Сергей Самыгин – Психология делового общения (страница 27)

Биологическая основа первой перинатальной матрицы (БПМ-I) – опыт исходного симбиотического единства плода с материнским организмом во время внутриматочного существования. Приятные и неприятные воспоминания о пребывании внутри матки способны проявиться в конкретной биологической форме. Это могут быть переживания комфорта, безопасности, единения с матерью, с миром, удовлетворенности и спокойствия. Вторая перинатальная матрица (БПМ-II) закладывается в самом начале родов, когда плод периодически сжимается маточными спазмами, но шейка матки закрыта и выхода еще нет. Эту биологическую ситуацию во время самоисследования можно пережить снова или совершенно реально, или на эмоционально-символическом уровне: появляются ощущения возрастающей тревоги и надвигающейся смертельной опасности, могут возникнуть образы ужасного спрута или питона, которые сжимают, сковывают все тело, либо образы подземелья, из которого невозможно найти выход, и т. д. Ситуация представляется невыносимой, безнадежной. Среди стандартных компонентов этой матрицы – мучительные ощущения одиночества, беспомощности, безнадежности, отчаяния и вины. БПМ-II притягивает воспоминания СКО о ситуациях, в которых пассивная и беспомощная личность попадает во власть могучей разрушительной силы и становится ее жертвой без шансов на спасение.

Третья перинатальная матрица (БПМ-III) отражает ту стадию биологического рождения, когда сокращения матки продолжаются, но шейка ее уже открыта, и это позволяет плоду постепенно продвигаться по родовому каналу. Под этим кроются отчаянная борьба за выживание, сильнейшее механическое сдавливание, порой удушье. На конечной стадии родов плод может испытывать непосредственный контакт с такими биологическими материалами, как кровь, слизь, околоплодная жидкость, моча.

Во время сеансов исследования себя помимо истинных реальных ощущений, связанных с борьбой в родовом канале, человек может испытывать и символические эмоциональные переживания: элементы титанической борьбы, образы стихийных бедствий, войн, схваток с дикими животными, столкновение с огнем, кровавые жертвоприношения, сильное сексуальное возбуждение, агрессию и прочее. Тот факт, что на перинатальном уровне сексуальное возбуждение происходит в контексте смертельной угрозы, страха, агрессии и биологического материала, по мнению С. Грофа, становится ключом к пониманию сексуальных отклонений.

Во время третьей перинатальной матрицы ситуация уже не кажется безнадежной, и человек принимает активное участие в происходящем, чувствует, что страдание имеет определенную направленность и цель, этот опыт борьбы смерти – возрождения представляет собой границу между агонией и экстазом, иногда слияние того и другого.

Четвертая перинатальная матрица (БПМ-IV) связана с непосредственным появлением на свет человека, когда мучительный процесс борьбы за рождение подходит к концу, продвижение по родовому каналу достигает кульминации и за пиком боли, напряжения и сексуального возбуждения следуют внезапное облегчение и релаксация. Ребенок родился и после долгого периода темноты впервые сталкивается с ярким светом дня или операционной. Символическим выражением последней стадии родов является опыт смерти – возрождения: проход от БПМ-III к БПМ-IV влечет за собой чувство полного уничтожения – физической гибели, эмоционального краха, интеллектуального поражения, мгновенного уничтожения всех прежних опорных точек в жизни человека. За этим опытом немедленно следует видение ослепительного белого или золотого цвета сверхъестественной яркости и красоты. Человек испытывает чувство духовного освобождения, спасения и чувствует себя свободным от тревоги, депрессии, вины, и это сопровождается потоком положительных эмоций, имеющих отношение к самому себе, другим или существованию вообще. Мир кажется прекрасным и безопасным местом, и интерес к жизни отчетливо возрастает.

Таким образом, перинатальный уровень бессознательного представляет собой многогранное и богатое вместилище эмоциональных состояний, телесных ощущений и мощной энергии. По-видимому, он функционирует как универсальная и относительно недифференцированная потенциальная матрица для развития большинства форм психопатологии.

Резерв тяжких эмоций и телесных ощущений, вытекающих из родовой травмы, представляет только потенциальный источник ментальных нарушений; разовьется ли психопатология, какую специфическую форму она примет и насколько будет серьезной – все это решающим образом определится индивидуальной постнатальной историей и, следовательно, природой и динамикой систем конденсированного опыта (СКО).

Чуткое обращение с новорожденным, возобновление симбиотического взаимодействия с матерью, достаточное время, затрачиваемое на установление связи, – вот, наверное, ключевые факторы, способные нейтрализовать вред родовой травмы. Обнаруживается глубокая связь обстоятельств и паттернов рождения человека с общим качеством всей его жизни. Это выглядит так, что опыт рождения определяет фундаментальное отношение к существованию, мировоззрение, расположенность к другим людям, соотношение оптимизма и пессимизма, всю стратегию жизни, даже такие специфические черты, как доверие к себе и способность справляться с проблемами и проектами. Если ситуация рождения прошла без эксцессов и истощения, а постнатальный уход был правильным и чутким, человек остается с «почти клеточным» ощущением веры в себя в борьбе с препятствиями и в их преодолении. Те же, кто рождался при тяжелой общей анестезии, нередко отмечают, что они способны мобилизовывать достаточно энергии на ранних стадиях при большом начинании, но потом теряют сосредоточенность и чувствуют, что энергия рассеивается и исчезает, в результате им никогда не доводится испытать полную завершенность своего проекта.

Эмоционально важные события последующей жизни также влияют на то, в какой мере динамика перинатальных матриц перейдет в проявленную патологию. Хороший материнский уход, удовлетворенность, безопасность и общее преобладание позитивных переживаний в детстве могут создать динамическую буферную зону, предохраняющую индивида от прямого возмущающего воздействия перинатальных эмоций, ощущений и энергии. И наоборот, продолжающаяся травматизация не только не даст этого защищающего экрана, но еще и добавит материала к негативным эмоциям и ощущениям, накопленным на перинатальном уровне. Поэтому детские психологические травмы очень сильно влияют на всю последующую жизнь человека, на его поведение, ведут к болезням, психологическим отклонениям и проблемам. Эмоциональные, психосоматические и межличностные проблемы имеют не только биографический и перинатальный элементы, но и уходят корнями в трансперсональную область.

По мнению С. Грофа, трансперсональные явления обнаруживают связь человека с космосом. Трансперсональные переживания интерпретируются испытавшими их как возвращение в прошлые исторические времена и исследование своего биологического и духовного прошлого, когда человек проживает воспоминания из жизни предков, из своих воплощений. Это предполагает преодоление не только временны́х барьеров, но и пространственных ограничений. Сюда относится опыт слияния с другим человеком в состоянии двуединства (то есть чувство слияния с другим организмом в одно состояние без потери собственной самоидентичности) или опыт полного отождествления с ним, подстройка к сознанию целой группы лиц или расширение сознания до такой степени, что кажется, будто им охвачено все человечество. Сходным образом индивид может выйти за границы чисто человеческого опыта и подключиться к тому, что выглядит как сознание животных, растений или даже неодушевленных объектов и процессов.

Важной категорией трансперсонального опыта с трансценденцией времени и пространства будут разнообразные явления экстрасенсорного восприятия – например, опыт существования вне тела, телепатия, предсказание будущего, ясновидение, перемещение во времени и пространстве, опыт встреч с душами умерших или со сверхчеловеческими духовными сущностями (архетипические формы, божества, демоны и т. д.).

В трансперсональных переживаниях люди часто получают доступ к детальной эзотерической информации о соответствующих аспектах материального мира, которая далеко превосходит их общую образовательную подготовку и специфические знания в данной области. Трансперсональный опыт иногда включает события из микро- и макрокосма, из областей, недостижимых непосредственно человеческими органами чувств, или из периодов, исторически предшествовавших появлению Солнечной системы, Земли, живых организмов. Эти переживания ясно указывают, что каким-то необъяснимым пока образом каждый из нас имеет информацию обо всей Вселенной, обо всем существующем, у каждого есть потенциальный эмпирический доступ ко всем ее частям.

Человеку свойственна странная двойственность: в некоторых случаях людей можно с успехом описать как отдельные материальные объекты, как биологические машины, то есть приравнять человека к его телу и функциям организма. Но в других случаях человек может функционировать как безграничное поле сознания, которое преодолевает ограничения пространства, времени и линейной причинности. Для того чтобы описать человека всесторонне, мы должны признать парадоксальный факт, что человек одновременно и материальный объект, и обширное поле сознания. Люди могут осознавать себя самих с помощью двух различных модусов опыта. Первый из них можно назвать хилотропическим сознанием: он подразумевает знание о себе как о вещественном физическом существе с четкими границами и ограниченным сенсорным диапазоном времени в мире материальных объектов. Другой эмпирический модус можно назвать холотропическим сознанием: он подразумевает поле сознания без определенных границ, которое имеет неограниченный опытный доступ к различным аспектам реальности без посредства органов чувств.