Сергей Сизарев – Марсианская святая (страница 39)

— Да, — кивнула та.

На экране болталки появилась фотография.

Миранда сдавлено ахнула, а Сэм присвистнул.

— Первая помощница, мы-то вас обыскались, — сказал он фотографии.

На них смотрела безымянная сестра — та, что сидела у ног Клементины Сидонской на куске корабельной брони. Та, чьё тело так и не было найдено в обломках «Космодамианска».

— Я хочу это лицо себе назад, — сказала Миранда тоскливо, смотря на себя из прошлого. — Верните мне его, пожалуйста.

— Очень важно, чтобы вы вспоминали и дальше, — обратился к ней Грегор. — «Космодамианск» погиб сто лет назад. Однозначно, вы были на его борту до того, как он погиб. Оставались ли вы на борту в момент его гибели — это ещё не факт, но главный вопрос — что вы делали в течение ста лет, прошедших с момента гибели «Космодамианска». Были ли вы воскрешены чудотворной силой Клементины или восстановлены из цифровой копии по технологии «упокоения во плоти»? Или вас длительное время держали в криокапсуле и только потом разморозили и реанимировали? Когда именно это произошло — тогда или недавно? Вот вопросы, которые вы должны себе задавать.

— Я попробую вспомнить, — неуверенно пообещала Миранда и снова попросила. — Просто… пообещайте, что вернёте мне моё лицо.

— Мы обещаем, — сказал ей Сэм за себя и за Урквина.

— Что ты там читаешь? — спросил Беккет у притихшей напарницы. После разговора с Грегором Миранда углубилась в свою болталку со скорбно-сосредоточенным видом.

— Ищу подробности о гибели «Космодамианска». Пытаюсь хоть что-нибудь вспомнить, — ответила швея, не отрываясь от экрана.

— Что-нибудь вспомнила?

— Пока нет.

— Послушай, отвлекись ненадолго, — попросил её Беккет. — Нам нужна тёплая одежда, раз уж мы идём в отключенные купола. Вот что я придумал: мы закажем на барахолке старые комбинезоны климатехников, на пару размеров больше, а потом набьём пустое место термолюксовыми обрезками, и выйдет чудненько.

— Я против, — ответила Миранда.

— Почему? — удивился Беккет.

— Хватит уже ходить в лохмотьях. Я знаю, бедность въелась в тебя, как угольная пыль в шахтёра, но давай, всё же, закажем нормальную одежду.

— Что ты подразумеваешь под нормальной? — завёлся мужчина. — Откуда тебе вообще что-то известно про нормальную одежду? Ты же монашка. Ты должна одеваться скромно. Напоминаю, роскошь — это грех.

Вместо ответа Миранда взяла со столика мандарин и запустила им в напарника. Сэм поймал мандарин и с невозмутимым видом стал его чистить.

— Я ненавижу тебя, Сэм Беккет, — процедила сквозь стиснутые зубы напарница. — Ты уличил меня в грехе, и за это ты умрёшь.

— У тебя есть конкретные предложения? — деловито спросил её детектив.

— Да, — кивнула швея. — Когда Клементина ещё только заикнулась, что в тех куполах будет холодно, я сразу же взяла этот вопрос на проработку. Я ненавижу холод и сделаю всё, чтобы не мёрзнуть.

— И в кого ты такая мерзлявая?

— Понятия не имею. Иди сюда, — Миранда поманила Сэма, чтобы показать ему что-то на экране своей болталки. — Посмотри, что я нашла в Сети.

Сэм поставил своё кресло рядом и наклонился к экрану.

— Шубы? — недоумённо воскликнул он. — Но тут написано, что материал — искусственный мех. Он не будет греть, раз ненастоящий.

— Ты ничего не понимаешь, — возразила напарница. — Это полная субатомная копия настоящего меха, вплоть до спиновых моментов. По тому же принципу воссоздают тело человека при постумном воскрешении. Усекаешь?

— Ты цены-то видела? — Беккет перевёл спор в новую плоскость.

— Но ведь нас никто не ограничивает, — контратаковала швея.

— Допустим, — уступил мужчина. — И что тут хорошее есть?

— Я покажу, — обрадовалась помощница. — У меня в закладках полно классных шмоток для нас обоих.

— Ты уже и за меня всё выбрала? — округлил глаза Сэм.

— А то! — задорно улыбнулась Миранда.

Часть 18/30 - Детектив весьма романтичен

Четыре часа спустя они закончили ругаться и наконец-то нажали кнопку «Оплатить заказ». Через полчаса прилетел грузовой туер и оставил огромный мешок с одеждой.

Главным шедевром стала белоснежная песцовая шуба Сэма из коллекции HOSPITALLER от модного дома SO VOQUE. На её спине с помощью аэрографа был грубо нарисован ярко-красный крест. Такой же, только поменьше, был нанесён на груди справа. Под шубу детектив надел охотничий комбинезон из оленьей кожи. На его голове теперь красовалась каракулевая папаха с красным околышем. Ноги он утеплил унтами из меха сибирской лайки.

Миранда выбрала коктейльное платье MELANISSIMA от BOFE, сделанное из чёрных страусиных перьев, густо нашитых на шёлковую сетку и обсыпанных мелкими бриллиантами. Под платье она надела высокие белые гетры и золотистые угги, сверху накинув кунью шубу до пят. Руки от мороза Миранда решила прятать в беличьей муфте, а на голову надела монгольский треух из волчьего меха.

— Теперь хорошо? — спросил она у Сэма, крутясь у зеркала.

Тот показал ей большой палец:

— Выглядишь на миллион!

— Этот наряд стоил два миллиона, — надулась Миранда.

— Клементина нас точно убьёт, — сказал Беккет, уже сожалея, что согласился на такое безумство.

— Не убьёт, — беспечно отмахнулась Миранда.

— С чего ты так решила?

— Я всё-таки её первая помощница, забыл? — объяснила швея, прилаживая чехол с Зингером поверх шубы. Она вспотела, пока возилась с ремнями и пряжками, но всё-таки умудрилась подогнать всё под новые размеры.

— Ловко у тебя получается, — сказал ей Сэм. — Допустим, тебя она не убьёт, раз ты была её первой помощницей. Но меня-то она точно не пощадит.

— Значит, так тебе и надо, Беккет, — позлорадствовала Миранда. — Заслужил.

Дорога до Сидонии Изначальной заняла каких-то минут сорок. Некогда первые купола, построенные колонистами, служили центром для будущего города. И пусть теперь эти купола были заброшены из-за ветхости, они по-прежнему находились в центре разросшегося конгломерата Сидонии. От золотых куполов Экзархии и элитного гостиничного комплекса, в котором поселились Сэм с Мирандой, до заброшенных куполов было всего несколько километров, но прямой дороги не было — транспортный поток огибал это белое пятно по широкой дуге, поэтому часть пути пришлось преодолеть на траволаторах, а потом уже пешком — до шлюза в стене жилого купола. Сразу за ним начинались заброшенные территории. С допуском проблем не возникло — Клементина выполнила своё обещание, и они спокойно прошли в закрытую зону.

Когда Сэм и Миранда вышли из шлюза, валил снег. Откуда-то сверху из молочно-белой пелены на них планировали крупные пушистые снежинки. Тёплый ветерок шевелил мех на одежде. Впереди красноватым светом мерцал пол купола. Сквозь бушевавшую кругом метель было не разобрать, что к чему, но Миранде показалось, что она видит две параллельные полоски огней, уходившие от шлюза в темноту.

— Это не минус тридцать, — сказала напарница. — И я не могу понять, что это за пыль в воздухе. Это пепел?

— Снег, — улыбнулся Сэм. — Снег — это такая замёрзшая вода. Сейчас как раз снегопад. Пойдём.

Взяв спутницу за руку, он повел её к цепочкам огней. Они вошли на широкий мост, ограниченный поручнями. На поручнях горели синие фонарики.

— Где мы? — спросила Миранда.

— Это купол 02, — ответил Сэм. — Самый маленький из заброшенных.

Миранда потянула его к краю моста, чтобы посмотреть вниз. Там, в каких-то паре метров от них, блестел лёд, и сквозь него пробивалось красноватое сияние.

— Что это? — спросила помощница.

— Вода под слоем льда, — сказал Беккет.

— Я не понимаю.

— Этот купол, на самом деле, сфера, а не полусфера. Под нами грунтовая чаша, образовавшаяся после термоядерного взрыва. Чашу накрыли куполом, а её дно забетонировали. Потом в чашу налили воду. От замерзания её берегут инфракрасные обогреватели — их свет ты сейчас видишь сквозь ледяную корку, покрывающую это искусственное водохранилище.

— Почему тут идёт снег? — спросила Сэма Миранда. — Так и должно быть?

— Нет, — тот отрицательно помотал головой и объяснил: — Снегопад — это внештатный режим работы климатической установки. Он получается, когда в воздух выбрасывается излишний объём водяного пара. Он замерзает по мере движения вверх, но не может прилипнуть к куполу, потому что внутренний слой поставлен на подогрев воздушными потоками из расположенных по контуру купола тепловых пушек. В результате, возникает переходное явление, которое длится всего несколько часов, пока купол не прогреется. Это явление — метелицу — мы сейчас с тобой и наблюдаем.

— Но почему снег идёт прямо сейчас, когда мы сюда пришли? — встревожено спросила Миранда.

— Вот это мы с тобой сейчас и узнаем, — снова потянул её за собой Беккет.

Они шли по мосту. Молочно-белый свет просачивался сверху, красный — снизу. Синие фонари вели их сквозь пелену.

— Стой, — вдруг остановился Сэм.