Сергей Самохин – И в темноте увидеть свет (страница 14)

– 

Пустой магазин не бросай так – может ещё и пригодится. – сказал я не своим голосом.

– 

Кашлянул для уверенности, оторвал с усилием одну руку от руля, вытащил один за другим два последних полных магазина из разгрузки, и передал их Джонни. Тот сейчас же зарядил оружие, засунув последний запасной магазин себе под бедро.

– 

Я не знаю, кто это такие, но я на них три полных обоймы израсходовал, и то не уверен, что убил. При этом я могу поклясться, что попал я больше, чем промазал.

– 

Выглядел как человек. По крайней мере тот, который на нас сверху упал.

– 

Выглядел может и как человек, но он им точно не был. Черт, все что рассказывали в барах это, правда, получается. Все эти страшилки…

– 

Всё, не всё, не важно. Сейчас мы точно что-то увидели. А главное, они же нас загоняли, понимаешь… Тот, сзади, просто гнал вперед, отвлекал внимание, чтобы мы второго не заметили, впереди.

– 

Черт, я же в него почти все выстрелы всадил, в упор. А он только от последних пуль упал, да и то не знаю, может просто не удержался.

– 

Да, живучий… Тот первый, сзади, он несся за нами, как раптор, блин.

– 

Как кто?

– 

Как раптор. Ну, раптор, динозавр который. Знаешь игру компьютерную, Арк называется? Там вон примерно такие же бегали, нападали. Велоцирапторы.

– 

Не, не знаю. Но слово раптор понял, типа как в Парке Юрского Периода.

– 

Ага. А этот ужас… Ты почувствовал?

– 

Оу. Я думал, это я только так струсил. Почувствовал… Я чуть в штаны не наложил. И то надо проверить, может все же…

– 

Нет, не только ты. Я думаю, это они как-то сделали. Как только отстали, сразу ужас и прекратился.

– 

Бррр… Я бы не хотел его ещё раз испытать. Блин, до сих пор руки дрожат.

Как всегда после сильного испуга, когда опасность миновала, хотелось много говорить, причем совсем неважно, что говорить. Как бы убеждая себя голосом, что все в порядке, хотя я себя чувствовал совсем не в порядке. Я глянул в зеркало заднего вида – мда, заднего стекла нет, Джонни ещё пару пуль всадил в спинку заднего сидения, и в задние стойки, так что выглядим мы сейчас красиво. В кузове какая-то мешанина, задний борт тоже вроде чуть покорежен. И ведь к Фрателло не поедешь уже на ремонт, черт.

А главное, ведь Джонни прав – он высадил три очереди из автомата, из которых как минимум треть гарантированно принял на себя тот монстр. И не факт, что он умер. А патронов у нас считай что и нет – вторую такую атаку мы уже точно не переживем. Это и есть результаты экспериментов с заражением? Неплохо поэкспериментировали. Это лучшие представители, интересно, или наоборот – худшие? Как далеко все это вообще зашло? Пока только новые вопросы, безо всяких ответов.

Указатель топлива угрожающе клонился к нулю, когда мы проехали сначала Кремолино, а потом и Визоне, и приблизились к Акви Терме. По дороге частенько видели зараженных, но не слишком близко. Они нас замечали, но видимо как-то научились определять дистанцию, и не пробовали нападать – эволюционировали. После случая в тоннеле я наверное подсознательно замечал изменения даже там, где их может и не было вовсе.. Таких монстров больше не встречали, три коротких туннеля тем не менее проезжали, держа каждый свое оружие в руках. Искомый городок начался практически сразу за Визоне – справа потянулись какие-то подсобки, отделяющие дорогу от реки, слева пошли красивые парки с необычными зданиями в них. Насколько мы поняли из указателей, это были термы, ну или просто бани, в нашем понимании. Небольшое пустое дорожное кольцо, берем на кольце вправо, и въезжаем на мостик через реку – мостик узкий и длинный, с высокими стальными перилами. Черт, мне он не нравится, тут пожалуй если и развернемся, то раза с третьего, не скорее – еле еле две машины разъедутся. Машин на мосту нет вовсе, движения тоже не вижу, так что надо все же ехать, нам в любом случае надо на тот берег.

Переезжаем реку без проблем, и тут же вливаемся в главную улицу, с домами по три-четыре этажа, кафешками и магазинчиками. По обеим сторонам дорога красиво обрамлена рядом деревьев, отделяющих дорогу от широкой пешеходной зоны. Я уже даже не еду, а ползу, внимательно смотря по сторонам. Местами стоят припаркованные машины, их немного, но несколько есть. Так, вот пиццерия, магазин обуви, какое-то кафе-мороженое. Проезжаем магазин игрушек и турецкий кебаб-хаус, и тут я останавливаюсь. Знакомая вывеска супермаркетов с одной синей буквой U и восклицательным знаком. Забыл, как эта сеть называется, но я ее уже встречал в Италии – обычно магазины небольшие, от супермаркетов там только название, но из серии “у нас есть всё”.

– 

Джонни, выходим и посмотрим этот магазин. Только сначала осматриваемся.

– 

Понял, выходим. Хотя мне не очень хочется выходить.

– 

И мне. Но от того тоннеля мы достаточно далеко уже, вряд ли те двое за нами гонятся, даже если они и выжили. А припасы нам нужны.

– 

Да я ж не спорю, просто констатирую факт. Идём.

Осторожно глушу мотор, внимательно слушаю наступившую тишину, потом открываю дверь и выхожу на вечерний уже воздух. На улице ещё очень тепло, даже пожалуй жарко, но уже чувствуется вечер и начинают еле заметно наступать сумерки. Вокруг тихо, оглядываемся еще примерно с минуту, переминаясь с ноги на ногу. Двери в машине просто не закрываем – если надо будет быстро убегать, то они нам понадобятся, а лампочки освещения внутри салона мы давно уже вынули – они только демаскируют, сейчас без фонарика все равно никто не ходит.

Ладно, пошли тихо. Я вперед, ты чуть сзади. Смотрим в оба, не отвлекаемся. – я снял пистолет с предохранителя, и пошел в сторону входа в магазин. Джонни шел сзади-справа, правильно ходить в паре, чтобы не перестрелять друг друга, научились опытным путем: в армии мы оба не служили.

Витрины до сих пор залеплены рекламами скидок, продукции и всякой другой ерундой – внутрь практически не заглянуть, тем более там темно, а снаружи ещё очень светло. Двери выглядят целыми, не сломанными, да и стекла не выбиты – а это уже внушает оптимизм. Пытаюсь все же разглядеть что-то внутри, но тщетно. Тогда заходим. Дверь ожидаемо заперта, что опять-таки неплохо – больше шансов на сохранность продукции внутри. Примериваюсь прикладом автомата к дверному стеклу, но тут замечаю, что нижнее стекло в двери, скорее всего ранее, в “прежней жизни” выбитое, заменено на прозрачную пластмассу. Несколькими ударами ноги выбиваю этот пластиковый лист, морщась при этом от производимого грохота. Шума однако в любом случае меньше чем было бы, выбивай я стекло. И осколков нет. Переглядываемся с Джонни, он ни слова не говоря становится на четвереньки, потом ложится на живот, несколько секунд вглядывается в темноту, и шустро заползает вовнутрь. Слышу, как он возится с дверью, но вскоре мой напарник докладывает, что открыть дверь не может без ключей и в темноте, и мне приходится проникать в магазин таким же способом.

Встаю с пола, отряхиваюсь, оглядываюсь, дав время глазам привыкнуть к полумраку. Самое первое ощущение – вонь. Вонь трудноописуемая, тут не один источник, а много, разных, сливающихся в один непередаваемый букет. Даже трудно понять, что именно может такой букет создать, и ещё сложнее представить себе, что отсюда можно вынести что-то съестное. Тем не менее, постояв у двери и поборов в себе рвотные симптомы, мы с Джонни двигаемся вглубь. Мне приходится достать фонарик, и светить вперед, а то мало того, что не видно ничего, так ещё и ногу сломать можно. Луч света выхватывает кассы и стеллажи за ними, сильного разгрома не наблюдается. Только подойдя ближе мы замечаем, что кассы все открыты, и совершенно пусты. На стеллажах так же зияют пустые места, но всё выглядит так аккуратно, как будто продукцию собирали нежно и медленно, а не как обычно – в спешке, не заботясь о следах. Похоже, что магазин "чистили" сразу по началу заражения, когда еще никто не понял, что все это – всерьёз и надолго. Проходим по параллельным линиям стеллажей – полки не слишком высокие, и мы с Джонни можем видеть друг друга. Магазинчик оказывается действительно небольшим, узким и длинным, расположенным практически вдоль улицы.

К полкам с мясной и сырной продукцией даже подойти невозможно – то, что там лежит, едва только не шевелится уже, и источает такие ароматы, что мама не горюй. На полках с алкоголем однако ещё много что осталось, хотя почти все, что крепче 30 градусов так же аккуратно ликвидировано. А вот и полки с макаронами и печеньями, и это уже интересно – они полупустые, но всё же того, что осталось, нам очень даже хватит, и выглядят пачки нетронутыми. Джонни как раз подошел сюда же, притащив с собой тележку от ближайшей кассы. Идея отличная, есть тут что брать с собой, и я тоже нашел глазами тележку, недалеко у входа, схожу за ней. По дороге зацепил взглядом стенд с соленьями и консервами, почти пустой, но всё же. Начну с него, пожалуй. Оливки в жестяных банках – в тележку, туда же соленые огурцы, какие-то то ли помидоры, то ли томатная паста – потом разберемся. Мясных консервов нет, как не высвечиваю дальние углы полки – их собрали наши аккуратные предшественники. По шуршанию за спиной понимаю, что у Джонни загрузка макаронных изделий в самом разгаре. Так, ещё две коробки с вином, несколько упаковок с какими-то конфетами… Оглядываюсь вокруг, но больше ничего вроде полезного не вижу. Джонни прикатил забитую с горкой тележку, положив сверху три больших упаковки бумажных полотенец – а вот это он хорошо придумал.