Сергей Самохин – Пыльная буря (страница 9)

– Интересная картинка. – пробормотал я, никак ничего подобного не ожидав.

Я пока не нашелся, что сказать, приминая рукой протянутые мне несколько листков бумаги. Я отметил только, что фотографии были неплохо отпечатаны и скопированы. На одной стоял доктор Шмидт, угрюмо глядя в камеру. На другой человек в маске на лице держал голову доктора Шмидта на вытянутой руке за волосы. На установку я глянул без особого любопытства – по мне это могла быть и холодильная установка, или конвейер какой-то сборочной линии. Пропаганда в действии. А мы этот момент, оказывается, проспали.

– Параллельно ведется вербовка, – продолжил рассказывать Чиро, – бандиты стараются вести себя с нейтральными группами очень вежливо: не стреляют, не обижают, предлагают помощь. Никакого больше террора. Ну и активно зовут к себе, конечно. Мало кто соглашается, но это пока – их переговорщики не настаивают, дают продукты, даже боеприпасы, и уезжают. Зарабатывают себе новый авторитет. С нами никто из них не торгуется, наоборот: нас и обстреливать стали поактивнее, и засады устраивают. Потому и мы тут стали немного укрепляться, вы наверное заметили. В общем, бандиты пытаются заручиться поддержкой нейтральных выживших. Большинства, так сказать. И явно будут настраивать их против нас. И против вас, само собой.

– И вашу базу не пытались перевербовать?

– Нет. Я так понимаю, что наши несколько баз для "Пыльного пути" – однозначные, можно сказать, классовые враги. Видимо, они прикинули, что нас уничтожить будет проще и надежнее, чем пробовать с нами дружить. И ведь какая складывается ситуация: сейчас, при столкновении, скажем, наших сил с одной стороны, бандитов с другой и, скажем так, нейтральной группы выживших с третьей, я почти уверен, что третья группа поддержит нас. Но при такой пропаганде, я далеко не уверен, что через месяц все не станет наоборот. Вы сейчас на своей Базе сидите тихо, никак себя не проявляете. У нас же нет ни лишних людей, ни лишних ресурсов, чтобы как-то организованно противостоять этому “Пыльному пути”. А у бандитов, очевидно, есть и то, и другое. И они завоевывают людей, причем вполне себе мирно.

– Постойте, вы сказали, что они вербуют людей к себе. Куда это – к себе? Географически? Если у них есть ресурсы, и их "Пыльный путь" стал большой организацией, то у них должна быть своя база.

– И она наверняка есть. Но где – никто не знает. По крайней мере, у нас такой информации нет. Уехавших с ними, как я и говорил, пока немного. Остальным ничего не говорят, в целях секретности. Никто из тех, кто уехал "туда", обратно пока не возвращался.

– И у вас нет никаких зацепок?

– Почти никаких. Бандиты очень неохотно делятся своими секретами…

– Вот примерно за этим мы и здесь. – вклинился в разговор Антон. – Чтобы такие секреты выяснять, и чтобы они оставались секретами для тех, кому их знать не положено.

Я глянул на Антона. Это он меня что ли имел ввиду, когда говорил про "знать не положено"? Антон смотрел в стол перед собой, повисла секундная пауза. Ее прервал Чиро.

– Да, да, конечно. Секреты, секреты… Господа, я прошу вас оставить меня наедине с синьором Кноллем. Ваш конвой, синьор Кранц, разместят в нашей казарме. Bы, как я понимаю, завтра уезжаете? До завтра вы у нас в гостях, чувствуйте себя как дома. Я надеюсь, что вас накормили в столовой.

Я только кивнул в ответ, попрощался со всеми и вышел на лестницу. Сразу за мной вышел Сантони, нежно подхватив меня за локоть, и отпустив кивком головы сопровождавшего нас солдата.

– Господин Кранц, я жутко рад вас видеть. И хотел бы с вами побеседовать. Не уделите мне пару минут?

Он показушно дурачился и веселился, но поговорить нам и в самом деле было о чем. Антонио предложил пойти к нему в его "рабочий кабинет", пообещав угостить меня каким-то роскошным вином. От такого приглашения я отказаться не мог, да и не хотел.

Глава 4.

Антонио жил один, занимая совсем маленькую, но очень уютную однокомнатную квартиру в одном из домов около штаба. Квартира выглядела так, как будто и не было никакой катастрофы – куча старой мебели, скатерть на столе, цветы в горшках. Заметив, как я разглядываю его дом, хозяин усмехнулся:

– Что, не так роскошно, как у вас, в Центре?

– Совсем наоборот. Я тебе даже очень завидую. У меня дома из мебели только кровать, шкаф, и сам я.

– Да ладно? – округлил глаза Антонио. – А у нас тут слухи ходят, что вы как короли живете!

– Ну да, ну да, короли без королевств… Как будешь у нас – зайди ко мне, я тебе дворец покажу свой. Обхохочешься.

– Непременно. Ты садись, я сейчас…

Я присел на стул у стола, а он колдовал с чем-то в нише, в которой с трудом помещалась маленькая кухонька.

– Голодный? Поесть успел? – окликнул Антонио меня, не оборачиваясь.

– Да, да, успел, в столовой. – соврал я, обдумывая услышанное на собрании.

– Ага, успел он. Рассказывай. Ладно, сейчас мы… Чем богаты. Немножко, но все же.

Звук наливаемого куда-то вина меня сильно отвлекал от хмурых мыслей. Наконец, Антонио обернулся, и водрузил на стол большую деревянную доску, на которой был нарезан твердый сыр, разложены вяленые помидоры, и какие-то симпатичные галеты, явно с базиликом. Тут пришло время мне округлять глаза:

– Как?? Откуда? Сыр?

– А что сыр? Это ж пармезан, ему при правильном хранении в подвале даже за пару лет ничего не сделается. Помидоры не прямо совсем свежие, свежие попозже дозреют, но их в основном женщинам и детям, ну или как гуманитарную помощь. Галеты сушеные, с ними все окей. Мы же изначально этот городок не отдали зараженным. Бились прямо тут, на улицах. Погибли люди, конечно, но сумели все очистить. Благо, городок небольшой, и стенами окружен. Так что тут никто не безобразничал. А вот вино – не то что бы супер, но вполне годное. Это Кьянти 2018 года. У меня есть небольшие запасы, да и есть идея как можно их пополнить в этом году, если все получится. С вином, как сам понимаешь, тоже за полгода ничего плохого не случилось. Всё будет, короче. Если выживем.

– Ну блин… Король поражен и восхищен. За тебя!

Мы чокнулись настоящими бокалами, я сделал большой глоток, и посмаковал вино. Кьянти не было моей любимой маркой, но сейчас оно показалось мне божественным.

– Так, ты ешь пока, пей, а я тебе расскажу, что знаю. А потом, может быть, ты мне расскажешь, что знаешь. И мы подумаем, как жить дальше. – взял быка за рога Антонио. – Смотри. Чиро на собрании, конечно, немного драматизировал, но суть он передал верно. Бандиты сейчас опережают нас во всем: в людях, в оснащении, и даже в идеях. Я прям сильно удивляюсь, откуда они такие умные взялись. Пока мы думаем, как выжить и помочь выжить тем, кто рядом, они расширяются. И меняют имидж, понимаешь? Нет, тебя все еще на дороге могут грабануть, пристрелить, но то уже будут скорее всего залетные банды, или самостоятельные группы. Таких даже сами эти, из "Пыльного пути", находят и истребляют. Ну, или поглощают. Типа, наводят порядок. Порой даже трупики раскладывают аккуратно у дороги, в назидание.

– Мы, кстати, сегодня видели по дороге к вам одну сожженную машину, и три трупа рядком около нее. Всех исполнили выстрелом в голову. Это "Пыльный путь"?

– Может и они, похоже. Но кто знает точно? Ты мне потом покажи, где это, на карте. Я скатаюсь, осмотрюсь. По идее, недалеко от нас мы стараемся еще какой-то свой порядок поддерживать. Так вот. В чем наш шеф однозначно прав, так это в том, что если мы и дальше будем сидеть на жопе ровно, то нам конец. К нам скоро придут натуральные крестьяне, и натурально поднимут нас на натуральные вилы. В благодарность за то, что мы их кормили и защищали. Но теперь их кормят другие, и может даже кормят вкуснее. Нужно что-то делать.

– Что-то делать… А что? Мне вон даже всего не говорят… Антон явно знает больше. Но у него "секреты" и "знать не положено".

– А ты что, на свой счет это принял? – поднял брови мой собеседник. – Это же он Жюля имел ввиду, ты что!

– С чего бы?

– Ну, наверное ни для кого, кроме тебя, не секрет, что Жюль считает, что мы для "гражданского" населения сейчас представляем скорее угрозу, чем защиту. Он даже разработал что-то вроде проекта, согласно которому гражданские должны “съехать” с базы, поселиться группами отдельно, и типа мирно существовать и с нами, и с этими, "пыльниками", как мы их сейчас называем.

– Засланный казачек? Этот ваш Жюль?

– Не знаю. Не уверен. Слишком открыто он эту идею двигает, засланный действовал бы аккуратнее, думаю. Скорее, он просто трус. Ну или приспособленец, что для меня звучит почти одинаково. Хочет "и нашим, и вашим". И чтобы ему за это ничего не было.

– Мда… И ведь многие с ним наверное согласны…

– Пока еще не многие. Но количество согласных увеличивается с каждым днем. С каждой подачкой от "пыльников". С каждым рассказом тех, кто этих "пыльников" встречал, какие они милые и хорошие, и как они всем помогают.

– Прикольно… Ну а у твоего шефа, Чиро, есть идеи, как нам действовать? Он вообще как сам, что из себя представляет?

– Он мужик что надо, я ему доверяю. Он сам вроде служил, дисциплину держит, порядок, но не перегибает. А вот насчет идей… Пока скудно. Людей у нас мало. И сил мало. Очень на вас надеемся, если честно. Потому прямо очень вас ждали, когда вы наконец к нам ездить начнете снова.