Сергей Садов – Осада. Часть 3 (страница 6)

— Не верю, что я говорю это тебе, но людей необходимо подбодрить. Мы все накосячили, согласен. Но стоит на ошибках учиться, а не впадать в хандру.

— Кто тут хандрит? Совсем идиот? — плохое настроение Лата всё же прорвалось. Вальд, явно понимая это, совсем не обиделся.

— А что ты делаешь?

— Думаю. Помнишь, имперцы говорили про осадные башни?

— Хм… Ну да. И я тебе говорил. Хочешь такую соорудить? А как же тактика с приближением к стенам города?

— Одно другому не мешает. Ошибки мы, конечно, учтём, но потерянного времени нам это не вернёт. Тем более разведчики доносят, что герцогская армия в Лоргсе увеличивается каждый день.

— Пока она нам не угроза, — отмахнулся Вальд, но задумался. — Осадная башня, говоришь? Одной мало. И лучше бы с нескольких направлений атаковать… Но есть ли у нас умельцы, что сумеют её построить? Тут всё не так просто, как кажется. Штука тяжеленная, тем более придется обвешивать её мокрыми шкурами… Тоже ведь нужно их достать. Лошадей, чтобы эти штуки двигать, у племён заберёшь? А они отдадут?

— Не отдадут, сами толкать будут, — отрезал Лат. — В любом случае нужно думать. Соберём совет.

— А это правильно. Если это будет решение совета вождей, то уже не отвертятся.

— Но это не решит проблему мастеров… Зараза, нужно было в поход не только воинов брать! Но если меч не могут держать, то не люди ведь!

Вальд не стал говорить, что в своё время пытался обратить внимание друга на эту проблему, но тот отмахнулся. Мол, не время пока, когда власть укрепит…

— Когда я учился в имперской академии, был там один старик-ветеран, что служил в армии. Так вот, он рассказывал, что девяносто процентов службы заключалась в маршах, еще девять процентов в работе лопатой с топором, и только один процент приходился, собственно, на сражения.

Лат всерьез обдумал эту мысль. Раньше он отверг бы её как еретическую, всё же он гарл до мозга костей, а они ценят именно храбрость в бою. И только во время этой вот осады он по-настоящему понял многое из того, что слышал. Сражения? Да, но, прежде чем вступить в битву, необходимо провести массу подготовительных действий. И малейшая ошибка отбрасывает тебя на исходные позиции, и приходится начинать всё сначала. Но как донести эту мысль до вождей? Что на войне главное не битвы? Самые сообразительные и сами всё поняли, только они будут молчать. Гарлы. Но он вождь, а потому именно он молчать просто не может, иначе они так и будут топтаться под стенами.

— Будем разговаривать, — решительно поднялся Лат. Вальд снова узнавал своего друга — решительного, уверенного в себя.

— С вождями?

— На хрен вождей! С людьми. Не настолько они тупые, как кажется нашим вождям. Полагаю, многие из них и сами сообразили, что лишний пот в работе порой экономит много крови. Просто они пока тоже не решаются заговорить об этом. Все привыкли считать, что труд не для воина, что лопатой и топором работают только голоногие крестьяне, которые и не люди. А настоящий воин должен сражаться, добывая славу и богатство. Если это не изменить, то ничего у нас не получится и наше объединение так и останется мечтой.

— Рад, что ты понял, но ты уверен?

— Вожди не идиоты… Ну за некоторым исключением. Многие сами всё понимают. Но нужно нечто большее, чтобы их заставить заговорить об этом вслух. И я такую возможность им дам. Идём, Вальд, пока будем думать о штурме, но после совета вождей придётся заняться и этой проблемой.

Несмотря на все успокаивающие записки из Тарлоса, Турий не мог не волноваться, подозревая, что в записках может не быть всей правды, а сообщения разведчиков запаздывают и неполные. Гарлы выставили вокруг осажденного города слишком плотные заслоны, чтобы туда можно было приблизиться безнаказанно. И несмотря на отправленные дополнительные силы в тыл гарлов, все же добывать информацию оказалось не так просто.

— Чего дергаешься? — поинтересовался Ролан, заглядывая Турию через плечо. — Пишут же, что всё нормально, даже заставили отступить.

— Была бы у тебя сестра, которая оказалась заперта в осаждённом городе, посмотрел бы я на тебя.

Ролан промолчал. Сестры у него не было, были братья. Но он сильно сомневался, что стал бы переживать о них, окажись те в такой ситуации. Не то, чтобы он не любил их, но и особой теплоты в отношениях не было. В этом плане семейство герцога Райгонского импонировало ему именно тем, что дети здесь весьма дружно стояли друг за друга. Они могли вдрызг переругаться между собой, но только попробуй, кто посторонний влезть, или, не дай Единый, кого задеть. Самому себе он втайне признавался, что ужасно этому завидует.

А вот к Юрмии Гарстин, невесте Турия, он почему-то отнесся весьма настороженно. И сам не мог сказать почему. Хотя и причин вроде как не было для такого. Просто бывает вот так, что человек тебе чем-то не приглянулся и всё. Вот без всякой причины. Сама Юрмия пыталась наладить с Роланом если не дружеские, то хотя бы нейтральные отношения, но безуспешно. В конце концов, между этими двумя установилось что-то типа холодного нейтралитета.

К счастью, Ролан получил под командование отряд и отправился патрулировать дороги к Лоргсу, опасаясь не столько гарлов, сколько разных авантюристов, съезжающихся в герцогство в поисках наживы. Сколько раз приходилось сталкиваться с такими вот типа союзниками…

Сейчас он ненадолго появился в Лоргсе для отчета, сгрузить трофеи, пополнить отряд и узнать последние новости. К Турию он заявился как раз от Ларии, застав приятеля за чтением сообщения из Тарлоса.

— Жрать будешь? — поинтересовался Турий, откладывая записку.

— Фи, а еще маркиз, — поддразнил друга Ролан. — Где ваши манеры?

— Да иди ты… Я тебя, между прочим, ещё час назад ждал, как услышал, что твой отряд вернулся.

— Все претензии к твоей сестре. Как отпустила, так появился.

— М-да… Пожалуй, воздержусь. Какие новости?

— Новости обычные. Мародёров слегка прижали, вякать сильно никто не осмеливался, так что убрались подальше в сторону гарлов. Туда я пока не рискую соваться — там слишком много их разведчиков, а ты не велел с ними драться.

— Правильно делаешь. У нас всё равно не хватает сил, да и эти долбанные рекруты, которые не знают, какой стороной копьё держать… Самое главное некоторые настолько тупы, что считают, будто никаких тренировок им не нужно. Взяли в руки щит и копьё и уже солдаты. Приходится спускать таких мечтателей на землю. И как с ними воевать?

— Ничего, подтянутся, — отмахнулся Ролан. — А что герцогская армия?

— Подтягиваем. Тут главное, чтобы вассалы не переругались. Их склоки выматывают сильнее тренировок. Ума не приложу, как отец с ними справляется. И все норовят кучу советов надавать, как правильно гарлов побеждать. Так и хочется спросить в стиле Элайны: «Если такие умные, то чего тогда до сих пор не графья?»

Ролан хохотнул.

— Понимаю. Сам с таким сталкивался. Пока тебе не стукнет хотя бы двадцать пять, то ты так для этих вояк останешься новиком. Ну и признай, всё же опыта у них побольше твоего, так что имеют право на советы.

— Когда их спрашивают, — буркнул Турий. — Мне и отца хватает, который постоянно свои советы шлёт.

— Кстати, а как там у герцога дела?

— Да примерно так же. Всё еще собираются вассалы… Знаешь, я вот оценил теперь старого короля, который завел собственную армию, не зависящую от созванных вассалов. И даровал право им вместо солдат откупаться от службы. На эти деньги армию и содержал. Кстати, идею ведь эту и мой отец позаимствовал, только он организовал пограничную армию. Для нас ведь гарлы — основная проблема.

— Откупаться… — Ролан нахмурился. — А ты понимаешь, что в результате король приобрел слишком большую власть над вассалами? Если раньше они могли что-то возразить, то сейчас в королевстве именно у короля подавляющая военная сила. Бросить вызов ему может разве что ваше герцогство.

Турий пожал плечами.

— Не грузи меня этим, ради Единого. Кстати, моя сестра… В смысле та, которая заноза, считает, что это неизбежно, иначе нас сомнут. И что, мол, если процесс нельзя предотвратить, надо его возглавить. Не знаю, что она там имела в виду, она об этом в основном с отцом говорила, а тот всякий раз выглядел уж очень задумчивым после тех разговоров. Когда я пытался расспросить его, тот отмахивался, говорил только, что надо слишком серьезно всё обдумать. Мол, когда примет решение, тогда обязательно поделиться своими мыслями.

— Твоя заноза слишком мала, чтобы понимать что-то в этом.

— Может, и так, но я бы не стал отмахиваться от её мнения. Она ссылается на историю мира своего близнеца. А мир тот, по её словам, такое уже проходил. И что учиться лучше на чужом опыте. А отец мой не такой уж легковерный человек, чтобы слушать откровенный бред. А если он настолько озадачен вопросом, значит, она какие-то доводы привела, которые отец посчитал серьезными.

— Ты меня пугаешь. Тоже считаешь, что нужно поддерживать укрепление королевской власти?

— Знаешь, вот сегодняшней ситуации с гарлами можно было бы избежать, если бы наше королевство было более собранным. Так что со своей колокольни да, считаю. Заноза вообще считает этот процесс неизбежным. Отец, судя по всему, склонен ей верить. И если это действительно так, то тебе не кажется, что лучше быть на стороне победителей, чем противостоять неизбежному?