Сергей Ситарис – Записки трейдера. Мальдивы (страница 7)
По вечерам, на ужине, действовала заказная система с выбором из трёх основных блюд. На столах, установленных прямо на песке, мерцали маленькие лампадки.
В ожидании заказа, мы сидели напротив друг друга за маленьким столиком и огонёк лампадки отражался в Наташиных глазах, таких близких и волнующих. Было так хорошо, как бывает только в молодости, тёплой летней ночью, когда чувства обострены близостью любимого человека и все звуки, запахи и цвета воспринимаются острее. Не покидало странное ощущение сопричастности к могучей и величавой жизни природы, откуда однажды вышел человек и, в то же время, хрупкости человеческого бытия: будто мы одни на белом свете, под этим чёрным небом с его таинственными звёздными мирами, а вокруг бескрайний океан, в котором наш крошечный островок, так же беззащитен и одинок, как и наша планета в бесконечных просторах вселенной.
Проблемы, оставшиеся на большой земле, ещё недавно беспокоящие и вызывающие чувство тревоги, как-то заметно уменьшились в размерах, растворились в царящей здесь атмосфере покоя и безмятежности. Казалось, будто ты нырнул под воду на многолюдном пляже и сразу исчезли все его шумы: гомон сотен людей, музыка, рёв водных мотоциклов, визги детворы. И только лёгкий звон в ушах.
Наше романтическое уединение лишь изредка нарушалось ненадолго беззвучным появлением из темноты официанта при смене блюд.
В качестве основного блюда, мы выбрали жареную барракуду с рисом, грибами и водорослями, украшенную икрой масаго.
Я знал, что барракуду называют ещё "морской щукой", а икра масаго – это в Японии, а у нас в России она известна, как икра мойвы. Согласитесь, звучит не так романтично, поэтому я не стал разочаровывать Наташу, ведь она так любит поэзию…
Мякоть барракуды белая, мясистая, по структуре состоит из крупных хлопьев. В мясе мало жира и много белка. Как правило с ней всегда подают много зелени.
Лично я барракуду выбрал не из-за её вкусовых качеств, а заказал в том понимании этого слова, как заказывают потенциальную жертву киллеру, за её скверный характер, с целью, путём поедания, сократить её популяцию. Я люблю снорклинг, а эта рыба с непредсказуемым поведением может представлять опасность. Она любит отираться у коралловых рифов и кидаться ни с того ни с сего на пловцов и дайверов. А учитывая, что она может достигать внушительных размеров (50 и более килограмм и 2-х метров в длину), то является не менее опасной, чем тигровая акула или акула-молот, обитающие в здешних водах.
Ужинали мы не спеша, с чувством, толком, расстановкой. На десерт взяли мягкое мороженное с манго.
На островах, с целью более полного использования светового дня часто вводят собственное время, отличное от времени на Мале. На нашем острове, часы переводились на час раньше.
Разница по времени с Москвой была незначительной, спать особо не хотелось и после ужина мы ещё немного посидели, а точнее полежали в баре на диванах, потягивая коктейли и наблюдая местную самодеятельность с неуклюжими прыжками переодетого в национальные костюмы персонала отеля, изображавшего народные танцы под звуки барабанов.
Бар располагался в отдельном строении, на сваях, над водой, по конструкции напоминающем ресторан, только значительно меньших размеров. Напротив барной стойки стояли ряды низких столиков и диванов, на которых можно было сидеть, полулежать или лежать в зависимости от настроения. Кроме нас в баре находилось ещё четыре пары: приехавшие вместе с нами унылые немцы, зажатые и сидящие с постными лицами, будто на партийном собрании ХДС/ХСС, какой-то рыжий толстяк лет 50-ти с такой же упитанной спутницей, лежащие пузами кверху, как два бегемота, на диванах с подсунутыми под спины подушками, пара средних лет азиатского происхождения, но не китайцы, а скорее японцы, судя по дорогой одежде и сдержанному стилю поведения с некоей долей аристократичности, молодой парень лет 30-ти европейского вида с копной русых волос на голове и его милая девушка, оживлённо обсуждавшие что-то, склонившись друг к другу над низким столиком со стоящими на нём бокалами и не обращающие внимания на окружающую обстановку.
Представление отдавало халтурой и примитивизмом и не вызвало у нас никаких эмоций, кроме зевоты.
Чтобы не уснуть прямо здесь, на диванах, мы с трудом поднялись и отправились к себе на виллу.
Там приготовили себе чайку и чуть поболтали, обмениваясь впечатлениями первого дня, но глаза уже слипались. Сказывалась усталость от пережитых эмоций, водных и солнечных процедур. Наташа вскоре ушла в спальню, обустраиваться и готовиться ко сну.
Я вернулся из душа, застелил диван простынкой, выключил свет и завалился спать, с удовольствием вытянув гудящие ноги. Перед этим хотел посмотреть новости, минут пять "попрыгал" по каналам, но русскоязычных не нашёл и вырубил телевизор.
Ещё днём, когда мы только занесли вещи, которые уже ждали нас у входа, Наташа остановилась со своей сумкой на колёсиках посреди виллы, оглядываясь по сторонам и не решаясь пройти в открытую дверь спальни. Огромная, стоящая посреди комнаты двухспальная кровать, её смущала и вызывала чувство неловкости.
Это был решающий момент от которого зависел предстоящий раздел жизненного пространства: воссоединимся мы на старте нашего совместного отдыха или это случится само собой чуть позже. А что случится – в этом я, по наивности своей, ничуть не сомневался.
Я помнил о своём обещании не приставать к ней и спать на отдельной кровати, но решил разыграть простака. Авось прокатит.
Как заявил в своё оправдание герой одного фильма, проломив деревянные перила и слетев со второго этажа, после неудачной попытки ухаживания:
– Я француз, мадам!
Вот и я должен был попробовать. Разрядить возникшую напряжённость момента.
Сразу же по-хозяйски прошёл в спальню, бросил свою сумку в угол и подойдя к кровати со стороны окна несколько раз с силой надавил на неё вытянутыми руками, проверяя на упругость.
– Чур, я с этой стороны сплю!
– Ага! – Наташа участливо, как за тяжелобольным, наблюдала за моими действиями через дверной проём, не трогаясь с места. – Ты губозакаточную машинку не забыл захватить с собой вместе с маской и ластами?
– Ладно, ладно… Прости! – Я поднял руки, сдаваясь. – Погорячился…
Так и быть: ты ложись у окна, а я тут, у двери.
– Да ради бога. Ты, барин, тебе решать. Ложись, где хочешь, хоть посередине, – разрешила Наташа. – А про свои обещания ты не забыл?
– Какие? – попробовал я прикинуться дурачком.
– Всё понятно с тобой, – Наташа отвернулась, сердито дёрнула свою сумку за ручку и потащила её в сторону гостиной. – Давай сразу определимся: если ты в спальне, то я тут, на диване.
– А -а, ты про это! – я сделал вид, что только сейчас понял, о чём она. – Помню, конечно. "Слово царя твёрже сухаря". Я просто подумал: вдруг тебе страшно одной будет на такой большой кровати… Ну нет, так нет.
Я отнял у неё сумку и закатил в спальню, а свою забрал.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.