Сергей Смоленюк – 2015-й: пора Пробуждений, или Проспать нельзя проснуться (страница 20)
А еще моряки знают, что загадочная “К” означает “Крейсерская”. То есть, эскадренная большая. Действительно, это был самый настоящий крейсер, но только не надводного, а подводного советского флота. Смелов вспомнил, что служившие краснофлотцы обращались ласково: “Катюша”. Теперь же, отдав стране воинский долг, мужественная Катя жила тихо – у самой кромки берега… Причем каждый понимал: стоит только дать волю – разрешить погрузиться, как сначала отдышавшись и придя в себя нырнет. Ну а затем, обязательно покажет врагам: на что только способна. Поскольку главное для любой нашей субмарины: топить недругов – друзей защищать, нисколько не поменялось. В общем, как говорил знаменитый Помпей: “Плавать по морю необходимо. Жить – не так уж необходимо”.
И… самые нетерпеливые, посматривали в сторону входа…, попутно делясь впечатлениями. Один командир, сверившись с “любимыми”, решил еще погулять.
– Рановато парни, – предлагая обойти и с противоположного борта.
– Ну давайте тогда, и я что-то вспомню – расскажу. Этот музей, – на ходу начинал Смелов, – напоминает о героях североморцах и североармейцах того времени. Хотя забыть войну нормальному человеку – невозможно; всего семьдесят лет прошло – это, для мировой истории “почти ноль”. Тем правильнее будет вспомнить, что Гитлер отвел одну – максимум две недели на взятие города-порта Мурманск, и всей прилегающей территории. Наверное, это и без меня уже знаете… Да? – Командир остановился, и увидев знакомую уверенность подопечных, похвалил: – Молодцы!
– Тогда все ли из вас знают, как Гитлер раздавал приглашения в сорок первом на… парад в Мурманске? Нет?! Или как прислуга разыграла сценарий – того, воображаемого парада… поминутно. И как докладывали его генералы, что расстояние в сотню километров от Петсамо до Мурманска – станет легкой прогулкой “Вермахту”? Тоже нет… Ну слушайте: то, что Северный флот и Четырнадцатая Кольская армия не полностью подготовились к началу Великой Отечественной – давно не секрет. Действительно, поначалу у Родины не хватало сил и средств для ведения боевых действий против опытного и хорошо подготовленного врага. Попросту на то время, именно гитлеровская – была самая многочисленная военная машина. Кстати, Французскую Республику взяла одна танковая группа. А на мать городов русских – Киев, немцы бросили две. И то, с большим трудом…
Смелов повторно остановился: – Уловили?! – Фашисты специально покорили Европу, усилив возможности в десятки-сотни раз. Ведь вся промышленность континента работала на нацистов. Отсюда и техники было больше нашего и боеприпасов, обеспечения, – он поглядел на небо и повысил голос: – Да, мы медленнее – как оказалось перевооружались и готовились к возможному нападению. И порою, не хватало самого необходимого. Например: все боле-менее приличные рыболовные и грузовые суда этих мест, тоже были призваны на флот. Так, из рыбацких шхун сделали дозорные, разведывательные и сторожевые корабли. Приведу известный и хорошо описанный свидетелями факт: Обычный рыбацкий траулер переименовали в “Туман”; и с установленными парами: 45-миллимитровыми пушками и пулеметами, в августе 41-го он первым на Северном флоте вступил в бой. И не просто в бой, а в бойню с тремя немецкими эсминцам.
– О-о,– от уважения ростовчанами “Тумановцев”, пошел настоящий гул. Только Смелов рассказывал дальше: – Командир “Тумана” не повернул вспять и не сдался, а принял неравный бой с неожиданно обнаруженными в Кольском заливе фашистами. Бывший рыбацкий кораблик продержался целый час(!), стреляя из всех четырех стволов… Затем, на тонущем “Тумане”, двое: рулевой Семенов и радист Блинов, высоко подняли флаг Военно-морских сил; показывая уже в самом начале пример бесстрашного мужества. Они завещали: “Братья. Мы можем погибнуть, но сдастся – никогда!”
– Вот какие люди в стране жили. А лет то им было всего…
Наступила логичная пауза. Современникам было жаль погибших братьев-моряков; хотя и не совсем понятно: почему, наш кораблик воевал с тремя вооружёнными до зубов эсминцами. Где были остальные?
Вот отсюда видимо, каждый помечтал: Эх, нам бы попасть, на место героического “Тумана”. Мы показали бы: Что такое мощь русского оружия. Всю войну выиграем…
Но самый деятельный в этом плане – командир БЧ-3 Ферзев, то есть торпедно-ракетного отсека; и вовсе не смог сдержатся. Заявив: – Товарищ командир. Я гарантирую: наш “Ростов-на-Дону” уничтожит целый флот нацистов. И даже, во главе с их хвалеными линкорами: “Тирпиц” и “Бисмарк”. А воевать эсминцам с одним траулером – большой отваги не надо.
И снова – не сговариваясь, парни вслух поддержали: Легко мол, готовы одни выйти в море, против всего флота неприятеля.
– Хватит мечтать ребята, – резонно охладил Смелов. – Запоминайте лучше, что рассказываю. Вдруг пригодиться в жизни и …пойдемте обратно. Там вход в прошлое – музей. Наше время пришло!
9
А в то же самое время, что подгоняло спускавшихся – вторая группа подводников, во главе с Алексеем Горбаленко окружила следующий исторический монумент. Все по делу: “В честь североморцев, не вернувшихся с войны”. На пьедестале застыл броневик “МТ-ЛБ”, под номером 400.
Парни выстроились напротив, пока Алексей Васильевич укладывал на свободное место – рядышком с многочисленными букетами, приготовленные командой цветы. Обезшапочные помолчали и двинулись к следующему. Поскольку рядом, навис стелой Ил-4 – живой памятник, легендарному бомбардировщику. Уж он то, повидал в свое время много фашистов. И поливал проклятых горячим огнем…
Дождавшись, когда все поднимутся на возвышенность, Юрий Дмитриевич зачитал новый лист: – В честь авиаторов-североморцев, сражавшихся против фашистских захватчиков. А история этого “Ильюши” такова… На Север прибыл 22 марта 1942 года: воевал доблестно; и утром 12 декабря, под командованием старшего лейтенанта Дьякова в очередной раз поднялся в небо. Только не с привычным боевым заданием, а облетать машину после замены двигателя. Известно: в войну безопасных вылетов не было. Поэтому стрелок-радист старшина Анатолий Шевяков не удивился, когда заметил "Мессершмитты" заходящие в атаку. Так экипаж принял неравный бой, который станет для командира и штурмана последним. Но сперва, стрелки мгновенно распределили цели. Удар Шевякова оказался точным и первый стервятник – объятый горящим смрадом отправился к проотцам. Однако по-прежнему, атаковал другой… Уже был мертв штурман – стрелок передней установки и выведены из строя оба мотора, когда тяжелораненный – в позвоночник, старший лейтенант Пантелей Дьяков; собрав последние силы – сумел посадить “Ильюшу” на фюзеляж. В общем, самолет оказался на льду озера, среди непроглядной тьмы. Выполнив последнее – сохранив машину, Пантелей поднялся в иной мир… Стрелку люковой установки Золотову перебило ноги. Раненный Шевяков с трудом выбрался из кабины и помог товарищу. А те часы, за которые проползли несколько десятков метров, запомнил на всю жизнь.
Подводники долго аплодировали летчикам самолета, а заодно и всем другим. Поскольку слыша о ком-то, мы – поминая время, чтим всех героев России.
Следом старпом – также начитавшись воспоминаний, взял слово: – А я узнал, что сначала эта “четверка” базировалась в Прибалтике; участвовала в бомбежках Берлина. Однако после оставления аэродрома, перебазировалась сюда – где продолжала топить вражеские суда и уничтожать наступающих фрицев. Вы только представьте?! Самолеты: “И-15”,”И-16” и “У-2”, также поставлялись на Северный флот. Уловили? Они все с открытой кабиной. Хотя температура зимой, доходит до 30-40 градусов. Сами знаете, с какими ветрами в придачу.
Ответ – у наших хлопцев не было слов. Все понимали: и так на Севере прохладно, а на скорости полета, да еще и высоко в небе – равносильно смерти.
Только старпом обнадежил: – Тут проявилась смекалка русских. Чтобы не отморозить лицо, летчики намазывались гусиным салом. А на открытые участки, приклеивали натуральный мех. Благо, его всегда много на Севере.
– Разрешите, Алексей Васильевич? – и получив эстафету, штурман Немцов добавил: – В первые годы, на самолетах почти не было радиосвязи. Промышленость просто не поспевала выйти на нужные объемы производства: много заводов эшелонировали в тыл… Поэтому, наши асы – во время полетов над морем высовывались наружу – показать ведомому: куда лететь. Вы понимаете: что ориентиров над водой нет, а если и радио нет – потеряться в прижатых к любимой земле облаках, очень даже можно. Пожалуйста, продолжайте Алексей Васильевич.
– Да, верно подмечено, – похвалил старпом. – У нас не только моряки и пехота герои Великой войны, а вся страна по-геройски защищалась. Вот и мотайте на ус. У кого они есть, конечно. Но так как таких не видно, мотайте на другое выпирающее, – пошутил он, добавляя главное: – На ум!
Веселая группа двинулась к следующему мемориалу.
– Катер, торпедный катер “ТКА-12”, – объявлял старший помощник: – Им в годы Великой Отечественной командовали одни герои Советского Союза.
Пощупав красный нос скромного – в размерах корабля, он с уважением рассказал: – Этот воевал с подлодками и кораблями противника. Учувствовал в диверсионных операциях и постановках мин на маршрутах движения вражеских транспортов, что снабжали двадцатую армию генерала Дитля: это те самые – перехваленные Гитлером егеря, которые к счастью так и не смогли взять герой-город Мурманск!