Сергей Шиленко – Медведь – 1. Арена (страница 8)

Мы увидели тихое удобное место, образованное двумя большими булыжниками, лежащими параллельно и сверху накрытыми третьим в виде крыши. С двух оставшихся сторон этот нерукотворный домик прикрыт огромными камнями, которые еле-еле давали возможность протиснуться в свободное пространство. Возможно, не самым правильным решением было загонять себя в место, откуда сложно быстро выбраться, но после тяжёлого дня так хотелось оказаться в крепости за семью стенами и рвом, что дальше мы не раздумывали.

Размер центральной комнаты был не очень большой, но вчетвером уместились, хоть и в приличной тесноте. Хватило места даже для маленького очага. Но из-за низкого свода встать в полный рост было нельзя. Да и при желании выйти на улицу из нашего каменного убежища довольно затруднительно, но возможно. Поблизости было отверстие в стене скальной породы, похожее на выпавший зуб дракона. Решили проверить, есть ли дальше ещё удобные полости. Я не стал даже пытаться протиснуться, а вот у Нэши получилось. Оказалось, что общая длина прохода составляет порядка полутора метров, а оканчивался этот мини-коридор у самого края валуна и при должном старании можно было бы вылезти наружу. Лёгкий ветерок задувал внутрь нашего убежища. Решили закрыть это отверстие на время ночёвки. Приспособили копьё и один из комплектов одежды.

– Подготовлю очаг, чтобы костёр не дымил, – сказал Маркус и принялся ножом убирать мелкий камень, чтобы образовалось небольшое углубление. По его периметру он сложил высокий круг из камней, как окантовку, тем самым поднимая борта, которые в процессе горения очага наберут тепло и будут согревать ночью.

Пока Маркус возился с очагом, Август достал из своей сумки сухие ветки, которые он собрал ещё до сражения с кобольдами, начал их очищать от коры и ломать на небольшие куски размером с мою ладонь.

– А почему ты ломаешь на такие мелкие палочки? – спросил я у Августа.

– Хворост мелкого размера быстрее горит, а самое главное, если его очистить от коры, то при сжигании в небольших количествах дыма практически не будет, – тветил Август.

Так как в этом вопросе я абсолютно не разбирался, решил заняться продовольствием. Достал из своей сумки тушку бобра. Проблема возникла на следующем шаге, ведь что дальше с ней делать – я не знал. Опыта разделки лесной дичи у меня не было. Курицы из магазина, которые я обычно покупал, не требуют к себе большого внимания, да и меховой шкуры у них нет.

– Я дома разделывала диких кроликов, давай тебе помогу, – сказала Нэша.

– Спасибо, буду очень рад, так как совсем не знаю, что с ним делать.

– У тебя есть нож?

– Да, выбирай, – я достал несколько ножей, которые получил трофеями ещё с гнолов.

– Вот этот подойдет, – она взяла небольшой, с закругленным носиком. – Тебе нужна шкура?

– Было бы неплохо, навык кожевника я могу выучить. Так как зверь был Системным монстром, возможно, получится по возвращении домой из его шкуры сделать броню. Да и в сумке до момента изучения мех не должен испортиться. Растения, которые сорвал днём, даже не начали вянуть, – сказал я.

– Хочешь, научу тебя снимать шкуры? – спросила Нэша. – Это несложно.

– Да, спасибо, думаю, такое умение мне ещё пригодится.

Нэша сделала надрез вокруг хвоста, и я увидел белый слой жира, словно свиную шею для шашлыка от лишнего сала очищала. Минут через двадцать шкура была снята, сложена пополам и скручена в небольшой рулон.

– Если получится найти соль, обязательно разверни и просоли хорошенько. Она так сможет очень долго храниться, даже без сумки, – сказала девушка.

– Спасибо за помощь!

– Мне было несложно, – улыбнулась она.

Есть хотелось, а деваться было некуда. Нэша разделила тушку на куски. Часть из них нарезали на кубики поменьше, другую раскинули по сумкам, чтобы не складывать все запасы в одно хранилище. Мало ли, что может случиться. Нанизали на системные ножи и трофейные кинжалы. Готовить пришлось на открытом огне. Когда выезжаешь на шашлыки, жаришь, конечно, на углях, но в текущих условиях это роскошь. Ведь чтобы были угли, нужно спалить достаточное количество древесины – а это дым, который никак не скрыть. Хотя мы собрали и захватили в бою большое количество трав, но какие из них можно использовать как специи, не знали. Да и зная статистику, сколько в средние века гибло экспериментаторов кулинарии, проверять на себе не хотелось.

Жарилось мясо хоть и не очень долго, но желудок всё это время урчал настойчиво. Сидели молча, каждый был погружён в свои мысли. После такого кровавого дня далеко не каждый человек сможет быть в норме. Я решил наладить общение и узнать получше тех, с кем свела меня жизнь.

– Меня зовут Медведь, я родом из России. Давайте каждый из нас расскажет немного о себе, чтобы мы могли понимать, чем можем помочь друг другу. Жил до попадания сюда в небольшом спальном посёлке возле города Воронежа. Мне двадцать три года. Недавно с отличием закончил вуз по специальности «Финансовый анализ». В школьные годы занимался немного греко-римской борьбой и на профессиональном уровне – шахматами. Получил в 19 лет звание мастера спорта. Жалко только, этот опыт здесь превратился в насмешку судьбы. В диких условиях никогда не бывал и навыков выживания толком не имею. Перед тем, как попасть на остров, я попал в ДТП, в котором меня серьёзно поломало. По желанию Системы или только чудом остался жив и оказался здесь.

Двуручную секиру выбирал из-за того, что посчастливилось месяц назад побывать на слёте реконструкторов и принять участие в боях на средневековом оружии. Если бы не этот опыт, то, скорее всего, оказался бы с ножом или кинжалом. Страшно теперь даже думать об этом.

– Я родом из резервации племени чероки в Соединённых Штатах Америки, – сказала Нэша.

– Что означает твоё имя? – спросил Маркус.

– Сова, – улыбнулась она. – Но будет привычнее, если вы будете меня звать Нэша. Мне 21 год, и, закончив школу, я решила остаться в резервации, работать на семейной ферме. В колледж поступить не получилось, так как у семьи недостаточно денег, а стипендию не получила. С раннего детства мне передавали знания моего народа и навыки выживания в дикой природе. Я умею стрелять из лука и владею копьём, а также могу ездить верхом на лошади. Последний год участвовала на семейных охотах с отцом и старшими братьями. Хоть широко это не принято, но убедить родителей я смогла.

Хотела взять лук, но система не позволила, поэтому выбрала копьё, – поделилась Нэша.

– Я родом из Германии, – сказал Август, поправив чёлку. Мне 33 года, и последние несколько лет жил в городе Гамбурге. Работаю банковским служащим в одном из отделений «Юникредит банка». Семьи нет, и пока не планирую. Из навыков, связанных с выживанием, практически ничего. Раньше путешествовал, но это были удобные отели, пляжный отдых или нечастые выезды на полностью оборудованные кемпинговые площадки с урнами и интернетом. Полуторный меч я знаю уже первый год, хоть владеть им и не умел, но часто баловался. Регулярно участвую во всех фестивалях косплея как ведьмак Геральт.

– Ну, а я живу в Париже, – начал Маркус. – Мне 33 года, – хотя выглядел он максимум на двадцать семь. —Историк по образованию и по велению сердца. Семьи нет, работы тоже. Живу на пособие по безработице. Иногда подрабатываю тем, что составляю на заказ родословные. Часто посещаю архивы. Моя любимая эпоха – это период правления Людовика XIII, золотое время мушкетёров. Хоть никогда и не занимался фехтованием, но всегда мечтал великолепно владеть шпагой. Когда Система мне предложила выбрать оружие, я даже не сомневался, шпага – это моя мечта! – сказал Маркус и улыбнулся.

Мясо бобра разочаровало. Возможно, он был стар, или мы готовили его без специй. Мясо имело специфический привкус, который и словами не передать. А жёсткость, как будто кожаный ремень грызёшь. Но альтернативы нет, а для восстановления сил лучше мяса может быть только бульон, но посуды, в которой можно его сварить, у нас не оказалось.

Оставлять ночлег без часового было крайне неразумной идеей. Решили по обоюдному согласию тянуть жребий. Отломали от одной из четырёх похожих палочек хвостик и трижды разыграли. Получилось, что мне выпала первая смена. Следом за мной дежурил Август, потом Маркус и последней следить за обстановкой будет Нэша. И вроде всё хорошо, но возник вопрос: как измерить время дежурства? Часов нет, по чужим звёздам и теням не определить. Скорость сгорания щепок – тоже непонятна. Уже совсем пришли в тупик, когда Нэша предложила отсчитывать количеством совершённых вдохов.

Произвели замеры – примерно за минуту мы делали в среднем от 16 до 18. Считать в темноте вдохи – конечно, та ещё экзекуция, но это лучше, чем ничего. Итог: приняли решение, что каждый часовой должен продежурить две тысячи вдохов.

Ребята начали укладываться спать, а я тем временем устроился у огня поудобнее, достал горсть злосчастной малины и погрузился в интерфейс. Заглянул в статистику: Игроков: 609/1000. Союзников 45/100. Ситуация с участниками стабилизировалось, но непонятно, хорошо это или плохо. С одной стороны, значит, в ночное время не ведётся активных боевых действий, и больше шансов, что ночь пройдёт спокойно. Напрягали большие потери союзников, они таяли на глазах. Что ни говори, а современные жители Земли очень избалованы гуманизмом, и потерь могло быть гораздо больше.