Сергей Садов – Осада. Часть 2 (страница 14)

— Символ Лата?

— Нет. Лат из племени тарусов, а у них символ бобёр. Скорее, Лат придумал символ объединённых племён. Общий для всех. Иначе другие племена никогда не согласились бы поднять символ чужого племени. И никто не смог бы их заставить не поднять символ своего.

Элайна подумала, но всё равно не поняла.

— Я не поняла, а что тут такого? И какое отношение символы имеют к нашей вылазке?

— Лат упорно пытается объединить племена, упирая, что они не тарусы, лакусы и прочие, а гарлы. Потому, думаю, он ждёт нашей контратаки. Чтобы одно племя пришло на помощь другому. Общее дело.

— Я бы тогда повесила у двух племён символы враждующих, в надежде, что по ним и ударят.

Картен усмехнулся.

— Я же говорю, они никогда не поднимут ничего, кроме символа своего племени. И никогда не согласятся вывесить символ чужого. Никогда.

— А как же этот волк?

— На это я и пытаюсь обратить ваше внимание, леди. Это значит, что они признали этот символ символом всех племён гарлов. Общим символом гарлов.

— О… То есть объединение уже зашло достаточно далеко… Как же это всё проворонили у нас?

Картен промолчал. Ответ мог бы девочке не понравиться. К тому же предусматривал некоторые обороты речи, которые леди знать тоже не полагалось.

Не дождавшись ответа, Элайна задумалась.

— Послушайте, если у них с этими символами так серьезно, тогда может нам удастся немного их спровоцировать?

Картен глянул на девочку. Пожал плечами.

— Всё не так просто, как может показаться, ваша светлость. Говорю же, они не идиоты и что такое провокация прекрасно знают. Они же там друг с другом постоянно режутся. Не думаете же вы, что до такого очевидного хода никто не додумался?

Элайна пожала плечами, но при этом глаза её горели энтузиазмом. Картен мысленно вздохнул. Их леди опять что-то придумала. Будет весело всем… кроме гарлов. Вздохнул.

— Так что насчёт вылазки? — снова спросила Элайна. Мысль о провокации, похоже, она отложила, но не забыла.

— Представившуюся возможность мы не упустим, но пока рано. Гарлы начеку.

Словно в подтверждении его слов от лагеря отделилось несколько всадников и понеслись в их сторону. Видно, их тоже заметили наблюдатели гарлов. Элайна с интересом следила за приближающимися людьми. Их там было человек десять. Точнее сосчитать не получалось, поскольку они постоянно перемещались, прятались друг за другом, кто-то выскакивал вперед, кто-то отставал. Вот они остановились метрах в тридцати от них, вскинули руки…

Картен резко двинулся вперед, ухватил за шеи Элайну с Арготом, на ходу успел еще толкнуть Шольта, заставив того упасть. Сам он резко пригнул детей, спрятав за стеной, потом ещё и сам лег сверху, ухватил Шольта за руку и подтащил к себе поближе. И в тот же миг в бойницу влетела стрела, умчавшись куда-то вдаль. Еще несколько ударили в саму стену, другие пролетели выше. Со стен дали ответный залп. Тоже неудачно. Обменявшись ещё парочкой залпов, гарлы умчались, когда заметили, что стрелы начали уж слишком близко к ним лететь.

— Быстро со стены! — велел Картен.

Аргот хотел было возразить, заявить, что не боится, но заметил, как Элайна, шустро перебирая ногами, двинулась в башню. Там уже ждали гвардейцы, которые, не церемонясь, тут же утащили её внутрь.

— Я доложу капитану о случившемся, — буркнул он, сердито глядя на Элайну. Та виновато пожала плечами.

— Ничего же не случилось.

— Благодарите Картена, леди. Если бы он не убрал вас, то та стрела, что попала в бойницу, оказалась бы в вашей голове…

— Тупой голове, вы хотите сказать? — буркнула девочка, выглядывая из-за двери и прикидывая траекторию. Солдат явно соврал — стрела попала совершенно не в ту бойницу, у которой она стояла. Тут скорее Шольту досталось бы.

Гвардеец многозначительно посмотрел на девочку, согласно кивнул, но тут же склонился в почтительном поклоне:

— Конечно нет, ваша светлость. Я бы не смел, так сказать.

— А подумать смели бы. — Элайна не спрашивала, утверждала. Потом прикрыла дверь в башню и вздохнула. — Что-то гарлы слишком осмелели. И почему наши так долго реагировали?

— С этим я разберусь, — пообещал Картен. — Всадников должны были обстрелять раньше. Кто-то совсем мышей не ловит. Им даже позволили произвести первый прицельный залп.

— Прицельный?

— Очень хороший, с учетом ситуации, — кивнул Картен. — Это, видимо, кто-то из знати гарлов. Скорее дети вождей или советников каких. Удаль свою демонстрировали и умение владеть оружием. Заметили нас на стене и решили показать себя.

— Не слишком ли мелкая мы цель для них?

— А кого они увидели на стене, по-вашему, леди?

— Хм… Троих детей каких-то. Мальчишек — вряд ли они с того расстояния разглядели, что я девочка. В простой одежде, между прочим.

— Дети на стене во время боевых действий?

— О! — сообразила Элайна. — Да, необычно, согласна. А необычное всегда привлекает внимание.

— Полагаю, они так же подумали, мол тут стоят дети каких-то наших вождей. Они же о нас по себе судят, другого не знают.

— Ну не так уж они и ошиблись, — задумалась Элайна. — М-да, будет труднее, чем я думала. Полагала, что на меня просто внимания не обратят.

— Обратят, как вы заметили. А потому я вам запрещаю больше приходить на стены. Извините, леди, но я тоже обо всём доложу капитану, если я для вас не авторитет.

Элайна сердито глянула на Картена, но ничего доказывать ему не стала. Понимала, что доказывать надо будет не ему, а Марстену Дайрсу. Да, в общем-то, она понимала его правоту. Ей действительно нечего тут делать, просто решила на гарлов посмотреть поближе, пока еще спокойно. Посмотрела.

Со стены Элайна отправилась не к себе, а туда, где впервые встретилась с Арготом. В последнее время она там чаще всего предпочитала зависать в свободное время. Никто тут поклонов не бьёт, этикетом из себя не выводит. Остальные дети вроде как и свободно с ней общаются, но границ не пересекают. Ну разве что Шольт периодически их проверяет, за что частенько отхватывает по шее. Фигурально, конечно. Элайна в такие моменты просто занудным голосом перечисляла те положения, что он нарушил и какое наказание за это полагается. Это почему-то веселило остальных и раздражало Шольта. Но перебить в такие моменты Элайну он не осмеливался — слушал. И на некоторое время успокаивался.

А ещё там специально для неё притащили стол, удобный стул и соорудили чуть в стороне от того места, где Аргот тренирует своих приятелей в стрельбе, беседку вокруг стола и стула. Ещё и чернильницу с пером, карандаши и листы бумаги. И всё это даже не запирали — сейчас уже редко были такие моменты, когда здесь совсем уж никого не было. Постоянно кто-то ошивался, в основном малышня, которая обожала сказки Элайны, та их периодически рассказывала им. Причем слушать её в такие моменты приходила еще куча детей, даже взрослые были, те, кто свободен от работы оказывался. Ну ещё бы, таких сказок тут никто не знал. В общем, охраны тут хватало.

Впрочем, капитан еще отдельно парочку гвардейцев отрядил, что установили здесь негласный пост. На всякий случай. А Валиор Строж, который всерьез взялся за обеспечение безопасности как города, так и ответственных лиц, приказал ещё в некоторых местах вокруг этого места построить стену. Незаметно, но надежно. И тоже отрядил парочку незаметных людей, не имеющих военной выправки, а по повадкам скорее воры или убийцы.

Вернувшись, Элайна попросила (приказала) Арготу и Шольту оставить её в покое, уселась в беседке за стол, подперла голову рукой и задумчиво принялась разглядывать стену сарая. Мишени, кстати, с неё уже стёрли, вместо них там воткнули палки, на которые нанизали связанные пучки сена. Теперь тренировочные стрельбы шли именно по ним. Взрослые, благоразумно решив, что чем бы дитё не тешилось, лишь бы под присмотром, выделили в помощь Арготу какого-то старого служаку, инвалида одноногого. Кажется, Картен его лично пригласил. Он за детьми и присматривал, порой делясь с ними историями. Также помогал и с обучением стрельбы из лука, делясь своим опытом. Хоть и на одной ноге, но стрелял он классно, надо признать.

Ясно, что такое счастье тут детям досталось исключительно по причине, что место облюбовала Элайна, а также потому, что отец Аргота занимал высокое положение в иерархии командиров города. Но кто бы возражал? Все были довольны. Дети — вроде как серьезным делом заняты — учатся сражаться, истории интересные, опять же. Взрослые — дети под присмотром и не мешаются под ногами, охрана тут тоже на высоте, сама дочь герцога же здесь бывает. Элайна довольна была тем, что хоть тут могла укрыться от тех обязанностей, которые постоянно норовила повесить на неё маркиза Охластина. То есть бывать в «курятнике», вести там светские беседы, руководить высшим светом города. Город в осаде, враги кругом, но эти… дамы… и тут умудряются какие-то интриги развести.

Наконец поймав музу, девочка достала лист и принялась рисовать. М-да, давненько не брала в руки шашки… в смысле кисти. Рисунок получался так себе, больше схематичным, чем хорошим. Ну, она за красотой не гналась, главное, чтобы было понятно, что к чему.

Налюбовавшись полученным результатом, она подхватила листок и решительно зашагала в сторону «курятника». Увы, этого избежать не получится. Помахав Арготу, который как раз показывал Шольту, как правильно прицеливаться из лука.