Сергей Спящий – Мир империи землян 3. Объединение (страница 52)

Нет времени обсуждать и анализировать причины. По крайней мере не сейчас и не у них. Если столкновение неизбежно, то остающееся до него время на вес золота.

Корабли разошлись, выстраиваясь в боевой порядок. Радары чётко показывали четыре наступающих клина и, по их числу, корабли разделились на четыре группы и пошли навстречу пока ещё далёким противникам. Тяжёлые колоссы остались в центре. Их мощные орудия изначально предназначались для уничтожения береговых укреплений, но, когда изменчивая водная гладь превратиться в поле битвы, они скажут своё веское слово.

Сражения с морскими чудовищами трёхмерны. Бесконечность глубины под ватерлинией скрывает в себе третье измерение и неожиданное нападение всегда может пройти оттуда.

Противники ещё не успели сблизиться. Свинцовые воды по-прежнему спокойны, как будто не скрывают под собой орды голодных чудовищ. Их неспешный бег нарушен залпом тяжёлых орудий, метнувших снаряды куда-то за горизонт ориентируясь по отметкам радаров и уточнённым данных с выдвинувшихся вперёд кораблей.

Твари хитры. Они движутся в глубине не видимые при наблюдении сверху и недостижимые для обстрела обычными боеприпасами, предназначенными для уничтожения надводных целей. Чудовища всплывут в самый последний момент, чтобы схватить, опутать щупальцами или протаранить, перевернуть и затопить человеческий корабль. Но и люди, за время войны вторжения, успели изучить их подлые повадки. Тяжёлые снаряды, выплюнутые пушками артиллерийских кораблей, не взрываются зазря волнуя морскую гладь. Словно опытные пловцы, почти без всплеска, они проходят через границы двух сред: воздушной и водяной. Более плотная водяная среда замедляет движение тяжёлого снаряда превращая его из скоротечного падения в неторопливое погружение. Идущим на глубине чудовищам ничего не стоит избегать столкновения с медленно опускающимися целями. Даже самые крупные из них легко маневрируют, не говоря уже о всякой мелочи размером с грузовик или дом в один-два этажа.

Но что это? Заброшенные за горизонт снаряды, казавшиеся до этого момента тупыми железными болванками, вдруг оживают. Они начинают маневрировать, самостоятельно наводясь на наиболее крупных и потому в разы более опасных особей. Чудовища пытаются увернуться. Снаряды гонятся за ними ускоряя ход. Хотя… теперь уже ясно что никакие это не снаряды, а, скорее, умные морские мины. И там, наверху, артиллерийские корабли ведут не обстрел, а что-то вроде форсированного удалённого минирования.

Первый подводный взрыв. За ним второй. В глубине всё происходит медленнее чем на воздухе. Но вскоре таких подрывов становятся десятки или даже сотни. Куски разорванных тел мёртвых тварей всплывают на поверхность. Вот подорвалось что-то вроде десантной баржи – очередной подводный левиафан провозил в своём раздутом чреве сонм более мелких тварей – штурмовиков и все они, вместе с разорванным телом левиафана, всплыли на поверхность. Мелкие твари уверенно держатся на воде, не собираясь в ближайшее время тонуть. Но самое главное, что они выведены из грядущей битвы, оставаясь от неё в стороне и не могут самостоятельно доплыть за приемлемое время.

Тем временем морское сражение набирает обороты. Сблизившись на достаточное расстояние, твари торопятся всплыть. Это для них самый опасный участок, который нужно преодолеть как можно скорее. Глубинные бомбы разрывают исполинские тела. Подводные лодки вступили в опасную игру со множеством гигантских спрутов пытающихся их загнать в ловушку, поймать и утащить на дно, где долго и крепко держать в смертельных объятиях. Попадание подводной ракеты разрывает самого большого спрута на мелкие кусочки, но их много, слишком много. Приходится маневрировать, подставляя тварей под глубинные бомбы или огонь остающихся пока в отдалении тяжёлых артиллерийских кораблей переключившихся со стрельбы минами на использование более простых снарядов, взрывающихся на заранее заданной глубине.

Пока корабли заняты маневрированием и борьбой с крупными тварями, их мелкие сородичи, выпущенные чуть в отдалении, самостоятельно плывут и пытаются взобраться на борт. Где-то у них получается. Другие корабли резко ускоряют ход разрывая дистанцию. Там, где у мелких тварей получается забраться на борт и проникнуть во внутренние помещения начинаются кровопролитные сражения между командой и десантом из тварей.

Дождавшись, когда корабли будут связаны сражением и им не останется времени следить за окружающим, из глубины всплывают самые крупные левиафаны. Над водой, словно башни, взмывают длинные шеи, заканчивающиеся головами. Эти головы плюются кислотой. Кораблям она почти не опасна, хотя, получить струю разъедающей металл кислоты приятного мало для любого корабля не слишком крупных размеров. Но главная цель гидр не корабли, а парящие в воздухе беспилотники и вертолёты. Возвышаясь над кипящей водой живые колонны представляют собой отличные цели. Пытаясь избежать попаданий головы гидр, не торчат постоянно на одном месте, словно флагштоки, а то ныряют, то выпрыгивают из воды чтобы плюнуть кислотой и как можно скорее нырнуть, обратно избегая ответного огня.

Гигантские левиафаны, по-настоящему гигантские, размером с десятиэтажный дом или больше, легко утаскивают на дно попавшие под их щупальца корабли. Они пытаются добрать до держащихся в отдалении артиллерийских крейсеров, но огонь тех, а также ракетные залпы подводных атомных крейсеров мешают им отрывая щупальца, каждое размером с не слишком длинную ветку железнодорожного пути. На поверхности становится тесно от всплывших трупов и кусков тел, оторванных от тварей. Сражение вынужденно смещается в сторону.

Такой огромной стаей тварей наверняка командуют не только пара десятков контролирующих, то есть таких же тварей, только поумнее и с пришитыми к их телам головами бывших разумных которым не дают окончательно умереть, но чьему посмертию совсем не позавидуешь. Без всякого сомнения, где-то здесь затесались и сами эльфы. Их, так называемые, воительницы, то есть специально усовершенствованные солдаты, повелевающие массой простых тварей, которые для них не более чем расходники, как снаряды, ракеты или даже пули. Эльфы редко показываются на поле боя оберегая свои драгоценные жизни. Да и какая польза от скорости и силы выходящей далеко за пределы человеческих возможностей если в тебя попадает танковый снаряд, или управляемая авиабомба, или весь квадрат накрывает плотный миномётный обстрел уничтожающий всё живое, что не успело зарыться в землю минимум на пару метров в глубину? Поэтому эльфы старались не участвовать прямо в крупных сражениях отдавая предпочтение диверсионных операциям в тылу, где они сами могли выбирать время и место нападения. Но иногда им приходилось лично контролировать особенно крупные стаи. Как, например, сейчас. Но где, в каком из левиафанов скрывается группа эльфийских воительниц надев многотонную тушу словно биологический экзоскелет и управляя им изнутри? Невозможно определить точно. Нет такого радара, который показал бы наличие эльфов внутри многотонной туши. Живое теряется на фоне живого. И выход только один – уничтожить каждого из левиафанов, размолотив его тело в кровавую пыль и водяную взвесь.

Вот несколько тварей, облепив один корабль, отрывают у него куски и, буквально, разламывают на куски.

Вот сильно пострадавший левиафан, вся правая сторона которого одна сплошная рана, истекающая холодной кровью, хватает оставшимися щупальцами один корабль, и швыряет его в другой. Минус два корабля за один раз.

Много проблем от мелких тварей. Забираясь на борт, они проникают во внутренние помещения и вот уже команда вынуждена отбиваться от нежданного десанта вместо того, чтобы вести полноценный морской бой.

Люди пытаются отступить, спасая тяжёлые артиллерийские корабли. Другими, из тех, что до сих пор хотя бы частично функциональны и ведут бой решили пожертвовать. Оставленные на смерть, в качестве заградительного отряда, корабли подтверждают самоубийственный приказ и с удвоенной силой набрасываются на чудовищ, стараясь выиграть время чтобы их тяжёлые и более ценные собратья успели набрать ход и уйти. Тщетно.

Часть тварей остаётся добивать связанные боем кораблики, но другая устремляется в погоню за артиллерийскими кораблями. Такими мощными и такими беззащитными в прямом бою на максимально короткой дистанции стальными исполинами. Жидкий заслон из последних подводных лодок не способен остановить чудовищ. Они прорываются, почти не останавливаясь и не замедляясь. Артиллерийские корабли вынуждены вступить в невыгодный для себя бой на короткой, а чуть позже уже не сверхкороткой дистанции. Бой, в котором невозможно победить.

Один крупный морской флот уничтожен. А вскоре и другой. Моря больше не являются дружественной средой для людей, они теперь почти полностью принадлежат тварям. Бесстрастные глаза орбитальной спутниковой группировки фиксируют двойной разгром двух могучих флотилий так и не успевших соединиться вместе. Успей они собраться в единый кулак и тогда, может быть, шанс бы был. Но отныне моря и океаны больше не дружественная среда для людей. Плыть по ним можно только на свой страх и риск. Надеясь, что никто не запишет твой вектор движения и не сбросит его тварям для перехвата.