Сергей Шентеров – История деревни Фролиха и людей в ней проживавших (род Шентеровых) (страница 5)
Озеро Святое
Площадь Святого озера (из Клепиковской озерной группы) порядка 700 га (по некоторым источникам, всего 300 га), средняя глубина около 2 м, максимальная – около 8 м. Дно озера илистое и очень вязкое, песчаные косы встречаются редко.
Владимирский берег озера сухой, вперемешку с заболоченными участками, поросший сосняком. Рязанский берег низкий и очень заболоченный: сильно сказываются особенности Мещеры, а московские берега озера – смесь первых двух типов, но в основном пологие, с большим количеством подходов и стоянок, удобных для туристов и рыболовов. Наверное, поэтому Святое озеро упорно называют подмосковным.
Купаться в Святом озерце целесообразно только со стороны подмосковных берегов. Пробовали с Владимирского берега – очень мелко и топко. А вообще-то, как и на других озёрах средней полосы России, без лодки там делать нечего. Только с лодки можно в полной мере насладиться красотой этого озера.
С севера, во Владимирской области, в Святое озеро впадает река Бужа, с юга – вытекает река Пра в озеро со странным названием Имлес. Владимирский берег крайне изрезанный, имеет очень неопределённые очертания, и иногда кажется, что это не одно озеро, а группа озёр.
На Святом имеется 2 больших острова: Дубовый и Берёзовый – и 3 маленьких островка (есть, правда, множество совсем крошечных, но они, по словам местных, то появляются, то исчезают). К любому из этих островов можно подплыть на лодке. Тот, который побольше, – Берёзовый. Он сильно заболочен, а пристать к нему можно, лишь пробравшись через сплошные заросли хвоща. Дубовый остров почти в 4 раза меньше по площади. Его окружает открытая вода, а среди деревьев попадаются дубы, очевидно, и давшие острову название.
По преданию, когда-то на уединённых берегах Святого озера находили пристанище иноки, основавшие там монастырь. Они и дали нынешнее название полюбившемуся озеру. Говорят, что охотникам и рыболовам прежде удавалось находить остовы древних церквей близ береговой черты.
История добычи торфа
Все русские княжества были расположены в зоне рудных месторождений – болот; русские кузнецы почти повсеместно были обеспечены сырьём. В некоторых районах Беларуси и Северо-Запада России болотную руду использовали в металлургической промышленности до XVIII века. В Древней Руси люди знали о торфе и его практическом использовании.
Получение и применение железа из болотных руд позволило осуществить исторически важный переход из каменного века в железный.
Становление железоделательного промысла связано с развитием промыслов по производству топлива – древесного, каменного угля и торфа. К сожалению, из-за очень скупых сведений, дошедших до нас, исследователи почти в полном неведении относительно продолжительности периода развития данного ремесла на Руси. Не вполне понятно, была ли развита подобная технология в нашей местности.
Лес
Вокруг деревни Фролиха всегда рос сосновый лес. Он был предметом пристального внимания и властей, и самих жителей. Лес – это дом, дрова и разнообразные предметы быта. Лес использовали для собственных нужд и для продажи.
Охраняли его лесники, которые жили в сторожках – в тех домах, которые стояли непосредственно в лесу. Сторожки находились по направлению от деревни Фролиха к селу Березники и по направлению к Собинскому торфопредприятию.
Лесник охранял лес непосредственно вокруг своего дома (массив леса – обход), а значит, был максимально приближен к вверенному ему лесному участку.
Лесники также следили за дорогой, чтобы по ней не вывозили лес.
За каждым колхозом был закреплён определённый лесной массив, и каждому хозяйству (дому) разрешалось заготовить за сезон до 10 м3 леса. Этот объём шёл как на дрова, так и на постройки.
Память людей сохранила интересные данные о том, как наши предки сохраняли деревни и свои посевы от пожара.
От озера Исихра до торфяного болота, расположенного недалеко от Арбузова, был прорублен «широкий просек». Географически это примерно на расстоянии 1/5 от деревни Фролиха по дороге до Березников, около 500 м далее лесной сторожки Князькиных.
Сторожка располагалась на месте соединения дорог Фролиха-Березники и Братилово-Березники (вторая дорога). Высокое и сухое место, удобное для строительства дома. В сторожке проживал лесник. Сейчас на этом месте лесная поляна, очень перспективное место для «чёрных копателей».
Расчёты за лес проводились на месте, у сторожки, монеты и иные ценные предметы могли быть там утеряны, лежат в земле и ждут своих искателей. Последний хозяин сторожки, Князькин Андрей, переехал во Фролиху и стал жить в доме Шентерова Кузьмы Демьяновича в конце 40-х годов прошлого века.
Просека отсекала все пожары, которые могли идти к Фролихе с запада. С юга местность наша была защищена озером Исихра и болотом вокруг озера, а с севера и востока редкие берёзовые леса до реки Клязьмы уже не представляли серьёзной пожарной опасности.
В лесах госфонда не рубили подряд весь лес, а отмечали отдельные деревья: только их разрешалось вырубать. Сначала необходимо было обратиться к леснику, тот в свою очередь указывал место и деревья, где можно валить лес. Естественно, в первую очередь на спил шли сухостой и берёза. Валить необходимо было умеючи, а то «навешаешь на деревья – живот надорвёшь» и дров не заготовишь. Делали это зимой и весной по снегу.
Камни
Период в истории человечества продолжительностью около 7 тыс. лет назван «каменным веком». Камни стали частью жизни древних людей, и ледниковые валуны со временем стали объектами поклонения. Сменяли друг друга века и тысячелетия, исчезали населявшие эти земли племена, но неизменными оставались только камни – самые стойкие хранители следов исчезнувших эпох.
Очень немногое из того, что сохранилось от тех архаичных времён, составляет одну из самых больших загадок Мещеры. Это мегалитические сооружения, выполнявшие тысячелетия назад священные, культовые и магические функции. Из множества собранных в округе камней складывали святилища – места поклонения обожествлённым силам природы, которые в более поздние времена являлись капищами языческим богам. Отдельные валуны внушительных размеров сами служили алтарями, их обожествляли, как необычные для этих мест объекты природы, как дары богов. Священные камни являлись уникальной частью культурного ландшафта Мещеры, несущего отпечатки идущей из глубины веков живой традиции взаимодействия человека и природы.
Сформировавшиеся здесь сакральные объекты мегалитической культуры являются во многом сплавом верований и представлений населявших Мещеру финно-угорских народов и славян. В местах расположения мегалитических святилищ, ритуальных камней и языческих капищ с приходом христианства возводились первые православные церкви и часовни. На территории Мещеры в течение нескольких столетий существовало двоеверие и сохранялись отголоски язычества, в том числе и в форме поклонения священным камням.
Есть такой камень-алтарь и у нашей часовенки. По воспоминаниям жителей деревни, раньше таких камней было 4 – по всем сторонам света от часовенки. После революции 1917 года в Собинке поставили первый в России памятник Карлу Марксу (он до сих пор стоит на своём месте), из Фролихи увезли к нему 3 больших камня. Один камень забрать не осилили: очень он большой. Вот этот камень по настоящее время и лежит у часовни.
Интересное наблюдение: земли по левому берегу реки Шалавка камней содержат мало, тогда как земли правого берега порой буквально усыпаны камнями.
В пору рассвета колхозного движения на этих полях после весенней пахоты жители собирали целые кучи камней для хозяйственных нужд. И так – ежегодно, будто земля правобережья выталкивала камни каждую весну.
История деревни Фролиха
Первое летописное упоминание о деревне Фролиха произошло по случаю женитьбы Дмитрия Донского и суздальской княжны Евдокии в 1366 году. Фролиха, Арбузово и ещё ряд населённых мест были отданы великим Суздальским князем Дмитрием Константиновичем (правнук младшего брата Александра Невского – Андрея) в приданое дочери.
Это граничащее с княжеством Мещерским владение поставляло к княжескому столу пищу. Арбузово и Фролиха стали дворцовыми сёлами, и, естественно, статус крестьян здесь был достаточно высок. До наших дней на территории Арбузова сохранились следы княжеской усадьбы.
Особенно интересно, что в деревне существовало самоуправление.
После Куликовской битвы Москва вновь попыталась подчинить себе Рязанское княжество. В 1381 году Дмитрий Донской заставил Олега Ивановича подписать договор, по которому рязанцы отказывались от своих владений в верховьях Оки и города Тулы в пользу северного соседа. В документе московский князь назван «старшим братом» рязанского князя. Это означало, что Олег Иванович признал свою зависимость от Москвы.
Дмитрий Донской умер в возрасте 39 лет в 1389 году. Евдокия вдовою прожила 18 лет и незадолго до смерти постриглась в монахини под именем Ефросинья.
В 1389 году великая княгиня Евдокия пожертвовала «в дом Пресвятой Богородицы и чудотворцу Великому князю Александру село Арбузово с деревнями, пожнями и с водами, и со всем до села Баскаково с хлебом и с животиною». Мы предполагаем, что речь идёт о селе Баскаково, что находится около Боголюбова. Если это так, значит, практически все земли вокруг города Владимира были подарены церкви. Причиной было то, что Рождественский монастырь (основанный Андреем Боголюбским в 1175 году) с 1230 года стал главной обителью Северо-Восточной Руси. В 1263 году в нём похоронили Александра Невского. В 1299 году митрополит Максим перенёс Первосвятительскую кафедру из Киева во Владимир.