Сергей Слюсаренко – Синтез (страница 29)
Справа от стола совещаний находилась малозаметная винтовая лестница. По ней генерал привел Лано и Олега в маленький отсек – круговую застекленную башенку. Там они уместились втроем на жестких сиденьях.
– Это пост начальника состава. В случае боевых действий он закрывается бронеколпаком. Но в спокойной обстановке это прекрасное место для обзора.
Впереди был виден бронепаровоз, из трубы валил черный дым. Впереди паровоза угадывались две контрольные платформы и бронедрезина.
– Вы оцените, насколько плавно тронется состав, наши машинисты – спецы что надо! Арнтве офицер очень жесткий, но его экипаж выше всяких похвал.
Снизу доносились неразборчивые отрывистые команды, которые заглушил пронзительный гудок, и поезд без какого-либо рывка медленно двинулся вперед.
– Вот видите! А ведь состав у нас немаленький. Вы можете наблюдать отсюда только его переднюю часть. Кроме командного пункта, четырех бронеплатформ, ресторана, двух купейных и одного офицерского вагона, есть двадцать грузовых вагонов и еще прикрытие! Это отдельный, приданный нам бронепоезд, находящийся в моем непосредственном подчинении и входящий в наш состав, хотя там есть свой командир. Экая махина! – В голосе генерала звучала неподдельная гордость.
– Меня потрясла одна вещь – у вас все так прекрасно смазано, – сделал комплимент начальнику Лано. – Ведь смазочные материалы нестабильны.
– Мы пользуемся примитивным дегтем. Он практически не разлагается. Но из-за трудностей поставок этот материал используется только в стратегическом транспорте. Ну и производные его тоже важны. Нужно же чем-то пропитывать шпалы в ремкомплектах путей.
– Да, деготь! Я слышал о нем. Олег говорил, что на Земле его добывают из смолы хвойных деревьев, – поспешил проявить осведомленность Батрид.
Генерал удивленно глянул на профессора и ничего не сказал.
Состав медленно набирал скорость и через несколько минут уже вырвался за пределы города, оставляя позади рабочие слободки литейщиков, дачные домики горожан, заводы и склады, вынесенные за город.
– Я приглашаю вас на торжественный ужин по случаю начала путешествия, – объявил генерал. – Жду через час в вагоне-ресторане. Форма одежды – партикулярная.
– Нам бы накормить Дуду. – Лано ни на секунду не забывал о мартыше. – Можно заказать ему ужин в купе?
– Конечно, проводник об этом позаботится, – усмехнулся Балакирев.
Уже в переходе Лано объяснил Олегу, что партикулярная форма одежды подразумевает фраки, и неизвестно, где они их возьмут.
Обратный путь в купе оказался не таким простым. Несмотря на большую массу поезда, его все равно покачивало, и проход через бронеплощадку был затруднен. Без ушибленной коленки у Лано и запачканной смазкой куртки у Олега не обошлось. В купе, куда в итоге добрались, их встретил заскучавший Дуду. Он уничтожил все яблоки, половинку шоколадки, которую ему дали, и ту половинку, которую не дали, построил себе хижину из подушек и добыл из шкафчика на стене чайную ложку. Над хижиной парил шар с водородом, который Дуду привязал к ниточке. То, что он может завязывать узлы, оказалось полной неожиданностью.
– Вот же неугомонное создание, зачем тебе еще ложка, ведь на шее уже висит одна? – рассмеялся Батрид и попытался отнять у мартыша вторую чайную ложку, но тот вцепился в нее обеими рукам и не отдал.
– Дуду, ключ, ложка, – произнес он совершенно непонятную для людей фразу и спрятался в своей хижине из подушек, подергав по пути нитку, держащую шар.
В дверь осторожно постучались, и, дождавшись разрешения, вошел все тот же юный проводник.
– Меня направил к вам начальник. Вашему питомцу необходимо поесть? – вежливо осведомился он.
– Да, хорошо бы, – ответил Олег.
– Я могу принести что-нибудь из кухни, обычно у поваров остается масса всяких обрезков и очисток.
– Это как так, очисток? – В голосе Лано звенело негодование. – Молодой человек, принесите нам меню!
Проводник кивнул, не проявив никаких эмоций, и исчез за дверью.
– Ничего себе, если Дуду не говорит, как все, и думает иначе, так ему очистками питаться? – раскипятился Батрид.
Профессор еще бурчал некоторое время, осуждая нетолерантность и неуважение к языковым меньшинствам, но его возмущение прервал проводник, который принес большую кожаную папку с меню. Он вручил ее Лано и застыл рядом с блокнотом наготове. Тут из вороха подушек вылез мартыш и подошел к профессору.
– Так, чем бы тебя накормить? Ты же обжора невероятный и ешь всякую гадость. – Лано раскрыл пухлое меню.
Неожиданно Дуду попытался выхватить папку из рук Батрида.
– Нет-нет! Ты же читать не умеешь. – Лано отобрал у мартыша меню. – Я тебе сам все скажу!
Проводник смотрел на происходящее, как на цирковое выступление. Похоже было, что юноша никогда не имел дела с мартышами.
– Итак, салат протерсе с орехами тук. – Профессор строго посмотрел на Дуду. – Будешь?
Никакой реакции не последовало.
– Ясно, дальше. Устрицы нормандские.
– Ну, ничего себе, у них тут устрицы! – воскликнул Олег. – Да еще нормандские.
– Дуду. Устрица. Двадцатка, – сообщил мартыш.
– А ты не лопнешь? – не выдержал проводник, но моментально сник под строгим взглядом профессора.
– Начальник поезда любит братьев меньших и ни в чем им не отказывает! Если есть ограничения, можете вычесть из моей потенциальной порции, – строго выговорил Лано проводнику. – Так, я думаю, с закусками покончено. Вот, седло барашка под трюфельным соусом. Будешь, Дуду? Кстати, с каких пор ты считать умеешь?
Через пятнадцать минут скрупулезного выбора проводник в полном изнеможении отправился за ужином для мартыша, а Лано и Батрид стали готовиться к приему. Заранее наглаженные фраки обнаружились в шкафу.
Торжественный ужин в честь отправления состава, больше похожий на светский прием, поражал своей роскошью и изысканностью. У Олега даже зарябило в глазах от белых праздничных мундиров, золотых орденов и филигранных эфесов кортиков. Лано, не привыкший к таким пышным мероприятиям, спокойнее себя чувствующий на академических семинарах, чем на пиршествах, молча поглощал изысканные блюда в дальнем углу вагона-ресторана. Он выждал момент, когда праздник по случаю отправления состава перешел в последнюю, неуправляемую стадию и можно было улизнуть незамеченным, тихонько попрощался с генералом, сославшись на усталость.
– Да-да, конечно. Мне было очень приятно с вами познакомиться и принять вас на борту. – Балакирев пожал руку Батриду. – Только… Вы точно уверены, что ваш Олег именно с Земли?
– Что такое? – Лано удивленно посмотрел на генерала.
– Про деготь он какие-то сказки рассказал. Совершенно странные для землянина вещи. Деготь получают путем возгонки березовой древесины, как правило. Но это так, может, я в чем-то и не прав.
– Ну, может, он просто ошибся?
– Может… – неуверенно ответил Балакирев. – Но времена сейчас непростые, так что…
В купе Лано устало сел на край постели, которую заранее расстелил проводник. Последние слова генерала сильно смутили профессора, и нехорошие мысли роились в голове. Дуду понял настроение друга и с трудом, отяжелевший после обильного ужина, выбрался из-под своей горы подушек и сел рядом с Батридом. Мартыш прижался боком к человеку и смотрел в ту же точку, что и Лано, – прямо пред собой. В лапе мартыш держал свой шарик, не желая с ним расставаться. Так они провели несколько минут в полном молчании, но вдруг Дуду произнес:
– Олег. Человек. Друг.
– Ну, ладно, раз ты так считаешь, – пробормотал Лано и лег спать.
Мартыш немного потоптался у постели человека, а потом улегся рядом, прижавшись спиной к спине профессора.
Через час в купе тихонько вошел Олег и, стараясь не шуметь, тоже устроился в своей кровати. Поезд несся по Клондалу, тихо перестукивая на стыках рельс. В купе не было штор, это не имело никакого смысла, смоляная тьма за окнами не могла побеспокоить спящих.
– Олег, ты не спишь? – не выдержал Лано.
– Нет еще, я не сплю, – отозвался Шергин.
– У меня к тебе есть один вопрос… Ты не подумай, просто меня смутил сегодня наш генерал. – Батрид говорил так, словно выдавливал из себя слова. – Ответь мне, Олег, ты точно…
Глава пятнадцатая
Противовоздушная оборона
Белый ослепляющий свет залил купе, и ахнул взрыв. Через секунду раздался страшный скрежет, пассажиров кинуло на переднюю стенку. Поезд резко остановился. Раздались испуганные крики, отрывистые команды. Захлопали одиночные ружейные выстрелы, к ним присоединилась очередь из автоматического оружия.
Батрид кинулся к окну, но Олег успел перехватить его.
– Лано, это нападение, могут ударить по окнам! – Он завалил профессора на кровать под защиту бронированной стены вагона. – Сидите не высовывайтесь, я узнаю обстановку.
Дуду сразу после первого взрыва зарылся в свои подушки и не показывался оттуда.
В коридоре тускло светил один газовый рожок, подрагивая на воздушной струе из разбитого окна. На полу неподвижно лежал юный проводник. Шальная пуля настигла его, когда он бежал по коридору. Олег отстегнул ключи от переходных дверей с ремня злосчастного курсанта и, пригнувшись, под защитой стальных бортов вагона, двинулся в сторону бронеплощадки. Он без особых проблем прошел через вагон-ресторан, где под столами пряталась обомлевшая от страха обслуга, и через пустые, изрешеченные пулями почтовые вагоны, хрустя сургучом на разлетевшихся от взрыва конвертах… Еще до того, как Шергин добежал до боевой части, стало понятно, что оттуда ведется интенсивный огонь по неведомому пока врагу.