Сергей Савинов – Игра Джи (страница 30)
Так, теперь опять вылить грязную воду, прополоскать и повесить сушиться тряпки, и все, пора в игру. Таймер тикает, время идет. Вот закончу задание и со всем разберусь, тем более вряд ли задание от гоблина 4-го уровня потребует каких-то запредельных усилий.
Глава 20
Силы
Как обычно, сложности начались гораздо раньше, чем я их ожидал. Стражи на воротах скрестили копья – карантин, никому не выйти. Как я мог забыть? Можно, конечно, попробовать пробежать мимо, умереть от удара в спину, а потом через три часа воскреснуть уже за воротами и отправиться по своим делам. Но как-то не хочется проверять, насколько стражи окажутся злопамятными и на каком расстоянии от них я окажусь, появившись снова в игре. А умирать раз за разом, думаю, не стоит, да и вещей лишусь.
Однако ворота – это не единственный выход из города. Каменная кладка с огромными щелями – прекрасный способ подняться наверх и покинуть гостеприимные стены Сорренфелла. Вот в чем польза реализма виртуальных игр по сравнению с обычными. В обычной земной игре можно делать только то, что изначально заложено, а тут создан просто огромный мир со своими физическими законами, в рамках которых ты можешь делать что угодно. Реализм.
А вот патрули, останавливающие меня каждый раз, стоило мне попытаться залезть хоть на метр вверх – это уже не реализм. Это какое-то тоталитарное государство. Ведь не могли они меня услышать, и если не карабкаться вверх, то просто так заглядывать за мусорную свалку между домами они тоже не собираются. Ладно бы это были лучники с башен, которые чуть не подстрелили меня во время первой попытки, но на этот раз я специально выбрал самый длинный участок стены, где их нет. И тут на тебе, патруль. Да у них в городе солдат не хватит, если будут с такой частотой патрули пускать. Явный чит со стороны Джи.
А значит, у меня один выход: буду писать петицию на непродуманность мира. Интересно, как Джи отреагирует? Надеюсь, инструменты обиды в нее не заложены. Вот только выяснить это так и не удалось: похоже, жаловаться в большом мире не принято, таких инструментов, как петиция, жалоба или обращение к администрации, не было в принципе. Чего и стоило ожидать: если хочешь чего-то добиться, делай это сам. Если хочешь что-то изменить, меняй это сам. Простых путей, когда чудесным образом сам собой поменяется мир вокруг тебя, не будет.
Тогда попробуем рискованный вариант, а если не получится, значит, надо доделать кое-какие дела в реале, сейчас уже можно так не спешить. По ржавой водосточной трубе вскарабкался на крышу дома. Пусть не стена, но уже и не земля. Капли воды от легкого летнего дождя, еле различимые в воздухе и совсем не ощущаемые телом, на крыше скапливались в лужи, которые объединялись в более крупные и с гулким эхом устремлялись к трубе и земле. Потом по выложенным в земле каменным каналам вода мчалась к канализационным стокам, смывая по дороге присохшие к брусчатке кусочки мусора и нечистот. Личный унитаз – вот настоящий оплот цивилизации.
Как не вовремя, но все равно попробуем дойти до конца. Если чего-то хочешь – делай, а у меня есть вполне определенное желание, и для этого мне нужно двигаться вперед. Двигаться быстрее, чем раньше. Кто-то скажет, что месть принято подавать холодной. Но так уж случилось, что мы, русские, не любим холодные блюда.
Прыжок. Я перелетаю на соседнюю крышу. Разбег, еще один прыжок. Еще одна крыша, немного выше. В Сорренфелле прямые каменные крыши, без всякой черепицы, поэтому пока легко. В уме уже выстроилась очередность домов, которые направляли меня к выбранной цели. И всего-то стоило продумать ситуацию в духе теории решения изобретательских задач. По условию – я хочу выбраться из города. Как положено, есть противоречие – я должен перебраться через стену, чтобы оказаться снаружи, но я не должен перебираться через стену, иначе стражники меня увидят и убьют. И как всегда, стоит это противоречие нащупать, как появляется решение.
Уже совсем рядом башня с лучником, но я пока достаточно далеко от стены, и на меня не обращают внимания. Выбираю взглядом лучника. Потертая одежда, волосы с проседью, скрытые в шапке из собачьего меха, ростовой лук, который, судя по его внешнему виду, застал еще времена становления мира.
И я оказался на башне вместе с застывшим лучником. Сразу же прыжок вниз, минус две трети жизней и в кусты. Я на свободе, теперь можно посмотреть, что там высветилось в инфоленте за время моего побега.
Получилось даже лучше, чем задумывалось, противоречие преодолено, и никаких штрафов.
Поначалу я опасался выходить на дорогу и продирался через кусты. Пару раз напоролся на микроволков, еще пару – на злоболисов. Один раз мне даже ведмежатко попался, которого я, в отличие от самого начала игры, убил всего несколькими ударами и получил дроп: шкуру и клыки. Пожалуй, потом можно будет устроить геноцид ведмежаток – чувствую, их клыки необычайно ценятся. Что там о них пишут?
Хотя, пожалуй, вряд ли это хорошая затея: из-за разницы в уровнях, понижающей шанс выпадения предметов, тот дроп, что я сейчас получил, можно считать удачей. Убив в зарослях еще одного микроволка и трех злоболисов, я наконец решился выбраться на дорогу. Дождь закончился, сквозь рваные облака начали пробиваться лучи восходящего солнца. В игре наступало утро, а я чувствовал себя настолько разбитым, будто таскал тяжеленные мешки. Все-таки, чую, аукнется мне еще этот стимулятор. Он же – Нюка-кола.
Дорога резко пошла на подъем, точка на карте, обозначающая Храм Судьбы, находилась на вершине холма. Поднялся легкий ветерок, который постепенно разогнал остатки облаков. Над горизонтом появился полыхающий шар – солнце взошло. Дорога постепенно сужалась, пока не превратилась в узенькую, но относительно ровную тропинку. До вершины оставалось, по моим прикидкам, еще около часа пути, когда справа, чуть в стороне, кто-то зашевелился.
Я привычно насторожился и выхватил нож. Кроме зарослей мелкого кустарника и пары валунов, поблизости ничего не было. В ту сторону, откуда донесся звук, я вглядывался настолько долго и пристально, что у меня даже заболели глаза. Интересно, это игровое ощущение или реальное? Честно говоря, я уже начинаю путаться. Никого или ничего не было. Вдруг знакомый шорох донесся с противоположной стороны. Я резко развернулся и… вновь ничего не увидел. Лишь слегка колышущуюся на ветру веленику… Стоп! Что за «веленика»?
Я подошел поближе. Красновато-желтые ягоды, формой напоминающие земную морошку, и были той самой «веленикой», как услужливо подсказывала мне инфопанель.
«Почему бы ее в таком случае не собрать», – резонно подумал я и оборвал весь куст.
Снова этот звук! На этот раз я не стал разворачиваться, а сделал вид, будто ничего не услышал. Шорох раздался уже гораздо ближе – кто-то явно подкрадывался ко мне со спины. Подождав немного, я резко крутанулся вокруг своей оси, одновременно замахнувшись ножом. Буквально секунду я видел того, кто ко мне подкрадывался и снова исчез со скоростью молнии. То ли гигантская бабочка, то ли человечек в плаще – не успел разглядеть детали.
За моей спиной захихикали. Я устало обернулся. На этот раз существо не стало прятаться. М-да, видимо, Джи перелопатила все земные фэнтези даже не самого высокого пошиба. На меня смотрела мечта всех романтиков-ботаников, просиживающих часами в онлайн-играх и бегающих в свободное от игр время с деревянными мечами где-нибудь за городом. Миниатюрная, ростом не выше полуметра, полуголая девушка с внешностью классической фотомодели и пошлыми крыльями бабочки за спиной. Она не переставала хихикать, зажимая рот кулачком и смешно щурясь.
– Ну и что тебе надо? – кисло спросил я девушку-пикси.
Не знаю, что ее насмешило в моих словах, но она просто прыснула смехом и чуть не упала, вовремя замахав крыльями, чтобы удержаться.
Я в сердцах плюнул и вновь пошел вверх по тропе. Смех прекратился, а справа вновь раздался знакомый шорох. Вторая пикси совершенно не скрывалась и смотрела на меня, ехидно улыбаясь и еле сдерживаясь от смеха.