Сергей Савелов – Я в моей голове 1-2 (страница 32)
Вечером дома пришлось выдержать эпическую битву в отстаивании своих интересов и планов. Чего мне стоило убедить маму в необходимости моей самостоятельной поездки в Москву и выделении для этого 25 рублей. При этом, не раскрывая моих истинных планов. Отец нерешительно меня поддержал. Иначе точно не отпустила бы. У отца выпросил записку для школы о моем отсутствии. Все планы приобретают реальность. А у Фила, интересно получилось? Хотя, как я догадываюсь, немного зная его родителей, его не так строго опекают в семье, как меня.
Отвлекаясь от уроков, снова репетировал обе песни, не смотря на боль в пальцах. (Когда же мозоли натру на подушечках?) Соседи уже привыкли к вечернему бренчанию гитары из бабушкиной комнаты. А бабушке нравилось. Все же развлечение скучными вечерами.
На следующий день отдали с Филом записки от родителей Валентине Ивановне, чем вызвали ее нешуточный интерес. Отговорился важными для нас делами. Она обиженно напомнила об обязательном присутствии наших мам на ближайшем родительском собрании.
А на одной из перемен, когда я, задумавшись, и я не обращая ни на кого внимания, проходил мимо группы рослых десятиклассников, неожиданно получаю сильный пинок ногой под зад. Резко развернувшись, я увидел злобно ухмыляющуюся рожу Грузина. Ни слова не говоря, он быстро шагнул ко мне, и широко размахнувшись, с левой попытался ударить меня. Но скорости ему явно не хватало. Подсев, отклонившись под его руку, резко выпрямив ноги и скручиваясь всем телом, наношу Грузину удар снизу в челюсть. Его голова откинулась назад, и он рухнул всем телом на пол. Нокаут. От неожиданности и испуга удар получился очень сильным. Меня потряхивает от всплеска адреналина. Обвожу взглядом присутствующих. Пытаюсь скрыть испуг от присутствующих. Потирая ушибленный кулак констатирую:
— Чем больше шкаф, тем громче падает!
Подождав, пока Грузин начнет подавать признаки жизни и попытается встать, наклоняюсь к нему, ожидая признаки осмысленности в глазах. Да у него сотрясение мозга — зрачки разного размера!
Поворачиваюсь к замершим одноклассникам Грузина:
— Срочно тащите его в медпункт. У него сотрясение мозга. Возможно, Скорую придется вызывать.
И пошел по своим делам. Я был спокоен. Успокаиваюсь и размышляю. Хорошо, что Грузин не выдержал и захотел унизить меня, ударив под зад ногой. Если бы он из толпы ударил неожиданно меня в голову, не уверен, что я успел бы среагировать и уклониться. Тогда драка могла закончиться для меня плачевно. Последствий за травму Грузина я не опасался. Попав в больницу, он не будет жаловаться на меня, скорее скажет, что упал. Иначе точно потеряет авторитет. Не принято вмешивать ментов в разборки пацанов. Все вокруг всё будут знать, но будут молчать. Не избежать мне опять разговора с директором. Даже участкового мне нечего опасаться, т. к. Аниськиных среди наших милиционеров не было или я не слышал. А поселковые участковые менялись настолько часто, что их никто не знал. В клубе был опорный пункт милиции и кто там, в форме инструктирует дружинников-женщин, выдает и собирает повязки, никто не знал. Отец, правда, упоминал о выступлениях сотрудников милиции с отчетами о своей работе перед трудовыми коллективами, но как-то не внятно. Наверное, это никому было не нужно и неинтересно. Ни рабочим, ни милиции. Проводили формально мероприятие для галочки.
Если Грузин не сдохнет, а он не сдохнет, никому не захочется разбираться в его травме. Только порадуются. Он и так под условной статьей ходит. Еще на нем немало висит, только доказательств не хватает на статью. Да и драку он затеял. А то, что неудачно упал — судьба.
Как и предполагал, разговор у директора состоялся и опять окончился недоговоренностью. Не хвалил (почему?) и не ругал. Кстати Грузин от больницы отказался, и его одноклассники отвели домой. Здоровья ему. Апельсинов ему в Москве купить, что ли? (Ха-ха!) Как выздоровеет, надо самому его отлавливать и решать вопрос с ним. А то мне кирпич на голову может упасть.
Что там директор намекал про наши с Филом регулярные отсутствия в школе по субботам? В следующую субботу надо успокоить, и прервать систему, появившись на уроках.
Сегодня встретился с Воронковой и ее подружкой. Они репетируют и усложняют танец. С нетерпением ждут меня на репетиции и моих замечаний и советов. На вопрос — прямо так и ждут? Активно чуть ли не в унисон закивали. Привычно сослался на отсутствие свободного времени. В очередной раз подтвердил, что верю в их талант, их фантазию и зардевшейся Светке — в ее организаторские способности. Они признались, что знают о моем предполагаемом вокальном дебюте на концерте. Источник информации назвать наотрез отказались. (Ну, Наташка, держись!) Знают о моем конфликте с Грузином и переживают за меня. Заверил: то, что нас не убивает, делает сильнее. Пообещал на следующей неделе обязательно побывать на их репетиции и искренне восхититься.
К назначенному времени мы с Филом, загруженные отобранным антиквариатом тащились на вокзал. Через знакомого станционного пацана, у которого мать работала на вокзале, Фил договорился насчет билетов на поезд. Оказывается, мы неудачно выбрали день поездки. Очень много желающих съездить на денек в столицу за дефицитом на субботу. На вокзале нашли нужную нам женщину, удивившуюся нашему возрасту и получили вожделенные билеты, снисходительно посмотрев на очередь в кассу. От нашего города ежедневно на Москву отправлялся один плацкартный вагон, который через 40 км прицеплялся на узловой станции к пассажирскому составу и отправлялся в Москву. К семи часам утра состав прибывает на Савеловский вокзал. А в одиннадцать часов вечера наш поезд отправляется обратно, и прицепной вагон прибывает в восьмом часу утра в город. Получается две ночи в пути и целый день на дела в столице. В нужное время вагон подали. Внутренним состоянием вагона я был шокирован. В будущем, я пару раз ездил на нем в Москву, но, наверное, те вагоны были поновее или я не обращал внимание. Но этот! Грязный, вонючий, обшарпанный. Матрасы и подушки в пятнах. Белье ожидаемо сырое. (Ты еще про Wi-Fi в вагоне вспомни, позлорадствовал!) Ничего, заняли свои места, разместились. В нужное время тронулись. С трудом покемарили ночью. В одном из купе пьянка (а может и не в одном), шумные разговоры, постоянные хождения по проходу, вонь сигаретного дыма. Где-то чуть ли не всю ночь плакал ребенок. Сумасшедшая ночь.
Заранее обговорив наши действия, по прибытии, заняли очередь в кассу. Поместили часть нашего груза в камеру хранения. Отстояв очередь, состоящую в основном из пассажиров нашего вагона, взяли билеты на поезд в обратный путь. К тому времени на улице рассвело. Еще не было возле Савеловского вокзала станции метро. Пришлось, как нам посоветовали дома, доехать на автобусе до Новослободской улицы. Решили начать наш чес по антикварным магазинам с Арбата. (Из будущего, вроде видел там.) Знать бы, где еще эти антикварные магазины находятся? Фил решившись, выцепил какого-то ветерана, явно москвича и запудрив ему мозги, выяснил приблизительные места трех магазинов. Москвичи называются, свой город не знают и антикварные магазины в ней! Но нам пока и этого достаточно. Добрались до Арбата. А он оказалось, не маленький. Нашли нужный нам магазин. До его открытия оставалось полчаса. Погуляли, поглазели на окружающие дома, людей. В нужное время подошли к магазину. Как договаривались ранее, я пошел пустым в магазин, а Фил с вещами остался на улице. Побродив по торговым помещениям и поглазев на выставочные экспонаты, нашел отдел с иконами. А цены-то впечатляют. От 70-ти до 300 рублей за икону. Стоял, рассматривая иконы, пытаясь понять, по каким параметрам их оценивали и мысленно сравнивал выставленное на стенде, (витрине) с нашими. Конечно, иконы в богатом (сразу видно) окладе меня интересовали меньше. (У нас таких нет.) Но вот дорогие, но потемневшие от времени и невзрачные без окладов меня интересовали всерьез. Сбоку послышалось деликатное покашливание. Поворачиваюсь и вижу немолодого высокого мужчину в очках с толстыми стеклами в позолоченной или золотой оправе. Аккуратная прическа, бакенбарды, элегантно одет, приятно пахнет парфюмом, честная и открытая улыбка. Весь вид говорил, что такому человеку, несомненно, можно доверять, вплоть от своего кошелька до своей девушки. Хотя «голубых» среди именно таких немало. Мягким баритоном и слегка улыбаясь, говорит:
— Приятно видеть, что молодой человек в столь юном возрасте интересуется предметами русского искусства. Желаете что-то приобрести? Или просто любопытствуете, пользуясь бесплатным входом? А может, решили провести время, ожидая открытия знаменитого и известного даже в провинции ближайшего кафе-мороженого? — на последнем предположении даже искренне изобразил огорчение.
— А ведь, насчет провинции сразу просек. Ай, да жук! — восхищаюсь про себя и как можно обаятельней улыбаюсь ему:
— Ни разу не угадали.
Снова поворачиваюсь к иконам. Слева слышу:
— Позвольте представиться. Старший продавец-консультант Никонов Евгений Соломонович. Чем могу помочь?
Я взглянул снова на него.
— А на еврея нисколько не похож, — удивляюсь, — да ведь он просто развлекается! Убивает время с подростком, пока не пойдет настоящий покупатель или клиент, — соображаю. Беззаботно пожал плечами: