Сергей Ситарис – Записки трейдера. Мальдивы (страница 6)
– Мне больно тебе об этом говорить, но коралловый песок – вот это белоснежное чудо – это какашки рыбы-попугая. Она поедает и переваривает мёртвые кораллы, а то, что осталось, выходит из неё в виде песка. По некоторым оценкам, одна рыба-попугай может произвести около ста килограммов песка в год. Кстати, когда ты лежала на нём, обратила внимание, что он не нагревается, в отличие от обычного кварцевого песка?
Наташа уже была на ногах и присела-таки на край соседнего шезлонга.
– Я не думала об этом, но сейчас, когда ты сказал… Да, он даже не тёплый, а как будто прохладный.
И без всякого перехода, как о чём-то давно наболевшем и выстраданном, заявила:
– Я есть хочу!
Из всех видов столов, дарящих людям удовольствия: карточный, шахматный, бильярдный, массажный, я предпочитаю обеденный, поэтому Наташины слова нашли живой отклик в моём желудке и были восприняты с воодушевлением.
До закрытия ресторана оставалось не так много времени, аппетит же после купания у нас разыгрался нешуточный, поэтому мы по-быстрому ополоснули ноги под краном, чтобы не заносить песок в бунгало, переоделись и отправились перекусить.
Особенностью нашего острова было то, что его нельзя было обойти вокруг по береговой линии, шлёпая босиком по песочку прибрежной полосы, как я любил это делать, отдыхая на других островах. За каждой виллой закреплялся свой кусочек пляжа и прилегающей к нему территории, на которую никто посторонний попасть не мог.
Обогнуть остров можно было по внутренней, пролегающей в саду дорожке, соединяющей все объекты инфраструктуры и места общего пользования.
По ней, утопающей в зелени и местами усыпанной облетевшими розовыми лепестками бугенвилии, мы и топали сейчас в ресторан. Деревья, по пути следования, украшали цветущие орхидеи всех цветов и оттенков, растущие в декоративных горшочках из оболочек кокосовых орехов, наполненных почвосмесью и закреплённых на стволах.
Как же светло, безмятежно и радостно было у меня на душе! Я упивался красотой окружающей природы и свободой. Все заботы и тревоги, ещё недавно отравляющие мне жизнь, я стёр из памяти, как пыль со стола. Наш отпуск только начался, но и с его окончанием, мне не придётся возвращаться на работу и видеть каждый день опостылевшую высокомерную рожу шефа.
Я вышагивал босиком в бриджах защитного цвета длиной чуть ниже колен и белой футболке с рисунком контуров Красного моря и его подводных обитателей, памятью о Шарм эль Шейхе. Песок на дорожке, по которой мы шли, был утоптан до твёрдости бетона и мои ступни не испытывали ни малейшего дискомфорта, однако изнеженные ножки моей спутницы нуждались в постепенной адаптации и она не рискнула пока отказаться от шлёпок.
На ней были белые шорты из какой-то лёгкой ткани и, такого же цвета, укороченная блузка кроп-топ. На голове притеняющий лицо козырёк "Бриз", снежно-белый, не закрывающий, собранные в узел на затылке, волосы, а лишь обрамляющий их чёрной невысокой окантовкой. На носу солнцезащитные очки. Кожа на лице уже успела чуть подрумяниться от тропического солнца.
В ресторане нам показали наше постоянное место за столиком на двоих с номером нашей виллы – 22. Количество мест за столом соответствовало числу проживающих на конкретной вилле и, если вы проживаете в ней один, то и за столиком к вам никого не подсадят, охраняя ваше право на одиночество. Расположение столов и расстояние между ними соответствовали принятой на острове атмосфере приватности. Можно было спокойно разговаривать, не опасаясь, что тебя услышат за соседним столом или будут заглядывать тебе в тарелку. Питание у нас было "всё включено", обед в общем ресторане – шведский стол. Сам ресторан представлял из себя открытое со всех сторон строение, напоминающее громадную беседку, под куполообразной с лёгким уклоном крышей, лежащей на установленных по всему периметру, отделанных деревом, квадратных опорах. Центр ресторана занимала зона активного обслуживания, где, похожий на индийца, повар, с большими круглыми глазами, сверкая их белками и белыми зубами, что-то жарил-парил-накладывал в тарелки, а справа и слева от него полукругом располагался длинный ряд столов с разложенной для пожирания снедью.
Это было наше первое посещение ресторана, поэтому мы довольно долго бродили вдоль столов, знакомясь, как тут всё устроено и заглядывая под крышки контейнеров для горячего и второго. В конце концов набрали по полному подносу еды и фруктов и уселись за свой столик.
Столики для отдыхающих были расположены по краю периметра и с нашего места открывался великолепный вид на океан. Опоры навеса были соединённых между собой низкими, не закрывающими обзор, сплошными деревянными перилами-ограждением. На случай непогоды, были предусмотрены быстро разворачивающиеся по всему контуру строения шторки для защиты от брызг тропического дождя и ветра.
Мы основательно проголодались, а потому и есть намеревались долго и основательно, тем более, что вид и обстановка располагали.
Но, во-первых, переоценили свои силы, глазами, как всегда, съел бы слона, а по факту не можешь доесть и котлету, а, во-вторых, мы пришли уже почти перед закрытием, в ресторане, кроме нас, уже никого не осталось и было неудобно задерживать персонал.
Я похлебал рыбный суп гарудию из тунца, похожий на нашу уху, а на второе проглотил что-то похожее на рагу по-маллигански. Это рагу из говядины и картофеля с добавлением различных овощей. Вкусно и сытно. Тунец на Мальдивах промысловая рыба, его ловят все и везде и блюд из него в местной кухне много. А вот выбор мясных блюд ограничен курицей и говядиной. Свинину на Мальдивах не едят и не продают – это мусульманская страна.
Наташа едва перекусила и собиралась больше времени уделить дегустации незнакомых ей экзотических фруктов: драгон-фрута, маракуйи, рамбутана и папайи, но персонал уже занимался уборкой посуды с соседних столов и наш обед получился скомканным. Пора было уходить.
После обеда мы, уже не торопясь, вернулись к себе на виллу. По пути миновали зону СПА и плантацию для разведения и выращивания орхидей. Мы решили вернуться сюда позже с целью более детального и внимательного ознакомления.
Пока же, после небольшого отдыха, мы опять купались и загорали до самого вечера.
Согласно выданной нам программе мероприятий, каждый день, для любителей полюбоваться закатом, на открытом воздухе, у ресепшена, накрывали столы с лёгкими закусками, фруктами, соками.
Мы тоже решили поучаствовать в проводах солнца и первого дня нашего пребывания на острове: взяли себе по свежевскрытому молодому кокосу и сидели в мягких, удобных креслах, потягивая сок через трубочки и наблюдая быстроменяющуюся прощальную игру лучей уходящего на покой светила, окрашивающих облака на небосводе у границы неба и океана в оттенки красного, багрового, розового…
Солнце уже зашло, но уходить не хотелось. Мы почти не разговаривали, глядя сначала на последние слабые всполохи заката, как вырывающиеся из-за линии горизонта языки пламени догорающего костра, а потом на огромную, без конца и края, гладь океана, пока совсем не стемнело и ничего не стало видно, кроме тех мест, куда едва доставал свет от фонарей у ресепшена. Вода там казалась маслянисто-чёрной и враждебной.
Ужин, за исключением дождливой погоды, накрывался под открытым небом и проходил наиболее торжественно и романтично. Пожалуй, только на ужине можно было увидеть некоторых женщин в лёгких открытых вечерних платьях, хотя, и в этом случае, нередко без обуви, босиком.
Ночи на Мальдивах тёмные и тёплые, как и в городе Сочи и сейчас была именно такая. Весь небосвод был усыпан хаотично разбросанными, как бриллианты на чёрном бархате, яркими искрами звёзд. Освежающий бриз, казалось ласкал кожу, утомлённую за день солёной водой и солнцем.
Лёгкая одежда не стесняла, телу было очень комфортно и дышалось легко, полной грудью. Воздух был настоян на морской соли и лепестках цветущих тропических растений. В тишине ночи было отчётливо слышно спокойное дыхание океана, как большого спящего зверя, обнявшего наш крохотный островок кольцом своих рук.
Говорят жара наиболее тяжело переносится в сочетании с повышенной влажностью. Казалось бы, куда ещё больше влажности – кругом океан, но именно благодаря ему, несмотря на близость к экватору, на Мальдивах не бывает изнуряющей жары. Океан, как гигантский аккумулятор-накопитель смягчает колебания температуры воздуха и не допускает её резких скачков и изменений. Среднегодовая дневная температура на островах составляет +30°С, ночная +25°С.
Кроме того, климат здесь субэкваториальный муссонный. То есть основное влияние на погоду на Мальдивах оказывают ветра (муссоны), приносящие влажный воздух с океана или сухой воздух с континента.
Так, Хулхангу – юго-западный муссон, приносит на острова в летний период (с мая по сентябрь) дождливую и ветреную погоду. В это время года выпадает значительная часть осадков и океан редко бывает спокоен.
Но даже в это время высокая влажность воздуха, благодаря ветреной погоде ощущается значительно легче.
В противовес Хулхангу, северо-восточный муссон Ируваи гонит с континента сухой тёплый воздух. Погода на Мальдивах в период его влияния отличается низкой влажностью и спокойствием океана.