронно. Определённо стая, -доложил акустик.

-Больше никого? -удивился капитан. Стая из дюжины особей против такого количества кораблей как у них сейчас, это даже не смешно.

-Насколько можем судить – никого, -осторожно ответил акустик.

-Как быстро они нас обнаружат?

-Если идти прежним ходом и курсом, то минут через пять – десять, я думаю. Зависит от того, какие конкретно особи входят в стаю.

Взяв несколько секунд на обдумывание, Токарев приказал: - «Красноярску» и «Краснодару» приготовиться к ракетной атаке, разобрать цели.Остальным кораблям боевая готовность первого уровня и общий контроль за результатами ракетного удара. Подводным лодкам «щука-1» и «щука-2» оставаться на безопасной дистанции и продолжать вести наблюдение в скрытом режиме. Ракетный удар по моей команде.

-Контр-адмирал на мостике! -подал команду дежурный.

Известие о боевой тревоге явно оторвало Семёнова от каких-то личных дел. Быстрым шагом войдя в рубку управления, он тут же потребовал отчёта: -Капитан, с кем воюем? Почему объявлена тревога?

-Замечены силы врага, товарищ контр-адмирал, -объяснил Токарев.

-Всего дюжина особей? Они нам не противники. Пусть плывут своей дорогой.

-Товарищ контр-адмирал, есть основания предполагать, что это не просто боевое мясо, а как минимум химеры, возможно даже кадаврофицированные. Это означает, что у них может хватить ума оценить наши силы и, не ввязываясь в бой, доложить о нас дальше по цепочке. Предлагаю уничтожить врага в целях сокрытия факта нашего передвижения.

-Хорош скрытник! Собираешься переполошить всё море ракетным ударом. Впрочем, ты прав, это меньшее из зол. Действуй, капитан.

-Осуществить пуск ракет, -приказал Токарев. -Огонь!

Два мощных ракетных крейсера содрогнулись и окутались клубами дыми в которых сияли крохотные солнышки ракетных двигателей.

Набрав необходимую высоту ракеты, одна за другой, легли на траекторию полёта и со всё возрастающей скоростью умчались за горизонт. Расчёт показал, что для уничтожения стаи достаточно четырёх ракет. Выпустили пять – одна, с задержкой, контрольная.

Посыпались доклады: -Наблюдаем поражение целей.

-Одно существо уцелело. Внимание, одно существо уцелело!

-Но прежде, чем растерянная от множества близких разрывов и вызванных ими мощных гидроударов тварь догадалась спустится на глубину, её настигла контрольная ракета успевшая получить корректирующие команды. Ещё один мощный подводный взрыв.

-Наблюдаю поражение. Все цели уничтожены.

-Доклад от «щук»: подтверждают уничтожение цели.

-Теперь давайте ходу отсюда, -поторопил Семёнов.

Капитал отдал соответствующие указания. Флотилия на незначительное врем я увеличила ход отдаляясь от места короткого боя.

Свинцовые воды продолжали свой долгий бег. От края до края – путь долог, но, однако, не вечен. И твёрдо идущий по своему пути рано или поздно пройдёт его до конца. Если, конечно, не сгинет в дороге, что очень и очень вероятно.

…

Маленький Бенисиу Алвес с большим интересом смотрел в окно самолёта. Только что его накормили вкуснейшем обедом, как, впрочем, и всех прочих пассажиров. Если бы Бенисиу знал, что в самолётах дают обеды, тем более такие вкусные, то он только и делал бы что летал туда и обратно и объедался бы в полёте.

А знаете, что самое главное? Мало того, что обед был просто отличным, кроме того, он был ещё и особенным. Маме, папе и другим взрослым пассажирам достался обыкновенный обед, а Бенисиу – волшебный! Правда-правда, он даже назывался по волшебному «детское меню» на русском языке. Конечно, маленький Бенисиу не умел читать на русском, хотя уже почти умел на португальском, а считать и вовсе умел до двадцати и даже решать примеры на сложение и вычитание если только до двадцати и с помощью пальцев на руках и ногах. Но на русском читать он не умел. И папа Бенисиу, господин Алвес не умел, хотя он был страшно умным и постоянно работал над какими-то проектами. Но зато отец спросил у бортпроводницы, и та объяснила, что чудесный обед называется «детским меню» и дают его только детям. И всё это было так чудесно, что Бенисиу тут же захотел научиться пилотировать самолёт, когда вырастит, и каждый день есть такие обеды, в которых есть даже маленькая шоколадка и ещё игрушка – тоже маленькая, но зато самая настоящая!