Сергей Садов – Начало пути (страница 64)

— Нет, — улыбнулась в ответ Ленайра.

— А вы неплохо говорите по-русски.

— Я бываю в России постоянно с семи лет. За это время выучишь любой язык.

Анатолий Викторович задумчиво побарабанил пальцами по креслу, потом вдруг резко хлопнул себя по коленам и поднялся.

— Что ж, Снежана, очень приятно было с вами познакомиться. Теперь я не удивляюсь, что Юра не возражает против вашей дружбы.

— Дружба, Анатолий Викторович, не меряется положением в обществе. К сожалению, об этом часто забывают и упускают много шансов стать… счастливыми.

— Это в вас говорит молодость, Снежана, — грустно улыбнулся Анатолий Викторович. — В вашем с Алексеем возрасте я тоже мечтал о мире во всем мире и чтобы нигде не было голодных.

— Каждый выбирает по себе…

— Женщину, религию, дорогу, — подхватил Анатолий и улыбнулся. — Может, вы и правы, леди. Но меня жизнь научила другому. Надеюсь, вам не придется разочаровываться в своем выборе.

— Может, и придется. Но жалеть о нем не буду.

— А это похвально. Желаю вам удачи, ребята. Ну-с, не буду больше мешать.

С этими словами Анатолий Викторович ушел вместе с сопровождающими.

— Я его не знаю, — задумался Алексей. — Папа говорил, что сегодня будет только родня и близкие друзья, но этот человек не наш родственник, а близких друзей отца я знаю.

— Ты чего? — хмыкнул вдруг Сашка. — Мне мама говорила. Это из администрации президента. Специально приехал на прием, собираются какие-то контракты обсуждать.

— Может, и так, — хмуро глянул на братца Лешка. — Но что он здесь делал сегодня?

— Скорее всего, — невозмутимо отозвалась Ленайра, накладывая к себе в тарелку тортик, — именно сегодня и проходили эти самые переговоры о будущем контракте. Или еще будут проходить. А прием послезавтра — только подписи поставить под светом вспышек. Зато те, кому не положено, готовятся к официальному приему, а все произошло в домашних, можно сказать, условиях, в присутствии только тех, кому положено. Теперь понятно, почему дядя Петя прилетел только в последний момент, а жену и сына раньше отправил — готовился к этой встрече.

— Папа? — Сашка удивленно повернулся к Ленайре. — Он мне ничего не говорил.

Девушка хмыкнула, отвечать не стала и аккуратно ложечкой отрезала кусочек торта, сунула его в рот и прикрыла глаза, показывая, как наслаждается вкусом.

Эльвира захихикала, Лешка отвернулся. Александр обиженно засопел.

— А чего? Папа всегда мне все рассказывает.

И снова все промолчали, только смех Эльвиры выглядел еще более обидным. Сашка счел за лучшее больше эту тему не развивать.

— Есть у меня подозрение, — наконец оторвалась от торта Ленайра, — что официальный прием превратится в очень скучную рутину, на которой не будет ничего примечательного или важного. Но именно там и придется нам показать себя во всей красе.

Лешка обреченно вздохнул. Лично он с большим удовольствием сейчас занимался бы тренировками с друзьями. Но он уже знал, что не всегда удастся делать то, что хочется и нравится.

А Ленайра оказалась права — на следующем приеме не было ничего интересного. Ну, на взгляд Алексея, кроме самой Ленайры, которая и там сумела на краткое время затмить всех гостей. У него сложилось впечатление, что пожелай она этого, и весь вечер блистала бы только она. Но, как было и здесь, очень быстро девушка отошла в тень, спрятавшись среди остальных ребят. Сам он потом долго размышлял, каким образом ей удается привлечь к себе внимание, ничего, по сути, не делая, и так же быстро внимание от себя отвести. А его отец еще долго после этих приемов поглядывал в сторону Ленайры крайне задумчивым взглядом.

— Наверное, надо с рождения привыкнуть повелевать другими людьми, чтобы даже сомнений у тебя не было в твоем праве отдавать приказы. И так же с рождения привыкнуть быть в центре внимания, чтобы научиться от него вежливо и незаметно избавляться, — наконец озвучил он.

Ленайра задумалась, потом пожала плечами.

— Может быть. У меня ведь много примеров перед глазами было. Родители, потом дед, сам император, в конце концов. Взрослые очень недооценивают наблюдательность маленьких детей. Я же выросла в такой обстановке. Все само собой получается. Просто я всегда точно знаю, что надо сказать или сделать в той или иной ситуации. Это как мышечная память у бойца.

Лешка, слушавший разговор, обреченно вздохнул, догадываясь, что подобную «мышечную» память в скором времени придется нарабатывать и ему, чтобы соответствовать невесте. К его чести, у него ни разу не возникло мысли, насколько все это ему необходимо и не проще ли жить привычной спокойной жизнью золотого мальчика и сына одного из богатейших промышленников России.

Глава 17

Митька задумчиво почесал макушку. Потом еще раз почесал. Витька с интересом наблюдал за этим занимательным процессом, гадая, когда прическа приятеля превратится в воронье гнездо. К его сожалению, Аня не дала завершиться столь, безусловно, важному деянию и с силой оторвала руку мальчишки от волос. Достала расческу и принялась приводить его волосы в порядок. Она вообще взяла шефство над самым младшим в их компании, постоянно заставляя его умываться, причесывала, когда он, как сейчас например, превращал свою голову в непонятно что. Еще более странно то, что Митька спокойно принимал от нее эту заботу. Похоже, он воспринимал Аню как старшую сестру. И если Ленайру он уважал и, чего уж греха таить, слегка побаивался, справедливо опасаясь получить по шее в случае каких художеств, то за Аню он готов был драться даже с Ленайрой.

— Так, я не понял, — Митька блаженно прикрыл глаза, когда его расчесывали, но любопытство не потерял. — Нам нужно отправиться к тебе домой, где возрождается Темный Лорд, и накостылять ему по шее?

На мальчишку посмотрели одинаково шокированные ребята. Только Борис остался спокойным. Подняв голову от чистки своего пневматического пейнтбольного оружия, он пояснил:

— Это он недавно Гарри Поттера прочитал.

Все понятливо заулыбались, а вот Ленайре понадобилось некоторое время, чтобы понять смысл высказывания.

— Что еще за Темный Лорд?

Выслушав сбивчивые пояснения Митьки, хмыкнула.

— Тогда по этим критериям можете смело записывать меня в Темные Леди.

— Это как? — Мальчишка даже глаза раскрыл от удивления. Остальные тоже глядели заинтересованно.

— Судите сами: практикую магию на крови, это одна из основ в защитных чарах, приношу жертвы, тренируясь в магии проклятий. Кстати, изучаю ее весьма основательно.

— Хм… — Борис задумчиво почесал голову, наткнулся на сердитый взгляд сестры-близняшки и поспешно руку от головы убрал. — Я думал, что такого рода магию благоразумные правители должны запрещать.

— А ее и запрещают. Книг по магии проклятий, например, ты не найдешь. А если вдруг кто заинтересуется ими, то ему придется отвечать на очень серьезные вопросы в имперской службе безопасности. Это все равно что у вас кто-нибудь заинтересовался бы методом изготовления отравляющих газов и стал искать информацию об этом в Интернете. Но соответствующие службы, как говорится, на страже.

— Вот именно, службы. А ты же не из службы.

— А я из Древнего Рода. Борис, я же говорила, мы официально носим титул Хранители империи. Соответственно, все, что делает любой член Рода, делается для защиты империи. Та же магия проклятий. Ну да, в империи она запрещена, но, например, в одном из королевств она вполне официально разрешена и даже применяется. Вещь ведь удобная. Проклял врага, принес жертвы и жди, когда он умрет. Аристократы могут защищаться и держат монополию на эти знания, соответственно, остальное население перед ними беззащитно. Так они и сохраняют свою власть. И что их остановит от применения проклятий против нашей империи? Значит, надо защищаться. Но нельзя защищаться от того, что для тебя тайна за семью печатями.

— Я правильно понял, что для Древних Родов никаких запретов не существует?

— Кроме тех, что прописаны в кодексе. Все остальное разрешено. И, сразу отвечаю, если какой ретивый служака просто попытается остановить меня, когда я, например, решу провести ритуал жертвоприношения, то он вылетит со службы в тот же день, а то и сядет по обвинению в государственной измене.

— Сурово, — присвистнул Борис. — Значит, у вас полный карт-бланш на любые действия.

— Да. Мы же Хранители империи. И любой, кто вознамерится хоть в чем-то ограничить Древний Род, подрывает безопасность империи. Мить, а что ты там говорил по поводу Темного Лорда?

— Точно, Темная Леди! — восхитился непосредственный Митька. — Тогда что получается? Мы, наоборот, будем захватывать власть и устанавливать диктатуру?

— А без этого ты жизнь свою не представляешь? Надо обязательно либо уничтожать Темного Лорда, либо служить ему? — поинтересовалась Ленайра.

— Ну должен же быть главный злодей, которого надо победить? — Митька, похоже, даже обиделся.

Ленайра все-таки не выдержала и рассмеялась.

— Ой, не могу. Герой — победитель Темных Лордов. А вообще, если серьезно, то все эти Темные Лорды — это ваша придумка, точнее, придумка обычных людей, обывателей, которым приятно верить в этакое могущественное существо, которое спит и видит, как всем сотворить зло, поработить, сокрушить, соблазнить. Сами же люди — белые и пушистые и совершенно ни в чем не виноваты. Это все ОНО — злобное существо, Темный Лорд, Соблазнитель, Лукавый, любое имя подставь — мешает хорошо жить людям. Вот придет Герой, Спаситель, сокрушит этого злодея, и сразу все будет чудесно. Всем. Сразу. Причем заметьте, люди надеются не на себя, а на некоего Героя. Сами же они, максимум, готовы ему поаплодировать. Ну или оплевать потом, заявив, что при том злодее им лучше жилось, а сейчас приходится самим думать, что делать, а это тяжело. Чего смотрите? И такое бывает. Даже скорее всего так и будет. Но вот о чем все забывают — каким бы могуществом ни обладал этот самый Темный Лорд, в одиночку он никогда не принесет много бед. Ну сколько там может убить один человек? Зло ведь творит не он, его творят те самые обычные люди, которые идут за этим злодеем, не важно, по какой причине. И даже если этого самого Лорда убить, те, кто творил зло, прикрываясь им, не станут от этого белыми и пушистыми. Но Темный Лорд удобен всем, ибо его присутствием можно объяснить собственную низость и подлость. Только вот в чем беда, нет никаких Темных Лордов и, соответственно, нет никакого концентрированного зла, которое можно уничтожить. Все зло на самом деле творят самые обычные люди своими действиями или бездействием. Но не обвинять же себя? Вот и придумали Темных Лордов, на которых так легко свалить собственную низость и подлость. Нет, ребята, каждый сам отвечает за свои действия.