Сергей Смоленюк – Время Удачных 20.14 (страница 7)
– Извини Валер. Не знаю кто это делал; явно, что не сами придумали. Из-за границы руководят. Я сам по телеку видел: по Киеву нацисты ходят, “бандеровцы”. Кошмар. Поэтому, знаешь? Считаю: украинцы – это мы русские, ну и те, кто за мир и дружбу, за совместную историю. А те, кто со свастикой там, – не украинцы, хотя и живут пока… Они “бандеровцы” и нацисты, оккупировавшие наш Киев и эту страну с русской землей.
– Совсем грустно.., – Валера расстроился, но снова оживился: – Знаешь, я тоже против фашистов: у меня дедушка защищал Россию, на московском направлении. В сибирской дивизии, слышал?
– Еще бы! – восхищаюсь. – Молодец твой дед, надавал тогда Гитлеру на орехи. Наложили они зимой сорок первого, в свои фашистские штаны.
– Однако и мои деды, – немного хвастаюсь в свою очередь, – прошли всю войну и дошли до самой Германии.
Мы помолчали. Теперь и вся куча парней – если так можно выразиться, подошла. Познакомились. Действительно – оказалось, они знают друг друга с детства. Также, закончили один местный колледж. Напоминаю: что с Удачного, был один призывник. И еще один – он Юрой назвался; тоже издалека, аж с самого Хабаровска: голубоглазый блондин Юра Гаран. А еще Юрка этот, как будто старше был.
И точно – признался: нам то всем, по восемнадцать – девятнадцать лет, а ему: двадцать один. Однако несмотря на такой солидный возраст, парень оказался самым веселым. Также, являлся большим модником: потому как свои белокурые и волнистые волосы, через каждые пять – десять минут старательно расческой перепоправлял. Таким образом, распрощавшись до девятого, наша “десятка” разъехалась. Как говорили в кино: по своим домам, хазам да малинам. Понимая точно: Что будет, о чем подумать на досуге; и не до конца понимая: Что ждет впереди.
4
А девятого в десять, Ваш покорный слуга стоял в середине разношерстного строя из двадцати человек. Солнце светило по-летнему, но практически не грело. И то, что это нормально, понимали все собравшиеся. Только не потому, что было утро, а от того что Север. Ничего не поделать, одним словом Якутия – это пока что еще не Крым.
Также бросалось в глаза: провожатых в разы больше… Кто-то из военных крикнул: – У Вас ровно пятнадцать минут, на “попрощаться с родными”.
Все парни разбежались по кучкам, собранным из друзей и родни. Вот только я ни кого не пригласил, зачем? Мои все, в городке Удачном – как доедут? Поэтому здесь, справляюсь сам – большой. Да и не люблю эти панты – расставания… Смотрю: также и Юрка – тот светловолосый хлопчик, стоит один. Вот вместе и стали общаться. Слово за слово, понимаю: нормальный парень, не какой-то свистун. Я интересовался: – Юра, что тоже один?! И что так постригся, под ноль? В КПЗ успел побывать?
Он смеется – почесывая череп: – Да чтобы не кусали, и вопросов было меньше. Все равно, скоро всех перестригут.
– Да?? А что же я не сообразил? – отвечаю, еле сдерживаясь от смеха, при взгляде на голую голову. Просто такая шевелюра была.
– Учись дружище, – он хлопает меня шапкой по плечу, нисколько не стесняясь своей “не северной“ прически.
– Ясно, – говорю. А сам думаю: какой молодец. Так как также не обращаю внимание, на окружающих предвзятое мнение…
Также не могу похвастаться: Что завожу друзей збыстро. Знакомых, пожалуйста – много. А друг в моем понимании – тот, с которым можно идти в разведку – не продаст. Или, кому последнюю рубаху, если потребуется – отдаешь. Ну или того больше – ради кого, сделаешь хуже себе. Просто таких почему-то, много не бывает… Ведь жизненным опытом понимаю: лучше меньше заводить друзей, чтобы не разочаровываться. Пускай меньше будет, но лучшие! В общем, ставлю как всегда на Качество. Таков девиз, в щепетильном вопросе.
Поэтому я смотрел по скептически: на сцены прощания. Что вскоре оборвал майор, скомандовав: – Стройся!
Позади строя простившихся, уже согрелся на обочине “Man”. Синий автобус, с надписью “Алроса” на бортах. Представили еще раз командира группы, капитана второго ранга Чижова; который объяснил: поступаем в его распоряжение – это раз; и два – доставит до места службы или учебы. А учеба этой благородной профессии, оказывается(!), начинается в городе Обнинск. Что в Калужской области. И только после учебки, кто пройдет с отличием – сможет служить на подлодке “Алроса“, с базированием в городе Севастополь Республика Крым.
– У нас не замерзните, – заверил подводник. Все приятно заулыбались. Конечно, представьте себе: Из Якутии, переместиться в тропики. Ну, или почти что тропики.
– Остальную дюжину – кто не подходит на роль подводника, – капитан Чижов повысил голос: – Доставлю во взвод обеспечения. Там разберутся…
– В автобус, шеренгой по одному, шагом марш! – прозвучала очередная команда.
– Раз – раз – раз, два, три, – бодро посчитал Черноморец.
Что я еще запомнил? Сели с Юркой рядом, в серединку автобуса. Он – посмотрев в окно, задумчиво: – Вот так Серый, теперь и дышать придется по счету.
– Да не, не переживай, – возразил я. – Это видимо для порядка. Никто думаю, напрасно напрягать не будет. Они – военные, тоже люди.
– Хорошо, если так, – отреагировал Юрка, выдыхая из себя последнюю беззаботную жизнь.
А в доказательство настоящего – в задней части, прямо на сидениях рюкзаки. Парни сели кто как и мы поехали. Через час, были в аэропорту на борту военно-транспортного самолета. Который, спустя такое же время вальяжно – словно аист который никуда не спешит, взлетел. Видимо знал наперед, что без него не начнут… И этот – целый час “ничего не делания”, прошел, пока ждали какой – то дополнительный груз. Я, кстати, да и многие наверно: впервые летел на самолете. Ни с чем не сравнимое чувство, признаюсь Вам. Просто гудит он, как пылесос в соседней квартире… Но если не смотришь в окно, не знаешь что перемещаешься с бешеной скоростью.
Валерка Золотов стал шутить: – Хорошо, что рюкзаки приготовили, – показывая на именные мешки. Ребят, разбирай скорее. Если что, ну если будем падать? То прыгайте с ними с самолета.
Все посмеялись: там же не парашюты. Они – вещмешки.
Каждый достал телефон и наушники. Кто фильм смотрит, кто еще что. Юрка на тюках сидел, хитрец.
– Что слушаем, без пяти минут моряк? – интересуюсь у него вежливо.
– Песни, – с серьезным видом отвечает меломан.
– Больше не отвлекаю, – обещаю и подтверждаю взмахом ладони; но как только он снова примерил наушники, бью по плечу. Юра подскочил – неожиданно было. А я как нив чем не бывало, продолжаю разговор: – Какие?
– Разные, – заулыбался блондинчик, не обижаясь на выходку.
– Все ясно, – говорю. – Включай тогда и я послушаю, только негромко.
Из динамика полетело знакомое: “Он придет! Он будет: Добрый, Ласковый
Ветер перемен”.
– А, – говорю Юре, – Юлия Чичерина.
Просто слова и вообще все ее песни, знал наизусть. Сам большой любитель настоящего творчества.
Вот поэтому, похвалил: – Молодец она. И голос – самородок.
Юра в ответ: – Ну да Сергей, “Удачный”. Чичерина у нас молодец, а ты будешь “Удачный”.
Так и прицепилось ко мне слово: “Удачный”. Только я не сердился. Ведь как говорит всегда мама: Что с добрым, не злым сделано; даже если не нравится – не обижайся.
Немного укачало и через час, под ровное жужжание многие закемарили. В туалет ходили по одному и опять спать. Где – то приземлились. Командир наш отшутился: – Военная тайна.
Однако по навигатору, смотрю: Казань. Военный аэродром.
Все вышли подышать, размяться: все-таки погода теплее. Опять прождали долго, каких – то людей. От безделья что ли, но я подсчитал: половина из нашей двадцатки курят. Юра не употреблял. Вот ему и говорю:
– Молоток – я тоже не курю, хотя знаешь, пару раз пробовал – когда учился.
С этим как раз понятно: когда в шестнадцать, попадаешь в коллектив где смалят; скорее всего тоже попробуешь.
– А я сам бросаю; поэтому только когда нервничаю балуюсь, – прояснил Юра.
– Значит, сейчас все нормально! – вывожу логикой. Он качнул головой, поправляя джинсы.
Еще ребята подошли, кто с сигаретой, кто нет.
– Прав тот, кто не курит! – Объявляю всем, кивая на Юру.
Только Колька Анцупов: краснощекий и полный детина со стрижкой под “бобрика” возразил: – Мне раньше говорили: Кто не курит, тот не пацан.
– А сейчас, – возражаю я. – Тебе не кажется это смешным?
– Кажется, – ответил он, выпуская в небо очередное сигаретное облако. – Сами решайте, как жить.
– Вот и правильно, – хвалю. – Если кто – то решил отравиться… Это его личное дело. Однако когда у других нет здоровья лишнего, зачем заставлять – подобными легендами? – Меня понесло. Вспомнил литературу:
– Еще пример: Один парень в компании, часто курил. Другие ребята разговаривали, что-то делали: Кто пел, кто своими стихами делился. А этот просто курил. Всегда курил, чтобы не узнали как глуп. От этого и старался ничего не делать… Так что видите? Как на самом деле возможно.
Ребята рассмеялись.
– Кстати, – продолжаю мысль. – Курение ведь, не просто так – само собой получилось. Рассказываю: когда Колумб открывая Америку увидел курящих – чего в мире и Европе еще не было, – сильно удивился.
– А это им нужно, – поясняю. – Было, так как манера жизни индейцев, сопровождалась ритуальными и иными обычаями. То есть таким образом – закуривая, шаманы отпугивали духов. Ну и видимо, для своего выделения – от остального племени. Плюс, как наркотик еще. Однако сегодня, двадцать первый век. И медицина, и образование на уровне. Все знаем, все посчитали: сколько яду внутри. И сколько хороших людей умирает от сигарет ежегодно! Так зачем Вам брать пример с необразованных американцев?! Кстати, наколки по телу, также у туземцев переняли. Просто они то раскрашивались, чтобы выжить. Ну, или для идентификации соплеменников. Например: В Северной Америке проживало сотни племен; и каждое разговаривало на своем наречии. Конечно, они иногда сорились и воевали – как без этого. Поэтому, чтобы напугать и заставить врага отступить; придумали раскраски. Так как силы и оружия, было одинаково. Это значит, что проиграть в игре со смертью при возникновении конфликта, может любой. А посему, чтобы лишний раз не испытывать судьбу и не рисковать – рисовали на себе узоры: воинствующая боевая раскраска. По примеру – животных и насекомых. Хотя, антисанитария страшная и многие умирали от простого следствия – заражения крови, – рассказав все это на одном дыхании, я переводил дух. Ребята во внимании…