Сергей Шкенев – Джонни Оклахома, или Магия крупного калибра (страница 23)

– Не смеши и не рассказывай сказки, – перебил граф. – Срезал кошель, а потом увидел, что хапнул не по чину, и испугался. Так?

– Почти так, ваше сиятельство. Только не испугался, а поостерёгся. Я же знаю, что ювелиры и торговцы драгоценностями обязаны давать отчёт о происхождении товара.

– А скупщики краденого?

– Разве гномы их не всех подчистую вырезали? – на лице Стефана появилось ясно видимое огорчение. – Но всё равно, как честный человек…

– Эту старую шутку я уже слышал. Вот что, Стефан, в Галлиполиду ты не поедешь, но занятие по твоим способностям мы найдём. Завтра с утра придёшь в королевский дворец и найдёшь меня – есть кое-какие мысли.

– И постоянное жалованье будет?

– Ты куда деньги деваешь? Если я правильно помню, то рикс Вован заплатил тебе за год вперёд.

– Да много ли тех денег… Северные варвары на всём экономят, даже на мне! Вот давеча припёрлось их штук десять, а за ценную информацию даже дырявого эскудейро не дали.

– Постой, откуда в Лютеции десять норвайцев?

– Так короля своего ищут, ваше сиятельство.

– Какого ещё короля?

– Да ведь, по-ихнему, рикс как раз короля и обозначает.

– Рикс Вован…

– Ага, варварское величество и есть.

Глава 10

С недавних пор Лунгдум стал похож на поле боя, и любой приличный человек рисковал жизнью, появившись на его улицах. Впрочем, неприличные люди тоже рисковали. Здесь кипели нешуточные страсти, то и дело переходящие в вооружённые столкновения, а случайной стреле или дротику наплевать, что ты не принадлежишь ни к одной из противоборствующих сторон и спешишь по важной государственной надобности. Но это шальная стрела, а вот вечером в мерцающем свете факелов могут и мечом приласкать, особенно если одежда приличная, да на поясе толстый кошель висит.

А началось всё с малости, с обыкновенного убийства. Сколько таких убийств в столице случается? И не сосчитать! Но когда в Университете один декан зарезал другого, благородное общество возмутилось. Родственники погибшего фон Зальца обратились за правосудием к Его Императорскому Величеству, получили отказ в выдаче преступника и устроили собственную войну, оправдываясь древним правом на кровную месть. Естественно, члены семейства ди Эспиноза и Фелицитат возмутились такой постановкой вопроса и, не желая умирать просто так, ответили ударом на удар со всей широтой благородной души.

У каждого рода в столице обнаружилось достаточное количество сторонников, так что мелкие стычки быстро переросли в полномасштабные боевые действия. Остановить кровопролитие не смогло даже прямое вмешательство императора – посланный на разделение противоборствующих сторон гвардейский полк был разбит совместными усилиями временно объединившихся фон Зальца и ди Эспиноза и Фелицитат. Как говорят грубые провинциалы из Груманта – двое в драку, а третий в… ну да, угадали, именно туда.

Впрочем, трогательное единение противников просуществовало ровно два дня, а потом кровавая карусель закрутилась с новой силой. Ждали прибытия в столицу войск с границы, но пока они не подошли, благородные враги с увлечением резали друг друга, стараясь нанести кровникам как можно больший урон до принудительного примирения. Всем участникам междоусобицы было очень весело.

Одинокий пешеход, только что прикончивший двух пытавшихся ограбить его бродяг, сегодня не веселился. Должность императорского фельдъегеря вообще не располагает к веселью, а если путь от дворца Фламиниев до Университета приходится в буквальном смысле прорубать мечом, то настроение портится вместе с характером.

Подумать только, на посланца Его Императорского Величества нападают в двух шагах от университетских ворот, и ни одна учёная скотина не соизволила поспешить на выручку! Да, вроде и самому не трудно справиться с охамевшими представителями столичного дна, но хотя бы символическую помощь оказать могли. Тем более в бойницах воротной башни то и дело мелькают встревоженные морды и заходящее солнце бликует не на украшениях, а на доспехах.

А ведь мундир фельдъегерской службы виден и узнаваем издалека… Боятся высунуть нос из-за крепких стен или не хотят вмешиваться принципиально? Если второе, то господам из Шестиугольной Башни нужно всерьёз поработать над этим вопросом.

Хотя нет, стоило только вложить меч в ножны, как скрипнули ворота, выпуская десяток рыцарей в великолепных доспехах от лучших подгорных мастеров. Ну естественно, в Университете обучаются отпрыски знатнейших семей империи, для которых не трудно потратить полторы-две сотни марок на вооружение желторотого юнца. В гвардии Его Императорского Величества разве что офицеры могут похвастаться подобной экипировкой. А зачем это здесь? Университет традиционно не принимает участие в любых междоусобицах, и студенты из противоборствующих сторон обязаны сохранять нейтралитет до окончания обучения. Традиция, подкреплённая тремя десятками отрубленных голов за последние двести лет.

– Нуждаетесь в помощи, господин фельдъегерь? – голос из-за опущенного забрала звучал холодно и неприветливо. – Маркиз Бермингхайм к вашим услугам!

Ага, вот почему никто не торопился на выручку – Бермингхаймы состоят в родстве с Эспиноза и Фелицитат, а службой императорских гонцов руководит внучатый племянник двоюродного дяди покойного декана Иоакима фон Зальца. По меркам высшего света – весьма близкие родственники.

– Десятник Юкка Пихванен, сэр! – представился фельдъегерь. – Мне необходимо доставить письмо от Его Императорского Величества! Граф фон Юрбаркас у себя?

Маркиз не ответил на странный вопрос. Где же быть ректору, как не в своих апартаментах при Университете? В городе сэру Артуру появляться опасно – прибьют с превеликой охотой сторонники любой из противоборствующих семей. Графу фон Юрбаркасу не простили то обстоятельство, что именно в стенах Университета произошло злосчастное убийство одного декана и взятие под стражу другого. Так что долго ему ещё сидеть в добровольном заточении.

– Я вас провожу к ректору, господин фельдъегерь.

– Если не затруднит, сэр.

– Нет, не затруднит. – Личная неприязнь к подчинённому врага семьи не помешала маркизу Бермингхайму помнить о соблюдении нейтралитета и о необходимости выполнения обязанностей дежурного по Университету. – Следуйте за мной.

За стенами всё говорило о готовности дать отпор любому противнику, будь то сторонники фон Зальца или их недруги. Конечно, во всей многовековой истории цитадель науки ни разу не подвергалась нападению… Вот и не стоит никого вводить в искушение!

– Гонец от Его Императорского Величества к ректору, – пояснил Бермингхайм загородившему дорогу огромному северному варвару, скучающему у дверей кабинета в компании двуручной секиры. – Вы доложите, благородный рикс?

Что это такое? Граф фон Юрбаркас не доверяет имперским дворянам и набрал охрану из дикарей?

А норваец почесал выпирающее из-под распахнутой безрукавки голое брюхо, кивнул и спросил:

– Обыскивали?

– Кого?

– Гонца, кого же ещё. Посмотрите, маркиз, какая у него подозрительная рожа.

Императорский посланец скрипнул зубами, но промолчал. С наглым дикарём пусть разбираются в Шестиугольной Башне, а ему нельзя встревать в драки до выполнения поручения Его Императорского Величества. Вот потом… Фельдъегерь в чине десятника приравнивается к благородному сословию, так что варвар не сможет проигнорировать вызов на дуэль. Да, потом… если выйдет живым из подвалов Секретариата Особых Дел.

– Обыск не входит в число моих обязанностей, – пожал плечами маркиз. – Пусть оставит здесь меч и проходит.

– Ага, – усмехнулся норваец. – Вдруг у него пояс шахида или шприц с героином? Посадит ректора на иглу, а нам расхлёбывать.

Маркиз не знал, кто такие шахиды и что такое шприц, но неоднократно слышал страшные истории об эльфийских убийцах-невидимках, использующих отравленные иглы. Неужели судьба сподобила столкнуться с живой легендой?

– Вы так думаете, рикс?

– А что думать-то? Сейчас сами всё увидим.

Из-за стоящей в неприметной нише статуи бесшумно выскользнул риттер фон Тетюш, и на голову императорского фельдъегеря обрушилась обтянутая толстой кожей дубинка.

– Вова, а он точно асасин?

– Нам какая разница? – отмахнулся норваец. – Мы же не на сделке работаем, у нас оплата повременная.

Ректор Лунгдумского Университета не смог уснуть до самого утра, всё ворочался с бока на бок и искал подвох в присланном Его Императорским Величеством приглашении на грандиозный бал. Кроме самого графа Артура фон Юрбаркаса туда приглашались все без исключения студенты факультета магической медицины, и особо подчёркивалась желательность обязательного появления на празднике грумантских дворян. Список из пяти фамилий прилагался.

Это какой-то хитрый ход со стороны семьи покойного фон Зальца? Иначе зачем собирать в императорском дворце будущих лекарей, проходивших обучение у бывшего главного целителя? Но при чём здесь грумантские дворяне-первокурсники, едва приступившие к занятиям и освоившие лишь азы великой науки магического врачевания? Непонятно…

Плохо, что бесследно исчез статс-секретарь Джованни Морган. Вот он бы всё объяснил, так как в знании столичных сплетен и слухов на порядок превосходил служащих Секретариата Особых Дел при канцелярии Его Императорского Величества. И куда эта сволочь запропастилась, бросив своего покровителя на произвол судьбы в самые трудные времена? Свинья неблагодарная… И ведь заменить некем. Хорошего секретаря нужно воспитывать несколько лет – точно так виноградарь ухаживает за лозой в ожидании шедевра винодельческого искусства, а на выходе может получить кислое пойло сомнительных достоинств. Да, тяжело без помощника…