Сергей Ситников – СВО РА (страница 4)

Рядом – пачка печенья, выпавшая, полураскрытая, «Юбилейное». Осталась только одна половинка, как в прошлое утро. Каска блестела в луже, как игрушка, но никто не поднимал её. Кто-то кричал, стрелял, ползал – но всё это было далеко. Мир Влада сжался до пятен света на лице друга. Он смотрел и не мог оторваться. Потому что если отвернётся, если моргнёт – значит, признает. А он ещё не готов.

Он знал, что секунды уходят. Что сейчас нужно действовать, командовать, спасать. Но он сидел и смотрел. Потому что именно сейчас он понял, как выглядит невозврат. Это была тишина. Не звуковая, а человеческая. Леший молчит навсегда.

Он живой. БМВ дышит. Буря склонился над ним, проверил пульс на шее.

– Пульс есть! Слышь, брат, ты слышишь?

БМВ открыл рот, сказал что-то сквозь вату:

– Сука… курс просел…

Пан ползал рядом, весь в глине. Из-под пластины на боку шла кровь – медленно, густо, почти вязкая.

– Ногу… и бок… – сказал Снег, коротко. – Если не вытащим сейчас – потеряем.

Влад встал. Молча. Глянул на них. На БМВ. Потом – на Лешего. И все поняли.

– Уходим, – сказал он. Тихо.

– Тащите БМВ. Через левую просеку. Я прикрою.

Пан поднял голову:

– А Леший?..

Молчание.

– Командир, ты чего… Мы… мы не можем…

– Уходим, – повторил Влад. Жёстко.

Снег знал этот голос. Он не принадлежал человеку.

Пан затрясся.

– Это неправильно, – прошептал он. – Это не мы. Мы же не такие…

Буря шагнул вперёд:

– Я останусь. Вместе. Прикроем вдвоём.

Влад подошёл. Положил руку ему на плечо. Сильно, до остановки.

– Ты нужен им. Я – останусь.

Снег поднял БМВ. Буря подхватил под руку. Пан – последним.

Отход начался. Влад остался.

Он остался стоять. Шагов позади уже не было слышно. Они ушли. Все. Остался только он – и тело рядом. Мир вокруг будто застыл: неподвижный, тёплый, без движения, без времени. Он проверил магазин – патроны были. Хватит, чтобы задержать ад, если придётся. Автомат лёг поперёк коленей, тяжёлый и родной. Взгляд уткнулся в лес. Он ждал.

Листва впереди чуть шевельнулась, и в этом шорохе что-то мелькнуло – будто белый платок, как обрывок памяти, застрявший между мирами. Ветер прошёлся по шее, не как холод, а как шёпот. "Ты знаешь, что делать." Он не испугался. Не сомневался. Он не знал точно, кто он теперь – человек, тень, волк, – но это уже не имело значения.

Влад не сразу подошёл к телу. Не потому, что боялся. Просто хотелось, чтобы этот момент не наступал. Он знал, что стоит только увидеть – и всё станет настоящим. И стало.

Леший лежал как-то… не по-мертвецки. Лицо было живым. Будто он просто слушал землю. Или шептался с деревьями.

Влад присел рядом. Не на колени, без слёз, которые могли быть здесь уместны, но не стал. Просто сел – как когда-то под теми елями, у ручья. В ту ночь они сидели вдвоём. Далеко от всех. Леший сказал: «Знаешь, почему меня Лешим зовут? Потому что я здесь – как дома. Я не прячусь в лесу. Я – лес. Он дышит мной, а я – им. Вот так».

И тогда он встал, обнял дерево, как человека, и замер. Влад подумал, что это чушь. Но потом понял: нет. Просто есть люди, которые действительно говорят с лесом – без слов. И лес их слушает.

Он часто говорил странности. Про птиц, которые улетают, когда в группе кто-то умрёт. Про то, что дрон не заметит тебя, если ты забудешь, что ты человек. Про тишину, которая громче, чем взрыв. Влад тогда усмехался. Но запоминал.

Теперь всё это – было рядом. В теле, становящимся прахом.

Влад не говорил слов, которые символизируют прощание. Просто наклонился, подобрал наполовину выпавший блокнот и положил ему на грудь еловую ветку. Не как символ. А как связь. Чтобы Леший не остался один в этом новом лесу.

И чтобы те, кто придут потом, поняли: здесь был не просто боец. Здесь был свой.

Лесной. Настоящий.

Он встал. Поднял глаза. Перед ним была тропинка, пень, небо цвета лезвия клинка – и ничего больше. Он снова взглянул на Лешего: – Потерпи братишка. «Заберём при первой возможности…» —тихо сказал он.

Голос прозвучал тяжело – как камень, как земля, как волк, говорящий не вслух, а сквозь кости. Он шагнул в сторону тени. И тень – приняла его.

Записка от Лешего

Ночь. Лес дышал ровно.

Пацаны спали. Кто-то сопел, кто-то шевелился. В стороне Снег что-то бормотал во сне – как всегда, полштаба в голове даже на отдыхе. Влад сидел молча, как будто его уже не было.

А он – Леший – не мог уснуть. Не тревожно. Просто… не время. Слишком тихо. Слишком близко что-то было. Не смерть – он бы почувствовал. Но что-то другое. Как будто лес собирался что-то сказать, но медлил.

Он достал маленький блокнот. Тот самый, в который записывал странные сны и мысли, что приходили по ночам. Сломанная пружина, обложка в пятнах, запах мха и табака. Карандаш – обгрызенный. Улыбнулся.

И начал писать. Без обращения. Без даты. Просто – если кто-то найдёт.

Интересно смотреть на людей, когда они спят. Тогда они настоящие. Без командира, без позывного, без того, что навешано. Лица – как до всего. До войны, до страхов, до броников. Чистые.

Снег во сне командует. Шепчет, как будто сам себе отдаёт приказы. Он не может отключиться. Даже ночью держит форму. Думает, что, если отпустит – всех развалит. А на самом деле держит не он – а вот эта штука у него в груди, которую он от всех тщательно прячет. Большая, горячая. Я не говорю ему. Пусть не знает.

Влад – он спит с открытыми глазами. Точнее, не спит вовсе. Он просто есть. Как дерево. Как скала, на которую можно опереть спину. Иногда мне кажется, он не человек. Или, уже не совсем. Он пошёл дальше. Он слушает не ушами. Он всё знает – не потому, что ему рассказали, а потому что прожил это во сне. Так бывает.

Про других… не буду. Все хорошие. Каждый по-своему. Даже те, кто боится. Особенно они. Бояться – это честно. Я сам, если честно, боюсь. Но пока смотрю – легче.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.