Сергей Шкенев – Отшельник Книга 3 (страница 25)

К допросу и приступили не теряя времени. Пока без пристрастия, пока разгораются жаровни и греется железо в них, можно просто поговорить по душам, благо в экипажах ушкуев большинство знает по два или три языка, включая татарский, турецкий, греческую ромайку, редкий в этих местах арабский, латынь и говоры немецкого, итальянский в венецианском и генуэзском вариантах, ну и северные языки, вроде свейского или датского. Почитай, со всей Европы собрались людишки под знамёна государя-кесаря. Не так, чтобы большинство составляли, но много…

— Дыбы нет, — сокрушённо качал головой штатный кат экспедиции Тихонрав Филимонович по прозвищу Тихопердый. — Без дыбы не допрос, а беседа приватная.

Тихонрав когда-то волею судьбы прошёл полное обучение медицине в Болонском университете, и до сих пор бережно хранил учебник «Анатомия» профессора Мондино Луцци, поставив его на божнице в красном углу наравне с иконами. И продолжал заниматься науками, чему профессия палача очень способствовала. И не упускал случая блеснуть учёным словом, дабы окружающие не забывали, что имеют дело с образованным человеком.

— Всё бы тебе членовредительством заниматься, — покачал головой Веня Конев, как финансовый руководитель обязанный присутствовать на таких процедурах.

— Так я же ему не член… — кат кивнул на полностью раздетого и приготовленного к допросу грека, ненадолго задумался, а потом расплылся в довольной улыбке. — А что, и так тоже можно?

— Да я не про тот член, которым ты думаешь… про который ты подумал, — тут же поправился Вениамин Павлович. — Есть и другие способы.

— Профессор Мондино в своём труде прямо указывает на то…

— Твой профессор когда-нибудь гвозди молотком забивал? А промахивался? А по пальцам попадал?

— Про то мне неведомо.

— Вот на что и намекаю. Дай сюда железяку потяжелее. Ага, вот эта вполне подойдёт, — Веня покрутил в руке неизвестно откуда взявшийся здесь аптекарский пестик для растирания лекарственных трав, камней драгоценных и полудрагоценных, и прочих полезных минералов.

Он, не пестик, разумеется, а Вениамин Павлович, в своё время прочитал множество остросюжетных книг, и в искусстве экстренного потрошения мог считать себя экспертом. Как подозревал — лучшим в этом мире и в эту эпоху. Экспертом-теоретиком, но всё же… Ещё подозревал, что на самом деле в книгах пишут полную ерунду, не имеющую ничего общего с реальностью, но на практике свои познания пока не применял, и любое из подозрений опровергнуть не мог.

— Ты как, готов поделиться сокровенным? — спросил Веня у пленника, имеющего вполне греческую рожу. Причём грек, скорее всего, в плохом смысле этого слова. И не обрезан, то есть точно не мусульманин. — Кто-нибудь, дайте шит сюда.

По знаку старшего полковника Вельяминова принесли его личный щит беловодской выделки, стоивший в той же Франции свой вес в серебре. И это немного, так как был он очень лёгким, хотя и крепким. Его даже арбалетные болты не пробивали, а на умбоне из титанового сплава топор оставлял лишь царапины.

Вот к этому умбону негоциант из будущего и подтянул связанные за спиной руки голого грека. А что, и так сойдёт, не развязывая, ему не на пианино играть.

Бац!

Сильный удар тяжёлого пестика расплющил ноготь на указательном пальце левой руки. Ага, описанная в книгах методика очень даже работает!

Бац!

Следующий палец приведён в печальное состояние.

— Да заткните же ему пасть! — громко попросил Веня. Он ещё не готов к откровенному разговору, а у меня уже от воплей голова болит.

Уже на третьем пальце Тихонрав Филимонович начал поглядывать с нескрываемым уважением, а на пятом уважение превратилось в откровенное обожание. В хорошем смысле этого слово, как профессионал к профессионалу.

— Ты, Палыч, вообще…

— Да потому что вы форменные вредители! — объяснял свои действия Конев. — От ожогов раскалённым железом в организм всякая инфекция лезет, и клиент может ласты раньше времени склеить. А тут всё аккуратно, и даже если воспалится, то нескоро, и позволит расспросить вдумчиво и внятно. Скажи, это плохо, да?

— Хорошо, — согласился Тихопёрдый. — Но как же без дыбы?

— Далась тебе эта дыба, — пренебрежительно процедил Веня. — Традиции, оно хорошо и благостно, но прогресс не стоит на месте. Вот представь, что ты Гроб Господень пойдёшь отбивать у неверных… И где там в пустыне ты дыбу приспособишь? К пальме привяжешь, что ли? А шило, молоток и пассатижи ты завсегда с собой в кармане унесёшь. А если повезёт мультитул достать, то и вообще… Брат королю, сват министру! А ещё есть такая хрень, как коловорот со сверлом, так там вообще…

— Пассатижи? Коловорот? — задумчиво протянул штатный кат, даже не слышавший про такой палаческий инструмент. — Расскажешь и объяснишь?

— Непременно, — кивнул Конев, и попросил. — Вытаскивай кляп, Филимоныч. Вроде бы клиент готов к конструктивному диалогу.

— Точно орать не станет? — уточнил старший полковник Вельяминов. — А то у меня тоже от его воплей голова начинала побаливать.

— Фирма гарантирует! — торжественно заявил Конев. Его никто не понял, но по интонациям разобрали, что допрос можно и должно продолжать в тишине и покое. — Да вытащите же, бля, кляп у него из пасти!

Пленный раскололся до самого донышка. От макушки до ягодиц. Вдоль и поперёк. Как грецкий орех под ударом полупудовой кувалды.

Почему грецкий орех? Так по происхождению. Был он греком из весьма древнего и уважаемого рода, добровольно пошедшего под руку султана под обещание преференций, высоких должностей при повелителе правоверных, и под посул снизить налоги именно для этого рода в ущерб конкурентам. На таких условиях чего бы не пойти?

Всё оказалось до смешного просто — галеры везли груз опиума и гашиша в армию султана, воюющую с Сербией. Общепринятая практика в османских войсках, известных напором и несокрушимостью первого натиска. А вот получив отпор, они быстро скисали и приходили в общую застенчивость, граничащую с робостью. Вот для этого и нужны были наркотики — смешанные и разбавленные в нужных пропорциях, они давали воинам султана ощущение собственной непобедимости, осознание собственного бессмертия, и понимание ничтожности любого противника.

Впрочем, и в Европе со времён Крестовых походов наркоту распробовали и довольно охотно использовали. Как в частном порядке различные любители острых ощущений и глубокой релаксации, так и военном деле. А как ещё объяснить тот факт, что в одной из битв с французами страдающие жутким поносом английские войска вышли на поле боя без штанов? Да, вообще с голыми задницами, и с потоками богатого внутреннего содержимого по ногам. Без допинга нормальный человек на такой подвиг не способен.

Опиум в Европу регулярно привозили из Ближнего Леванта венецианские купцы наряду с пряностями. А что, пряность и есть… довольно своеобразная. И дорогая, кстати.

Вот цена наркоты Вене понравилась, даже оптовая. Опиума тонн десять набралось, да гашиша примерно столько же. Если пересчитать на серебро… Вполне неплохой улов даже для крупного негоцианта, каковым себя Конев считал со всем основанием. Можно даже половину в Риме продать, а половину во Франции. Для Вены немного оставить. Чистый профит!

Галеры везли этот груз поближе к Сербии, и экипажей было вполне достаточно для охраны. Но кто что охраняет, тот это и имеет! У старой шутки из двадцать первого века оказалась столь древняя история, что поначалу Веня даже не поверил. Это же шутка! Или нет?

Нет, не шутка. Одни добрые люди подсказали, что вверх по Дунаю идёт караван с богатой добычей, а другие добрые люди посоветовали употребить охраняемый продукт по назначению, добавив несколько ингредиентов, повышающих эффективность веществ в несколько раз. Что за люди? По облику вроде как венгры, по языку… говорили на турецком не хуже, чем сами турки, только проскальзывал в речах мягкий акцент, ну а по повадкам чистые греки в худшем смысле этого слова.

— Болгары, мать их за ногу и два раза об косяк, — сплюнул в жаровню с горящими углями старший полковник Вельяминов. — Как есть болгары.

— А они здесь причём? — удивился Веня.

Старший полковник немало общался со Светлейшим Князем Андреем Михайловичем Самариным, поэтому ответил всё объясняющей фразой:

— Пидарасы, сэр!

А допрос грека продолжился.

Что за дополнительные ингредиенты? Да кто же их знает? Порошок какой-то самого отвратного вида с резким запахом плесени, лесной гнили и ещё какого-то дерьма, как бы не верблюжьего — влияние алхимии во всей её красе, когда в качестве лечебного средства употреблялись крылья летучих мышей, яйца чёрного козла, жабы в живом или сушёном виде, и прочая тому подобная погань.

— Давай следующего, — Веня достал из кармана серебряный портсигар с выложенной мелкими изумрудиками монограммой, и прикурил душистую сигариллу от прутка раскалённого железа из жаровни. — Только, Филимоныч, сам уже работай, тебе за это деньги немалые платят. И насчёт болгар пораспрашивай.

— В лучшем виде сделаем, Вениамин Павлович! — заверил профессиональный кат, и уточнил. — Этого за борт?

— Да мне без разницы.

— Тогда за борт, — кивнул Тихопёрдый, и крикнул. — Следующего тащите!

Глава 11

Маментию Бартошу всё же пришлось выбрать время для организации достойной встречи с турками-огузами. Как ни крути, а это возможные и весьма вероятные союзники в войне с турками-османами. В принципе, можно и без них обойтись, но только зачем? Всегда удобнее загребать жар чужими руками. Это только в рай на чужом… хм… на чужой спине не въедешь, а в жизни такое случается повсеместно и считается нормой.