Сергей Самылкин – Подвиги неблагородного рыцарства: Первый поход (страница 5)

Затем ещё около минуты воины обменивались малоуспешными ударами, отклоняли оружие соперника в сторону или принимали те на элементы доспеха, когда не оставалось иного выхода. Но наконец пан Хенек добился чистого удара, когда после очередной связки метнулся в сторону и смог от души рубануть по бедру старого друга сбоку и сзади.

Этот удар оказался достаточно сильным для того, чтобы заставить хозяина сбиться с шага и чуть припасть на поражённую ногу, чем воспользовался его противник и продолжил атаковать, последовательно метя в уязвимые местам, чудом вовремя прикрываемые доспехом всё ещё активно двигавшегося противника. И пусть удары не достигали своей цели, но были достаточно сильными для того, чтобы дезориентировать того по кому попадали. Поэтому ещё большего восторга заслуживала контратака пана Зайяка, который, выдержав весь обрушившийся на него натиск, смог нанести умелый удар снизу вверх и хорошенько засадить по челюсти рыцаря, пускай и через кольчужную защиту.

После чего уже пан Хенек отшатнулся и прошипел что-то невнятное, вдобавок получив несколько уколов и ударов вдогонку. Что вновь не закончило поединок, а превратилось в ещё один долгий обмен ударами, только уже куда более осторожный и чуть замедлившийся. Далее нечто подобное повторялось ещё множество раз, лишь изредка прерываясь куда более удачными приёмами.

И здесь стоит признать, Яну было безмерно интересно наблюдать за этим процессом, хотя усвоить на ходу он мог не так уж и много. Поэтому он даже немного расстроился когда задыхающийся пан Зайяк остановил поединок и, с трудом выплёвывая слова, признал своё поражение, после чего оба воина замерли на месте, пытаясь отдышаться.

Затем, не долго сомневаясь в правильности такого поступка, Ян поспешил к своему господину и помог тому аккуратно избавиться от шлема, под которым обнаружилась разбитая губа и залитое потом лицо победителя.

– Ух! Вот это я понимаю бой против стоящего противника! – прорычал пан Хенек, сквозь боль улыбаясь своему старому другу.

– Иди ты, достопочтенный рыцарь! Меня простой деревяшкой так уже долгие годы никто не отделывал! – точно тем же ответил ему хозяин.

– Слушай… раз так, то сегодня ты мог бы сдаться и пораньше. Тогда и жаловаться было бы не на что. Впрочем, если бы ты загодя завязал с обжорством, то ещё бы и победить умудрился! А учитывая что следующим твоим противником легко может оказаться кто-то подступивший к стенам усадьбы с обнажённым оружием и злыми намерениями, я настоятельно советую тебе больше махать мечом и меньше кубком!

– Проклятье! Знал бы что в случае победы ты встанешь на сторону моей благоверной и того заезжего врача, так наоборот не сдавался бы, а бился до самой смерти! – рассмеявшись ответил пан Зайяк, после чего кивнул другу и обменялся с ним крепкими рукопожатиями.

После такого боя панам резко стало не до новых поединков и всё веселье быстро свернулось, а сами бойцы отправились обрабатывать многочисленные ушибы и восстанавливать силы перед послеобеденным выездом, который никто и не думал отменять.

Благодаря чему Ян смог насладиться этим славным весенним днём ещё с одной стороны, ведь сопровождая своего господина и хозяйскую чету, он сполна смог сполна насладиться тихой красотой этого расцветающего края.

И теперь, проезжая по высохшим дорогам, он от всей души радовался солнечным лучам падающим на его лицо и налитой жизнью траве, а когда пришло время привала на заранее расчищенной лесной опушке, то с удовольствием укрывался в тенях деревьев и слушал беседы благородных людей.

А много позже, уже тщательно отмытый служанками в купальне и переодевшийся в чистую одежду, он крепко заснул с мыслью о том, что это был самый лучший из дней пережитых им с того момента, как он отправился в путешествие с паном Хенеком.

Однако уже утром всем было кристально ясно, что подобному блаженству не было суждено продлиться долго. И неудивительно, ведь дорога избранная рыцарем для себя и своего щитоносца вела напрямую к местам где звенела сталь и лилась кровь. И юноша мог лишь продолжить горячо молиться о том, чтобы его первая победа не стала ещё и последней.

Глава 3. Старое серебро

– Ну вот и всё, пан Матиас. Хотел бы я попытаться уговорить тебя остаться с нами на больший срок, но не буду. Чувствую ведь, что ты хочешь поскорее покончить с делами и разобраться со своими проблемами, – тепло попрощался со своим другом хозяин усадьбы, после чего не забыл и о добрых пожеланиях. – Храни тебя Господь! И пусть на обратном пути у тебя снова появится возможность побывать здесь.

– Благодарю тебя, пан Адам. Ты не только хороший хозяин, но и верный друг, – ответил рыцарь чуть улыбнувшись, несмотря на сильно опухшую губу и крепко пожимая руку собеседника.

– До свидания, пан Зайяк. И да прибудет Бог с вами и всеми членами вашей семьи, – уважительно произнёс Ян, когда настала его очередь прощаться.

– До свидания, юноша. Желаю этого же и твоему семейству. А ещё,  пусть твоя рука никогда не дрогнет в момент исполнения благородного долга щитоносца.

На этом все и раскланялись друг с другом, после чего всадники оседлали верховых лошадей и размеренным шагом направились в сторону тракта, а затем и прямо по нему. При этом пан Хенек уже вовсю планировал продолжение пути по знакомым местам, ну а Яну только и оставалось созерцать округу, да считать изредка проезжавшие мимо возы.

Точнее, так было до долгого полуденного привала с умыслом устроенного на берегу реки, близь освежающей воды. Ведь не зря же рыцарь рассчитывал всё так, чтобы времени хватило не только на сам отдых, но и на достаточно серьёзную тренировку его щитоносца. Настолько серьёзную что в последствии у них обоих едва ли могли остаться силы на разбивку ночного лагеря.

Впрочем, отчасти именно поэтому спать сегодня планировалось не на голой земле, а в приличном трактире, единственным недостатком которого являлось то что он был выстроен с расчётом на дневной переход вовсе не от приютившей их усадьбы, из-за чего излишек имеющегося в их распоряжении времени становился даже немного избыточным.

Но в любом случае Ян должен был первым делом позаботиться о лошадях и еде, пока пан Хенек внимательно изучал окрестности и подбирал наилучшее место для будущей тренировки. Поэтому о чём-то кроме сиюминутных забот они поговорили только после плотного обеда.

– Я нашёл место где можно будет установить щит для того, чтобы ты мог хорошенько разогнать коня перед ударом, – начал пан Хенек. – На этот раз закреплю мишень так, будто ты должен будешь насадить на своё копьё какого-то нерасторопного пехотинца.

– Благодарю вас, пан. Я буду стараться изо всех сил, – сказал Ян, без особого энтузиазма восприняв необходимость вновь тренироваться параллельно с выполнением других работ и непростым переходом, но всё-таки не соврав о своих намерениях.

– Хм…

Рыцарь хотел было выразить недовольство тоном щитоносца, но потом решил что конкретно этого парня стоит начинать ругать за безответственный подход к делу не раньше, чем тот в действительности начнёт отлынивать от тренировки. Поэтому просто махнул рукой и достал кошель с выигранными вчера деньгами, намереваясь пересчитать их все для начала, а затем спрятать часть в потайных карманах.

Из-за этого перед двумя отдыхающими всадниками оказалась россыпь состоявшая как из совсем крошечных монет-чешуек, так и из увесистых полновесных грошей – монет, каждая из которых содержала в себе около трёх грамм чистого серебра.

– Это ведь та полусотня грошей, которую вам вчера обещали вернуть? – с сомнением спросил Ян, быстро заметив что монет было высыпано слишком много.

– Она самая! Только более не одинокая, а звенящая хором со своей новорожденной «сестрицей».

– Боюсь, я вас совсем не понимаю.

– На самом деле всё очень просто. Перед поединком мы с паном Зайяком заключили пари, момент разрешения которого ты вчера и сам прекрасно видел.

– Боже…

– Что? Теперь то что тебе непонятно?

– Ну, с тем откуда взялись деньги теперь ясно всё. Только… вы же рискнули теми самыми монетами, ради которых мы потеряли несколько дней и съехали с прямого пути? Почему?! – не скрывая удивления спросил Ян, пока ещё твёрдо помнивший, что пан Хенек рассчитывал на эти гроши как на страховку, которая должна была ещё долго кормить их в случае провального путешествия к графу.

– Бес попутал, – скривившись ответил рыцарь, сразу же догадавшийся о чём сейчас думает его щитоносец и столь сильно устыдившийся того насколько легко ненавистный азарт вновь овладел им, что начал вслух оправдывать себя перед Богом и заодно оказавшимся рядом человеком. – Но у меня вовсе не было злого умысла. Наоборот! Адам ведь сам предложил честный и благородный спор. Да ещё такой, в котором я мог положится на своё мастерство в обращении с мечом. Ну и… ты же сам видел что он был не в лучшей форме, так что у меня были отличные шансы выиграть. Не просто остаться при своём, но и чуть сократить лежащее на мне бремя. Да и всё равно я бы не дал нам помереть с голоду, выполнив рыцарский долг и позаботившись о людях в своём «копьё», ведь в моих кошелях и сейчас остаётся серебра на три дюжины грошей. Кроме того, у тебя ведь имеется и собственный «жирок» в виде дорожных денег, которые для тебя родные собрали. Кстати, раз уж я вспомнил о них, то расскажи как много ты истратил?