Сергей Рулёв – Звёздная паутина. Рассказы (страница 9)

20

Виталин шёл, держа автомат в руках стволом вперёд. На всякий случай, как говорится.

Свет в карауле горел, это было видно издалека. «Что там у них могло случиться?» – гадал Виталин, но ничего толкового придумать не мог.

В карауле-то свет был, но зато в караульном дворике его не было так же, как и на периметре.

Виталин осторожно пересёк двор, стараясь постоянно держаться в тени, и подошел к окну комнаты начальника. Заглянув внутрь, он не увидел ничего интересного. Прислушался – тишина.

Виталин поёжился – по спине забегали противные мурашки. Он всем своим нутром чувствовал, что что-то не так. Но вот что именно?

Подойдя к двери, он снова прислушался. Кажется, кто-то разговаривал. Свои или нет? Ведь неспроста же была стрельба. О том, что и свои иногда могут оказаться чужими, он как-то не подумал.

Постояв с минуту в нерешительности, он всё же надумал зайти внутрь. Как говорится, будь, что будет.

Дверь открылась бесшумно. «Недавно смазывали петли», – вспомнил Виталин. Потом, так же осторожно, как открывал, он её и закрыл.

Тихий приглушенный разговор доносился из общей комнаты. Виталин узнал голоса Голубева, Конева и ещё, кажется, Снегова. Где же тогда остальные?

Со стороны кухни раздался звон, а вслед за ним глухой стук, как будто что-то тяжёлое и мягкое упало на пол.

– Латышев! – услышал Виталин окрик Голубева.

В ответ не донеслось ни звука.

Скрипнула скамейка, и послышались удаляющиеся в сторону кухни шаги.

– Чёрт! – донеслось оттуда через несколько секунд.

– Что там? – спросил Голубев.

– Хана, – донесся короткий ответ Конева.

Виталин не совсем понял, что значит «хана», однако решил, что уже пора выходить.

Едва переступив порог общей комнаты, он понял, что в карауле и правда что-то не так. Окидывая взглядом комнату, он почувствовал, как, словно наэлектризованные, начинают шевелиться и вставать дыбом волосы на затылке, а всё тело медленно, но верно покрывается гусиной кожей.

Кровь.

На полу, на стенах, даже на потолке – везде следы крови.

Взгляд его напоролся на Голубева. Тот смотрел на него изумлённо и недоверчиво. Глянув на Снегова, Виталин отметил, что тот смотрит на него так же.

Снегов и Голубев переглянулись.

– Ведь она же была закрыта, – сказал Снегов с растерянно-оправдывающимися интонациями, причем он обращался только к Голубеву, не обращая больше никакого внимания на Виталина. Того это немного задело.

– Что за ерунда тут у вас.. – начал было он, но по выражению лиц понял, что его не слушают.

Снегов встал со скамейки и, пройдя мимо него, толкнул входную дверь. Она не поддалась.

– Ну-ка, открой её, – это были первые слова, обращённые к совершенно обалдевшему и растерянному Виталину.

– Зачем? Что я вам…

Снегов резко перебил его:

– Открой. Не компостируй мозги.

Виталин обижено замолчал и подошёл к двери. Толкнул – не открывается. Удивлённо посмотрев на Снегова, он толкнул её ещё раз. Бесполезно. Он уже хотел двинуть её плечом, но Снегов жестом остановил его.

– Ладно, хорош. Это без толку. Пойдём, – и сам пошёл в общую. Виталин последовал за ним, удивлённо оглядываясь через плечо на дверь. Ведь он же только что открывал её!

– Всё понятно, – сказал Снегов Голубеву. – Сюда – заходи, кто хочешь, а отсюда – хрен на палке.

Голубев молча кивнул головой.

«У кого из нас поехала крыша – у меня или у них?» – подумал Виталин.

В этот момент в коридоре со стороны кухни показался Конев. Точнее, его согнутая спина. Он что-то волочил по полу. Взглянув, Виталин с ужасом понял, что этим «чем-то» был Латышев. Конев тащил его, схватив за подмышки, волоча по полу ноги. Голова Латышева безжизненно болталась. Остекленевшие глаза были выпучены.

Виталин обречённо подумал, что если до сих пор крыша у него не поехала, то сейчас поедет точно.

Конев протащил Латышева в спальное.

– Что тут у вас такое? – срывающимся голосом спросил Виталин у Снегова.

Тот кивнул в сторону спального.

– Зайди, увидишь.

Виталин зашёл.

Конев как раз укладывал тело Латышева на одну из коек. Остальные уже лежали. От вида этих тел и густого запаха смерти, стоящего в комнате, хотя может так просто казалось, Виталину стало плохо. Шатаясь, он вышел из спального и бессильно сел на корточки у косяка.

– Ну что, увидел? – поинтересовался Снегов.

Виталин никак не отреагировал. Ему сейчас было не до этого. Когда в голове немного прояснилось, и желудок встал на свое место, он спросил:

– Почему?

Снегов хмыкнул, Голубев пожал плечами, а Конев просто ответил:

– Спросил бы чего полегче, а?

Виталин тупо посмотрел на него, а потом неожиданно, даже для самого себя, заорал:

– Да задолбали вы! Что случилось, мать вашу?!

Кажется, это подействовало.

– А то случилось, что зря ты сюда пришел, – хмуря лоб, мрачно ответил Снегов. – Стоял бы себе на вышке и горя не знал. А здесь тебе останется только ждать какого-нибудь несчастного случая. Несчастного для тебя, естественно. Ну, если тебе очень повезёт, то свихнешься.

– Свихнёшься… – механически повторил Виталин, глядя на Снегова совершенно тупыми глазами.

– Да, чёрт возьми! – заорал Снегов, но тут же взял себя в руки.

Виталин так практически ничего и не понял, но зато прекрасно чувствовал, что его сердце давно покинуло своё место и переместилось в область дыхательного горла.

– А что с дверью? – вспомнив, спросил он.

– Всё то же самое, – ответил Снегов.

Ответ взбесил Виталина, но он сдержал себя от произнесения вслух резких слов. В конце концов, они были здесь, и чёрт его знает, что они видели и пережили.

Он встал.

– Но ведь должна же быть какая-нибудь причина? – сказал он, не особо надеясь услышать понятный ответ.

Снегов встал со скамейки.

– Пойдем, покажу.

Виталин удивленно посмотрел на него.

Они подошли к комнате начальника караула. Снегов махнул рукой в сторону стола и сказал:

– Только не смотри долго, а то поплошает.