Сергей Семипядный – Замуж за аллигаторшу (страница 4)
- Сказала, ещё и телохранителя пришлют. Велела протестировать.
- Только что в дверь звонили, - напомнила Галина Николаевна собравшейся присесть Юлии и проворчала: – Когда уже на вход охранника посадят? Всё бы у монитора сидели и пялились, как мы тут туда-сюда…
Юлия отправилась к калитке и впустила Петю.
- Добрый день! Я по поводу трудоустройства, - сообщил Петя.
- Проходите! – Юлия взмахом руки указала направление.
Петя повернул голову и увидел Галину Николаевну, откинувшуюся на спинку плетёного кресла и принявшую начальственную позу.
- Подойдите! – распорядилась она. – Молодой человек, сюда!
Петя приблизился.
- Здравствуйте!
- Не слишком слаб для этой работы? – критически осмотрела Петю Галина Николаевна. – Комплекция, как у Артёмки. И выглядишь не старше, пожалуй.
- Побрился на два раза, - сказал Петя.
- Понятно. Умереть за хозяина смог бы?
- Наверно, да, - неуверенно проговорил Петя.
Галина Николаевна нахмурила брови и шумно вздохнула.
- Умирать надо за Родину, молодой человек. Но – принят. Капитализм есть капитализм. Будешь телохранителем у нашего Артёмки.
- Телохранителем?! – изумился Петя.
- Да, будешь его тельце охранять. Не отечество же вам, холуям, доверить.
Галина Николаевна указала свежеиспечённому телохранителю на свободное кресло, а затем прочла ему лекцию о преимуществах социализма над капитализмом и условиях содержания буржуинов в трудовых лагерях после победы мировой революции, которая не за горами.
Потом Петя в одиночестве сидел в гостиной и ожидал указаний. Целый час, наверное. И даже, как будто, сроднился с этой позой тревожного ожидания. Слишком сроднился. Больше, чем необходимо было. И когда из прихожей вошла синеглазая шатенка, немного за двадцать, постриженная под каре и в стильном деловом костюме, Петя не сразу поднялся с кресла. Но успел-таки. И подняться, и развернуться в её сторону.
Полина, а это, конечно, была она, бросила на Петю рассеянный взгляд и остановилась.
- Кто этот молодой человек? – проговорила, думая явно о чём-то постороннем.
Петя глянул по сторонам, однако никого, кому мог бы быть адресован заданный в подобной форме вопрос, не обнаружил.
- Меня сегодня приняли. Телохранителем.
- Он достаточно подготовлен? – нахмурила брови Полина.
Петя ещё раз осмотрелся. Нет, они по-прежнему одни.
- Буду работать над собой. К тому же всегда вдвоём с Артёмом… А двое – это уже…
- Артёмку уже дважды похищали. Он это… Вы это понимаете? – Полина, постаравшись сосредоточиться, посмотрела Пете в глаза.
- Нет, я не допущу! – поспешил заверить Петя.
Позади Полины появился молодой мужчина, одетый в цветастую рубаху и малинового цвета короткие брючки. Черты лица, в целом, приятные, а вот глазки – гаденькие.
- Штаны пропьём, но флот не опозорим. Так? – весело проговорил он.
- Я не служил, - сказал Петя, которому остряк почему-то не понравился.
- Ты ещё скажи, что не пьёшь.
- Почти не пью. – Петя бросил взгляд на малиновые брючки собеседника. – И брюк не пропивал.
Мужчина обернулся к Полине.
- Ну ничего. «У-2», вон, вообще из сосны и фанеры делали. А как зажигали!
Полина и её спутник направились к находящейся слева от лестницы двери, а сверху спустилась Катерина.
- Уже влюбился? – насмешливо проговорила она, оценив, судя по всему, устремлённый вслед удалившейся Полине восхищённый взгляд Пети.
- Да, - подтвердил Петя, однако тут же, чуть оправившись, добавил: – Но ещё не уверен.
- Уймись, Петя! – посоветовала Катерина. – Она и самому Духаничу не по зубам. Так что… Свободен, короче.
- Свободен? – переспросил Петя, которому слово это явно не понравилось.
- До вечера. Вечером тусовочка будет – Артёмка, возможно, тоже выберется. – Катерина протянула Пете ключ с биркой огромного размера. – За домом – домик. Понял? Ныряй в норку номер три и ожидай указаний.
Слева от беседки, в гамаке, лежал Артёмка с наушниками на голове, а Петя, в костюме, при галстуке и в тёмных очках, стоял на расстоянии нескольких метров от него и наблюдал за окружающей обстановкой. Телохранитель же.
И любовался, это уже не по обязанности, Полиной. Точнее, ловил краткие миги появления её в поле его зрения. То из-за дерева покажется, то за изгородью стриженых кустов пройдёт, видимая лишь наполовину. Ну а как, если зона барбекю, где и шашлыки и что-то ещё не менее вкусно пахнущее, находится в двух десятках метров от него? И Полина именно там, среди гостей, которых Петя, кажется, и не видит, лиц их, во всяком случае. И голосов их не слышит. Только Полина, её смех и улыбки.
Артёмка, поворочавшись, развернулся лицом к Пете и внимательно осмотрел своего телохранителя. Затем снял наушники и, состроив на лице презрительную мину, объявил:
- Ты бездарен. Не чувствую себя защищённым. И до сих пор снится лай той собаки.
- Артём, ты… - растерялся Петя. – И я, Артём… Я сделаю, хочу тебя заверить…
- Ладно-ладно, сделаешь, - скривился Артём и, отвернувшись от Пети, надел наушники.
Петя ещё пытался обдумать неожиданное заявление Артёмки, когда пробегавший мимо Юрик толкнул его в бок и мотнул головой, призывая приятеля следовать за ним. Затем скрылся в беседке. Петя, стараясь держать в поле зрения весь двор, попятился к беседке и остановился неподалёку, спиной к входу.
- Говори! Только быстро! – не то попросил, не то приказал он.
- Меняться должностями надо! – свистящим шёпотом прокричал Юрик.
- Зачем?
- Какой из тебя телохранитель?! – поразился вопросу Пети Юрик.
- У тебя же получается лампочки менять, – сказал Петя. – А я не смогу Артёма от хулиганов, киллеров и похитителей защитить?
- Думаешь, опять похитят?
- Кто знает.
- Всё равно меняемся!
- Нет! – почти выкрикнул Петя.
- А оружие? Надо разбираться в оружии!
- Изучаю по интернету.
- Но я жениться хочу! – возопил Юрик. – На Полине или на Юлии! Телохранитель – это всё же…
- Ты и на немолодой был согласен, - перебил его Петя.
- Ты только на молодой?..
- К несчастью, влюбился в Полину.
- Сюда за любовью явился? – начал злиться Юрик.
- Но я не достоин. Буду повышать профессиональное мастерство, - торопливо заговорил Петя, стремясь поскорее закончить разговор. – Повысится мастерство – повысится и зарплата. Хочу помогать детям стать сильными. Как Джеки Чан. Всё, я пошёл.