Сергей Смоленюк – Время Удачных 20.14 (страница 5)
Вопросов почему – то не было. Хотя, узнать то, что может быть “что-то похожее на канаты?” – Мое любопытство желало.
– Ладно, думаю, – мы еще посмотрим: Кто кого? Подводники они, ишь ты?!
Так и пошел на остановку. Задумчивый и счастливый – в раскрытой куртке. Однако вскоре спохватился – весна. Холодно. А у нас всегда, весной – зима стояла.
Но ради справедливости, отметим: в душе теплело!
– Неужели, – думаю, – можно вот так сразу, оказаться в Крыму? Интересно, как они там “русские украинцы”? Неужели правда, что стали другими; как сообщают иностранные ТВ? Просто я и языка украинского не знаю; хотя в паспорте записано “Украинец”.
С этим понятно: раньше, нас никто не делил. Поэтому и писали славянам в метриках: кому украинец, а кому-то русский или белорус.
3
То есть, пока подобное думал, приехали…
– Вот так, – бормочу, поднимаясь по лестнице на этаж, – ночь и пришла незаметно.
Однако мама удивила больше – заикаясь, с порога спросила: – Ну… как… там??
– Нормально, – отвечаю. А сам понимаю: Что – то странное в поведении? И взгляд потухший. Такого не помню…
– А что? – интересуюсь, вымыв руки и проходя на кухню: – Отец в командировке, по объектам что ли?
Так как привык, что когда дома; всегда интересовался и первый давал советы: по мою, или нашу жизнь.
На что мама печально ответила: – Нет, приехал… дома.
И уже не сдерживая слезы, призналась: – Заболел.
Я тут же бросил ложку – собрался перекусить; рванул в спальню.
Пахло непривычным…, а бледный отец на кровати – подогнув одну ногу под себя. Но ведь всегда полнокровный был – богатырь. Сколько я себя помню: Отец – здоровый казак, с хорошим интеллектом; который отдает всю энергию: работе и семье. Много, очень много работал. Собирал деньги, чтобы на пенсии вернутся и купить домик в Крыму. Кстати, помог дочке – моей сестре в Москве квартиру взять: раз одна и с ребенком, кто еще поможет?
Только сегодня, сделался тихим или молчаливым? Рассыпаны волосы, осунувшееся лицо… И опять этот настораживающий запах.
“Корвалол”, – читаю на бутыльке, на прикроватной тумбочке не предвещающее “ничего хорошего” название.
Выдержав паузу, папке все-же шепнул: – Вот как оказывается, бывает. Сил нет.
– Да ничего, – отвечаю, беспокоясь, – отдохни ну хоть раз, пожалуйста.
А мама из-за спины: – Возьмешь отпуск, отдохнем вместе и ты… – обращаясь ко мне: – C нами. Восстановимся у себя на Родине, в Крыму.
Я переживая: – Хорошо, поправляйся. Только мне…
И тут мама взяв за руку, с силой вывела на кухню.
– Не надо пока. Пускай отдыхает, сколько можно переживать. Думать за нас, и за начальство. Возраст то – не двадцать как раньше. А они еще: Дмитрий Иванович, Дмитрий Иванович. Спасай проект… – И потом, он же крайний. “То торопиться надо”, то “Почему изменения?”
В общем, справедливый огонь разгорался – мечтая воздать всем тем, кто правосудия заслуживает. Но подумав, мама снова превратилась не в воительницу, а в мудрую и заботливую жену.
– Так, – решаю: надо мне больше помогать. Вырос. На работу пойду, пускай родители отдыхают.
Мама продолжила: – Врач покой прописал… Нервное истощение сердца. Ведь обычно, за ним осложнения бывают. Но мы будем надеяться и верить, что ничего плохого не произойдет. Правда?!
Повторно наливая чашку горячей лапши, она говорила с надеждой: – Главное, это сейчас хороший отдых.
Она вспомнила родной Севастополь – и как с папкой познакомилась. Свадьбу и рождение нас – детей. Настроение улучшилось, и следом, вспомнив далее – поинтересовалась: – Сынок, а как там?! – показывая в окно, где под светом уличного фонаря убегала зимняя дорога.
– Хорошо, – вновь успокаиваю. – Осенью могут отправить в Морфлот.
Про подводников пока, говорить не стал: зачем зря хвастаться. Вот только мама, как бы предчувствуя, рассказала: – Я слышала, что у Катьки – знакомого родственника на подводную лодку берут. Неужели, так тоже можно? Из Якутии и на подлодку?
– Можно. В нашей стране все равны. Но только(!), по собственному желанию – если призывник этот, сам желает. Но если нет, не пошлют, – подытоживаю, добавляя добавку наваристого бульона.
Закончив с удовольствием, продолжаю: – А завтра я пойду работу искать; и в спортзал – пригодится на службе. Вы пока вдвоем слетайте в Крым. Сколько лет собираетесь… Но когда вернусь(!), еще раз – вместе рванем. Покажете, что там за святые русские – морские места. Сколько раз мне рассказывали: Фиолент, Балаклава, Сапун-гора…
Мать вздохнула, и спорить не стала. Знает, если что-то решу – переубедить никому не удастся. В общем, время после этого вечера пошло быстрее… А в самые ярко разрисованные природой, еще теплые – первые сентябрьские дни; мне на сотовый телефон позвонили.
– Старший сержант “такой – то”, военкомат.
Ну, просто фамилию его не расслышал, связь через раз.
– Вам надо явиться в будущий понедельник, к девяти. Адрес тот же… Не забыли? – поинтересовался он одновременно: вежливо да настойчиво.
– Нет, хорошо, – отвечаю. А сам думаю: Значит не зря так подробно, вплоть до телефона записывали. Попросту уже сомневаться стал: что напрасно в тренажерке потею?! Просто подтягиваюсь теперь: пятнадцать раз; а не как раньше – восемь с половиной. И штангу жму многократно, на сто – сто десять килограмм. Ведь все лето готовился – не отдыхал: плюс работал в “ТОО по ремонту автомашин и дорожно-строительной техники”. Где запасные двигателя собирают и мы еще ремонтировали привезенный когда-то на территорию автохлам.
– Начальство старается, из ничего конфетку собрать, – так шутил их механик. Вот ему – то, я и помогал. Слесарил. И многому кстати, научился. Запомнил, как он выкручивался когда под руками не находилось: то нужного ключа, оснастки, а то и запчастей; проявляя находчивость. То есть, руки в мазуте; зато платили хорошо: стал качаться, и сам себе – что очень важно, импортное спортивное питание покупать. “Мега Масс” – называется. Но потом все-таки, перешел на “Инпит белковый”. Это уже российский продукт: для детей и лиц нуждающихся в дополнительном белковом питании. Так тренер Вова советовал:
– Лучшего продукта, чем питание для детей – у нас нет. Взрослых могут обмануть, спортсменов обведут обязательно – подмешают муки. А детей дурить, совестно…
Так что, когда осенью позвонили из военкомата, я был готов на все сто двадцать пять процентов. Шучу. И за четыре прошедших месяца, превратился из простого парня, в парня с нормальной силой.
В район опять ехали ночью. Последний автобусный рейс подогнан так, что садясь в два часа ночи, приезжаешь до девяти утра. Выспаться – боле-менее получилось. Однако на входе военкомата смотрю, а из ребят никого…
– Или, без меня начали?
Быстренько забегаю внутрь. Какой – то молодой лейтенантик за турникетом.
– Не опоздал?! – я интересуюсь.
– Куда? – вздохнув, он почесывал свои розовые, как у младенца уши.
– Как куда? На комиссию, – оглядываюсь по сторонам, словно очутился в сумасшедшем доме. Но не заметив странного – сам стал сходить с ума. Короче, не зная, что тогда делать – если я зря приехал: видимо от безысходности, принялся усиленно съедать. Его – с аппетитом и одними глазами.
– Направо комиссия! – после паузы, сообщил лейтенант. Он объяснил: – Так проверяются нервы. Тест! Психи тут не нужны… Тем более, опоздать невозможно. Всегда ждем и если надо – найдем, – он так шикарно улыбнулся. Словно, от самого начала или даже дна души, что я теперь могу засвидетельствовать: у наших военных есть душа. Большая душа. А еще, вдобавок, совершенно оригинальное чувство юмора.
– Я знаю, – отвечаю, сдерживая раздражение и не комментируя свои догадки. Прохожу дальше, продолжая: – Телефона нет, оставил дома.
– Хорошо “чешешь”, – лейтенант удивлял в ответ.
А я только успел подумать: он и поэт, и экстрасенс какой-то. Ведь останавливаться повторно не стал, а военный и не настаивал.
Залетая соколом в актовый зал, замечаю, что несколько призывников уже сидят. Считаю, так: пять, семь, девять – еще трое военных. И один из них, тот самый подводник, ну что тогда – весной был: слегка пожилой капитан с приличными бакенбардами.
– Здравствуйте. Заходите, Уважаемый, – говорит он мне. Я сразу повеселел. Люблю, когда уважают собеседника и на Вы обращаются. И сам кстати, так всегда делаю.
– Спасибо. Здравствуйте, товарищ капитан, – приветствую в ответ образованного человека.
Только прошел и присел, как военком начал: – Теперь все в сборе. Ровно девять ноль ноль, – он посмотрел на часы: – Сбежавших и опоздавших нет.
– Мы пригласили десятерых человек…, так как именно Вас республика Якутия рекомендует Черноморскому Флоту в качестве новобранцев, моряков – подводников. Все Вы, почти все, выпускники местного колледжа. Только один с соседнего городка… плюс еще один хлопец с Хабаровска. Вот Вам повезл…
Тут зашел невысокий, но по-видимому очень ценный мужчина – в таком же дорогом сером костюме. Потому как говоривший замолчал, и уже обращаясь к вошедшему, обрадовавшись – словно чемпионат страны неожиданно выиграла городская команда по футболу, произнес: – Здравствуйте, Уважаемый Евгений Александрович!
Снова обращаясь к нам – призывникам: – Прошу любить и жаловать. Представитель компании “Алроса”, заместитель директора по социальным вопросам. Евгений Александрович Богер, – поведя руки в стороны, воскликнул: – Всегда рады!