Сергей Шиленко – Инженер. Система против монстров 9 (страница 33)

Костоправ, проверяя лезвия больших медицинских ножниц, даже не повернул головы.

— Что именно ему не понравится, Миша? — уточнил он. — Что мы спасли жизнь его боевой подруге? Или что мы при этом увидели её в чём мать родила?

— Ну… второе, — честно признался Медведь, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Она ж… его баба.

Костоправ наконец перевёл на него взгляд. В его глазах, увеличенных линзами, на мгновение сверкнуло раздражение.

— Сейчас она не «его баба» и не чья-то ещё. Сейчас она — пациент в критическом состоянии. А мы — медики. И если тебе, Миша, придёт в голову хоть на секунду отвлечься от протокола и пялиться куда не следует, я тебе лично вправлю шейные позвонки. Через задницу. Я ясно выражаюсь?

— Ясно, — буркнул Медведь пристыжённо. — Как божий день.

— Вот и отлично.

Костоправ наклонился над Искрой. Холодный металл ножниц коснулся её рваной футболки у самого живота. Щелчок. Лезвия сомкнулись, и по ткани поползла ровная, аккуратная линия разреза, направляясь вверх, к груди. К сердцу.

И в этот момент он замер.

Ножницы в его руке остановились, не дойдя до цели каких-то пары сантиметров. Пальцы, способные с ювелирной точностью вправить смещённый позвонок, вдруг отказались подчиняться.

Сквозь бледную кожу Искры, прямо по центру груди, чуть правее того места, где под рёбрами бьётся сердце, начало пробиваться свечение. Сначала робкое, как тлеющий в ночи уголёк. Потом ярче, увереннее. Мягкий оранжевый свет, пульсирующий в такт сердцебиению. Он разгорался изнутри, превращая её грудную клетку в подобие загадочного светильника, в котором горел не фитиль, а сама жизнь.

— Что за… — начал Медведь, делая шаг вперёд.

Но договорить не успел.

Тело Искры выгнулось дугой. Резко, судорожно, с такой силой, что её затылок и пятки с гулким стуком ударились о металлическую столешницу. Это был не мышечный спазм от яда, а нечто иное, первобытное, словно её тело превратилось в натянутую до предела тетиву.

Глаза пиромантки распахнулись.

И Медведь отшатнулся, потому что это были не глаза Искры. Радужки и зрачки исчезли, затопленные расплавленным золотом. Два миниатюрных солнца, два колодца чистого пламени, в которых не было ни мысли, ни страха, ни боли. Только ярость стихии, вырвавшейся на свободу.

И в следующую секунду девушка вспыхнула.

Не как факел, облитый бензином. Не как сухая трава. Это походило на рождение звезды. Пламя не обжигало её кожу, оно сочилось из неё. Потоки огня хлынули из каждой поры, окутывая тело бушующим костром. Огонь был живым, он струился по её рукам и ногам, сплетался в причудливом танце, но не причинял ей вреда. Он был её частью.

Температура в помывочной подскочила так резко, будто взорвалась доменная печь. Воздух над горящим телом задрожал, искажая контуры кафельных стен. Одежда на Искре истлевала, превращаясь в чёрный пепел, который тут же уносило восходящими потоками раскалённого воздуха.

Металлический стол под её спиной начал стремительно менять цвет. Сначала посинел от побежалости, а потом раскалился до вишнёво-красного свечения в местах, где её огненная кожа соприкасалась с металлом.

Медведь инстинктивно сделал несколько шагов назад, упираясь спиной в холодную стену. Это было спасительное, отрезвляющее прикосновение в наступившем пекле.

— Мать честная…

И тут Искра закричала.

В её крике не было ничего человеческого. Только рёв стихии, обретшей голос. Пронзительный вой, от которого, казалось, трескался кафель на стенах, а вода в трубах закипала. В этот момент перед глазами Медведя вспыхнуло экстренное уведомление.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!

Автоматический запуск артефакта «Амулет Пламенного Сердца».

Активировано скрытое свойство: «Покров Пламени».

Запас маны: +1000 ед. на 1 мин.

Инициирована экстренная термическая детоксикация. Организм использует внутренний огонь для нейтрализации химических и магических токсинов.

Вероятность гибели носителя: 27% (растёт).

Процесс необратим до завершения. Не вмешиваться.

— Она горит! — заорал Костоправ, выходя из оцепенения. Он не видел сообщения. Его врачебный инстинкт, его кредо «не навреди» было поругано самым чудовищным образом. Пациент горел на его столе! — Тушить! Миша, воду!

Он бросился к душевой, сорвал с крючка лейку и, выкрутив вентиль на полную, направил на Искру мощную струю холодной воды.

Раздалось оглушительное шипение, похожее на звук, с которым раскалённый металл погружают в масло. Помывочную мгновенно заполнил густой, обжигающий пар, видимость упала до нуля. Крик Искры стал громче, яростнее, в нём слышались нотки невыносимой агонии.

— Не надо! — заорал Медведь, наконец осознав смысл системного сообщения. — Там написано… не вмешиваться! Ты делаешь хуже!!!

Но Костоправ его не слышал. Он, как одержимый, пытался пробиться сквозь стену пара, поливая пламя, которое от этого становилось только злее. Тогда Медведь, наплевав на протоколы и субординацию, рванул вперёд. Он схватил Костоправа за плечи несуразного комбинезона, сгрёб медика в охапку.

— Пусти! — рычал тот, отбиваясь. — Она же умрёт!

— Мы умрём, если останемся! — проревел в ответ Медведь и, напрягая мышцы, потащил упирающегося доктора к выходу.

Пламя лизнуло потолок, оставляя на нём чёрные разводы. Жар стал невыносимым, резина противогазов начала плавиться.

Они вывалились в коридор, и Медведь резко захлопнул дверь. Костоправ кашлял и пытался отдышаться. Из помывочной продолжили доноситься женские крики, смешиваясь с мощным гулом огня. В узкой щели между дверью и полом пульсировал тревожный оранжевый свет, отбрасывая на пол коридора длинные, пляшущие тени.

Костоправ, опираясь на стену, сорвал с себя противогаз. Его лицо было красным, мокрым от пота, в глазах горел ужас пополам с недоумением. Он смотрел на это дьявольское свечение, на эту тонкую линию, отделяющую коридор от пылающего ада, и не мог произнести ни слова.

Он, знавший человеческое тело вдоль и поперёк, только что столкнулся с чем-то, что не укладывалось ни в какие рамки. Горыныч, пиромант из их группы, не смог бы выжить в таком пекле, а эта рыжая бестия не горела, она порождала пламя.

Костоправ повернул голову к Медведю. Выдохнул остатки пара из лёгких и произнёс единственное, что пришло ему в голову:

— Девка — огонь.

Глава 13

Второе Сердце

— Семён, Павел, ко мне! — скомандовал Варягин.

Строители, шурша пологом из плёнки, вошли в опасную зону.

— Дверь, — Варягин кивнул на дубовую дверь, ведущую в погреб. — Нужно её запечатать. Герметично. Прямо сейчас.

Павел нервно сглотнул, его взгляд метнулся к щели под дверью, словно он ожидал увидеть выползающие оттуда ядовитые щупальца. Семён молча достал из инвентаря монтажную пену. Встряхнул баллон, прикрутил пластиковую трубку-наконечник и, присев на корточки, начал с нижней щели. Раздалось шипение, и из трубки полезла густая жёлтая колбаса пены. Павел, глядя на Семёна, принялся за боковые косяки. Они работали молча, сосредоточенно, стараясь поменьше дышать.

Варягин не вмешивался, но его присутствие ощущалось физически. И тут в его интерфейсе вспыхнуло входящее сообщение. Не системное, а личное.

От кого: Ира

Текст: «Сергей Иванович, простите! Я не уследила! Олеся! Она побежала в отель!»

Мир Варягина сузился до этих строк. Холодное спокойствие исчезло, протоколы безопасности испарились. Остался только отец, чьё сердце пропустило удар и рухнуло в ледяную пропасть. Он представил свою маленькую девочку, бегущую по коридорам, полным невидимой смерти.

— Семён, ты главный! — рявкнул он. — Закончить герметизацию. Никого не впускать. Связь со мной.

Не дожидаясь ответа, паладин сорвался с места и помчался к шлюзу для быстрой дезактивации.

Олеся неслась по коридору, как маленький вихрь. Её косы мотались из стороны в сторону, а сапожки «Тихого Следопыта» почти не издавали звуков, лишь тихое шуршание. Рядом трусил Мики. Огромный облезлый лемур размером с дога двигался неуклюже, но быстро, стараясь не отставать от хозяйки. Его большие голубые глаза тревожно косились по сторонам.

Девочка не знала, что именно случилось. Но она чувствовала. Общая тревога, паника взрослых, которую они пытались скрыть. Она не могла просто сидеть в оранжерее и ждать. Олеся завернула за угол, выскочив в главный коридор первого этажа. И замерла.

Посреди коридора, прямо на ковровой дорожке, сидело существо из другого, забытого мира. Маленькое, изящное, с гладкой трёхцветной шерстью и зелёными, как изумруды, глазами. Оно вылизывало лапку с таким деловым и независимым видом, будто вокруг не рухнула цивилизация, а просто хозяева задерживались с ужином.

Обычная кошка.

Девочка остановилась как вкопанная. Мики, едва не врезавшись в неё, тоже замер, удивлённо фыркнув. Олеся медленно опустилась на корточки. В её мире, населённом Шипохвостами, Костогрызами и Смердюками, это создание выглядело совершенно неправдоподобно. У кошки не было шипов на хвосте, лишних лап или крыльев. Она была… нормальной.

— Кис-кис-кис, — прошептала Олеся, протягивая вперёд ладошку. — Не бойся, маленькая. Я тебя не обижу.

Кошка подняла голову. Её уши дёрнулись, изумрудные глаза сфокусировались на девочке, потом на огромном и странном существе за её спиной. Она перестала вылизываться, напряглась, её хвост нервно задергался.

Активирован навык: «Бестиарий»