Сергей Смоленюк – 2015-й: пора Пробуждений, или Проспать нельзя проснуться (страница 4)

– Сможешь делать себе хуже ради подлодки, братьев – подводников и Родины России, или пока нет?

Ну, разумеется, профессиональное обладание и приличный стаж в своей подлодочной профессии – это само собой. Как и подтверждённое наличие положительных, чисто человеческих качеств у будущих офицеров и матросов “Ростова” – где теперь Смелов был командиром. Ведь их оценил не меньше, а где-то даже больше всего остального. Вот таким путем нашел Дмитрий Владимирович, которому уже исполнилось тридцать, себе порядочного старпома: белоруса Алексея Васильевича – двадцати восьмилетнего подводника Балтийского флота, дизельную лодку которого списывали по сроку эксплуатации, а экипажи направлялись на аналогичные места.

Другими словами, спустя год с небольшим совместной службы: сначала на строящейся субмарине “Бугель-237”, а затем и проходя испытания на Балтике; командир видел, как учили они со старпомом новую подлодку жить, погружаться-всплывать и безопасно ходить по морю. За это время Дмитрий Владимирович сдружился с новой командой так, что казалось теперь знал всегда, своих пятьдесят двух братьев из личного состава. Ну а с помощником – как поговаривали в штабе: вообще и образно стали походить друг на друга. Хотя заметим: Смелов темненький – загорелый, а старпом светлый; да и глаза: черно-карие командирские, контрастировали со старпомовскими – летне-зелеными. Но в остальном, все равно: походка, рост, вес, сила духа и служение Делу.

Даже – вспомнил сейчас командир, что и семейное положение схоже: у обоих как по копиру, жена и пока один малыш – наследник. В общем, сроднились ростовские хлопцы, а старпом так вообще оказался двойняшкой Смелова. Поскольку всегда обязательный Алексей, еще понимал своего “Батю” с полувзгляда и полслова.

– Алексей Васильевич, – обратился Смелов: – Соберите командиров боевых частей и старших офицеров в кают-компании. Через, – он снова любовался образом лодки на часах, – через десять минут.

– Есть, – принял распоряжение Горбаленко.

И пока Дмитрий Смелов по пути заходил в свою каюту, старпом довел распоряжение до требуемых адресатов. Поэтому, уже через пять минут, ждали командира во всеоружии: сидя за самым длинным на подлодке столом, с авторучкой в руке и квадратно-широкими, распластанными блокнотами. Такими же ровными были расправлено-широкие плечи, а глаза и уши максимально готовыми к восприятию информации.

Ну и что, что подлодка шла на сорокаметровой глубине холодного Баренцева моря – или, как любит называть Дмитрий: по старинке – первооткрывателя, голландца Баренца; зайдя в кают-компанию, он оказался в почти домашнем уюте, подсвечиваемом вдобавок, светлыми мечтами подводников. Пожелав здравия, и привычно присев на командирское место – во главу стола, командир еще раз поздравил ребят, уже нисколько не скрывая улыбки.

Похваставшись – помахав листом бумаги, что с утра передал радист, сообщил: – Команде поступило поздравление от контр–адмирала Кольской флотилии Серьгина. По прибытию, обещал лично встретить и раздать…его,– снижая голос на последней фразе, подшутил командир. Тем самым, поощрив команду так называемыми: вербальными интервенциями.

– Завтра – по прибытии в Полярный, как отшвартуемся в Екатерининской гавани, так и получим, – он снова шутил: – А если серьезно, службу знаем… Проверили и настроили системы корабельного организма. Из всех видов вооружений постреляли. И хотя “Ростов” был принят с конца прошлого года, а я считаю: вот только сегодня достигли нужных размеров и приняли необходимую форму – обросли горой мышц.

Смелов снова обводил глазами ребят: – Ну что, устали? Честно?!

– Немного была запарка, а так ничего, готовы всегда. – Первым решился ответить командир носового – торпедного отсека, что по-научному: БЧ-3, Иван Ферзев. Он словно еще доказывал фактами, показывая кулаки.

– Разрешите теперь я, товарищ командир? – спросил старпом. А получив “Добро”, огласил: – Ну, Вам то – торпедистам, по любому быть на награждении. Вы везде крайние, – также подшутил над командиром первого отсека Алексей Горбаленко.

– Никак нет, весь “Ростов” в одном ряду… И мы не устали. С чего уставать, когда нас этому учили и до сих пор учат? – теперь доложился главный механик, завидя хорошее расположение духа Бати.

– Верно, – подчеркнул Дмитрий Владимирович. Мы с Вами хлопцы – как команда “Ростова”, как его первый экипаж еще ничего не сделали. Только-только приобрели навыки и научились грамотно пользоваться передовой техникой. Поэтому, у “237-ой” все победы впереди. Как говорится: "Нас трудно засечь, легко потерять и невозможно догнать".

– И я считаю, что коллектив у нас дружный и надежный. Вот поэтому служиться легко, – вставлял очередное свое важное зам по личному составу Юрий Пескарев, Его рыжая голова и проникающе-хитроватые глаза – от которых не мог спрятаться ни один подводник на борту, всегда были в курсе всего.

– Кто-то хочет добавить?! – поинтересовался командир.

– Что тут говорить, Дмитрий Владимирович? – быстрее бы домой, на Базу в Новороссийск попасть, – мечтательно ответил полный парень -штурман, командир БЧ-1 Олег Немцов.

– Так Вы же штурман. Вот и объявите для начала, когда будем в Полярном?

– В Полярном будем, к 10-00, Дмитрий Владимирович,– перепроверив себя блокнотом, доложил штурман. – А год пролетел – считаю быстро из-за того, что много трудились.

– Сам давно верю, что всех вас знаю жизнь, – согласился Дмитрий Владимирович: – И не надоели еще! – засмеялся командир.

Восемь старших офицеров одобрительно закивали, соглашаясь со своим Богом. Просто командир подлодки по-прежнему, почти что Бог. Вернее, всегда будет первым после.

– Так точно, – хором соглашались собравшиеся, одновременно подталкивая соседа плечом.

– Тогда уважаемые мои, – командир быстренько становился серьезным, – доведите до каждого мичмана, старшины, матроса отсеков и боевых частей: Подлодка прошла испытания успешно. Командование флота объявило благодарность!

– Старпом, – обратился к помощнику: – Это можно записать в вахтенный журнал. Думаю, несколько дней отдохнем и домой, в Новороссийск. Вот там и начнутся трудовые, а значит радостные будни. Я вот, служил в Севастополе. Старпом – петербуржец с Балтики. Есть в команде с Тихоокеанского спецы и здешнего Северного флота, – прояснял командир.

Тут же, часть офицеров, по очереди кивали.

– Так что, разницы нет. Россия – она везде Родина. Одна. Какой бы флот не был. Флаг-то, всегда один, – говорили моряки в Великую Отечественную…

– В общем, – подводил черту Смелов: – Уверен, служить на Черном море понравится каждому. Ведь Черное оно только ночью. А днем – одна благодать. Ну, если все новости обсудили?! И вопросов нет, то по местам, товарищи офицеры, – сделал вывод Дмитрий Владимирович.

– Товарищ командир, разрешите? – снова вступал в разговор командир БЧ-5, кучерявый Леонид Хрустальнов.

– Да, пожалуйста, Леонид Дмитриевич.

– Именинник намечается: завтра двадцатилетие у Ильина. Думаю предложить… Если можно, то от всей команды поздравить. Служит старшина хорошо; нужно поощрить старание. В воспитательных целях.

– Правильно. Соглашусь: люди на первом месте, – почувствовав, что нужен именно этот ответ, Смелов обратился ко всем: – Своих будем ценить. – Счастливчик значит?! Только смотрите, уши не оторвите поздравлениями. А то полста силачей, могут не только уши, но и все остальное, что пониже есть оторвать. А ему еще семью заводить. Поскольку в России – традиционная семья Главное.

– Отсюда запоминай старпом, – обратился к помощнику: – Вызовешь на “Центральный”, к 8.01. Я поздравлю от лица командования, ну и кто захочет, добавит. По-моему – этот парень с головой. Простой – спокойный. Тот второй – его напарник, пошустрее и посложнее характером будет. А подарок?…, – командир соображал быстро: – Есть памятный вымпел с подлодкой “Ростов”; плюс новая футболка с ее изображением. Вот и пускай домой отправит, порадует родных.

И зам по личному добавил: – Тогда распоряжусь, чтобы кок торт испек. С шоколадом – муравейник. Вот все вместе и вручим: товарищей по отсеку угостит во время отдыха.

Офицеры кивали, но тот самый Громов – командир БЧ 4-7, то есть информационных систем удивился, полусерьезно протирая очки: – Товарищ командир, а почему у меня нет такой футболки?

На что Смелов резонно разводил руки, а старпом – подхватив идею, доходчиво объяснил: – Кто как служит, тот то и имеет. Правильно, товарищ командир?

И готовый исполнить крайнюю команду, доложил: – Взял на карандаш, Дмитрий Владимирович.

– Разрешите тогда, еще почетную грамоту распечатать. Там есть бланки в “ноуте”. Сам сделаю, если командир не против, – снова предлагал кучерявый детина, как первый руководитель именинника.

– Пускай экипаж знает: мой скромный парень – пример остальным.

– Хорошо, сделаем это традицией: лучших поощрять. Составьте текст, – согласился Смелов.

Однако зам по составу, попытался возразить: – Вообще-то, на день рождения грамоты не дают. А то получается, как в прошлом веке: “В честь такого-то летия Октябрьской Социалистической революции, награждается товарищ”…

– Ну, он точно хороший товарищ, – старпом поддержал начальника энерго-механической службы.

Только воспитатель – на то и главный в таком деле. Поэтому опытный. Вот и подкрепил фактом: – Конспекты у них – в Шестом отсеке по подготовке не видел. Учатся – учатся, а не показывали чему. Просто пряник и плеть – это главные воспитатели.