Сергей Савинов – Девять смертных грехов (страница 3)

– Но правило сохранилось, – я пожал плечами. – И все его знают. Думаешь, будь иначе, мне бы уже не припомнили вчерашнее?

– Слышал, так припомнили, что у идальго Пабло отбило кусочек зуба. Кажется, ты, Мануэль, смог стать еще ближе с клинком.

Хороший Марио человек, вечно пытается меня подбодрить.

– Спасибо, – я искренне улыбнулся в ответ.

Толстяк лишь махнул рукой и вернулся обратно к готовке. Пальцы сжали огромный поварской тесак словно рукоять меча, и Марио принялся шинковать овощи. Нож порхал в воздухе и тускло сверкал, отражая свет из высокого окна и подвешенных под потолком масляных ламп, но через пару мгновений в нем разгорелся и собственный огонь. Шеф Марио был простолюдином, но в нем нашлась капля чьей-то древней крови, и он сумел пробудить в себе дар. Его не хватало очистить воздух рядом с собой, но вот добавить немного чистоты в кухонный нож он уже мог. А все знают, что еда, созданная с помощью очищения, очень вкусна и, главное, не принимает в себя никакие яды. Именно поэтому все благородные ишпани стараются найти себе на кухню кого-то вроде Марио.

Закончив с обедом, я снова поспешил во двор. Обычно днем оруженосцы и младший де Полоп объезжали владения кондеса, но сегодня глава семьи отсутствовал, и мы остались в замке, чтобы присмотреть за стенами. Вряд ли кто-то решится напасть, но осторожность никогда не бывает лишней. А раз так, то скоро меня будет ждать новая тренировка с Диего и новые побои. После них бы сходить к лекарю или лечь пораньше, но нельзя. Что бы ни случилось, каждый вечер я иду на стену и оттачиваю движения меча. Это мой ритуал, мой способ очистить сознание и сохранить себя.

– Мануэль! – стоило мне показаться во дворе, как меня сразу настиг голос Диего. Все-таки замок Кемма не такой уж и большой. – Давай на площадку. Ты хорошо прибрался, а значит, заслужил, чтобы я снова сразил тебя своей чистотой.

Анваро и Пабло заржали. Все-таки доля оруженосца прямо-таки создана для того, чтобы мечтать о силе. Я сжал зубы и направился вперед.

Днем меня побили еще раз, вечером я снова тренировался, бросая во время перерывов быстрые взгляды на появившиеся вокруг места падения небесного камня огоньки. Это отряды стражи де Полопов разбили стоянки, окружив запретную территорию со всех сторон. Один раз мне послышалось, что оттуда, с востока, донеслись звуки сражения, но они слишком быстро стихли. Наверно, показалось. А на следующий день утром старый кондес вернулся в замок с одним из отрядов стражи, и по его хорошему настроению быстро стало понятно: если что-то и случилось, то все закончилось хорошо.

– Сын, говорят, у северных деревень видели следы волков скверны, – кондес встретил Диего новым заданием, и я, только услышав начало фразы, сразу бросился на конюшню.

Благородные ишпани не просто так получили силу очищения. Чистота досталась нашим родам за защиту мира, и поэтому ни один идальго не останется в стороне, если рядом появляются создания скверны. Так гласит кодекс маэстрансас де кабаллерия. Впрочем, учитывая некоторую скупость старого кондеса, он мог заботиться о людях не столько из благородства, сколько из опасений за будущие налоги.

Я оказался в конюшне первым. Кликнул дежурного хинета, чтобы выводил коней для Диего и остальных, а сам лично взялся за Кролика. После того, как я выяснил любимое оскорбление младшего де Полопа, которое за ним начали повторять и Пабло с Анваро, я просто не мог назвать его по-другому. На второй месяц службы, когда нас впервые отправили в патруль, старый кондес выделил нам личных лошадей. У меня появился Кролик, у Пабло – Драккар, у Анваро – Гнедой. У Диего его Волк был с самого детства. Немного странное имя для коня, но этим двоим нравилось, а учитывая, как они понимали друг друга, все остальное было неважно. Я невольно замечтался, как открою дар и тоже смогу делиться чистотой со своим боевым другом.

Помимо личного коня я вывел еще и запасного. Северная деревня находилась на дальнем краю владений кондеса, ехать до нее почти целый день, так что без него не обойтись.

– Уже тут? – Диего заглянул в конюшню и довольно кивнул. – Иногда и от Ману бывает польза.

Он подхватил своего уже оседланного коня, проверил подпруги и быстро занял место в седле. Следом за ним появился Пабло, хмуро посмотрел на меня – кажется, он считает, что еще недостаточно отомстил за лысого кролика и за зуб. А вот Анваро опоздал, и где его только носило? Должен был догадаться, что прохлаждаться два дня в замке нам никто не даст.

По приказу старшего хинета нам притащили мешок еды в дорогу и закрепили на моего запасного коня. В случае сражения от оруженосца без очищения меньше всего пользы, а значит, мой конь и повезет большую часть грузов. Скорее бы это поменялось. Я проверил подпруги, ласково погладил Кролика, так что тот тряхнул головой и показал пару крупных зубов. И ведь словно специально для меня их отрастил. Я не удержался, сунул руку в мешок с овсом и устроил ему перекус.

Говорят, раньше, когда первые сердца зверей еще не открыли людям очищение, идальго приходилось полагаться только на свои мечи и броню. Тогда, чтобы лошадь могла нести воина в полном облачении, ее специально откармливали овсом. Сейчас с этим проще: очистить и укрепить можно хоть кожаную одежду, и в лошади ценят не силу, а выносливость. К счастью, у Кролика с этим все в порядке, а овес – просто угощение.

Мы выехали из крепости шагом. Каждый на боевом коне и заводная лошадь на привязи, со стены помахал рукой кто-то из стражников. Да, поход за волками скверны, дерущими крестьян в дальних деревнях – это обычное дело. Никто не станет менять из-за него свои планы. Подумал я так и ошибся. Возле воротной башни показалось еще несколько человек.

– Пока, мама! До встречи, кондесса Ана! – Диего заставил своего Волка встать на задние ноги и помахал руками. Не знал, что в замке были гости…

Нам что-то кричали в ответ со стены, но мы уже ничего не слышали. Тут, рядом с провалом, постоянно свистит ветер, а еще Диего сразу отдал команду переходить на рысь и не терять время. Мы и рванули вперед, строясь в привычный походный порядок. Первым – я, как самый малоценный оруженосец. Следом Диего, чтобы нанести смертельный удар любому, кто покусится на приманку. Выглядит неприятно, но на самом деле все не так страшно. У молодого де Полопа сильное очищение и, скорее всего, он успеет прикрыть меня от любой атаки. Вот только от этого «скорее всего» нет-нет да пробьет потом.

Как бы мы ни спешили, за день доехать до места не получилось. Через шесть часов пошел дождь, потом его сменил ливень. Дорога за считанные минуты превратилась в непроходимое месиво из грязи и редких камней. Конечно, будь мы в регулярной армии или следуй за Диего не два с половиной оруженосца, а полноценный отряд, можно было бы и самим расчистить себе путь. Очищение ведь как раз и служит для восстановления мира: хоть от скверны, хоть от грязи.

Я бросил взгляд на Диего – тот явно тоже думал о чем-то подобном. Может быть, даже представлял себя дьес-идальго, который раскинул очищение на сотни метров во все стороны, прикрывая верную дружину и родную землю.

– Поворачиваем, тут рядом должна быть дорога на деревню Реполло, – Диего махнул рукой, задавая новое направление.

Реполло – значит, капустная деревня. В баронстве Кемма уделяют капусте большое внимание: есть, как сейчас, целые поселения, которые только ей и занимаются. Кто-то считает, что кондес де Полоп перегибает палку, с другой стороны, у всех его людей всегда есть запасы пищи. Квашеная капуста, мороженая, свежая. Ею можно кормить скот, варить из нее суп, да и к мясу с пивом она прекрасно подходит. Жаль, оруженосцам подобное редко перепадает. Вот была бы война… Тогда и кормили бы лучше, и прославиться была бы возможность. А еще, говорят, именно в настоящих сражениях, когда на кону кровь и голова, а не капуста на ужин, родовые дары раскрываются лучше всего.

Деревня встретила нас затихающим дождем и частоколом. Довольно высоким, случайному зверю скверны не перебраться, а если присмотреться, то можно было заметить, что часть бревен свежая и заточенная сверху. Значит, следят за ними капустные, значит, есть им чего бояться. Диего бросил на меня насмешливый взгляд. Иногда он словно ждет, когда же я покажу страх, поведу себя, как положено на его взгляд тем, в ком нет чистоты. А мне, конечно, хочется научиться очищать мир и оружие, но и сам по себе сжатый в руке меч придает уверенности. Хватит мне умений, чтобы выдержать первый натиск тварей – значит, выстою. А там уже и Диего накроет врагов чистотой. И так ли велика будет между нами разница?

Хотя… Будет и очень велика! Самому себе врать не хотелось, но и бесполезным я себя все равно не ощущал. Надо просто тренироваться, готовиться, ждать, когда кровь откликнется, и тогда я буду готов! Освою дар и не опозорю род Луна.

– Эй! Есть тут кто? – на первый стук Диего по воротам никто не ответил, и он перешел на крик, заодно сделав знак Пабло прикрыть себя чистотой и залезть на частокол. Проверить, что там.

От обычных людей чистота не скроет, но Диего сейчас опасается не их. Что бы ни говорил шеф Марио, но даже в королевстве твари скверны могут порой проявлять себя и свой черный ум. Вырезать деревню, а потом затаиться за воротами, чтобы неожиданно напасть на случайных гостей, было бы в их духе. Но мы не лезем на рожон, а Пабло не зря Родригес, хоть и младший в роду, обязательно заметит любого, в ком будет хоть капля скверны.