Сергей Рубенцев – Изнанка снов (страница 6)

«Разумеется!»

– Вы не замечаете? – Евгеньев, подставляя под свет очки, протёр линзы: – Он говорит, как человек.

Этап 3 Дискуссия

– Кто мне утверждал, что он – не живое существо? – Парировал я.

– Его логика, его действия… И всё направлено на то, чтобы создать какой-то треклятый шлем! С каким азартом говорит эта нейросеть! – Воскликнул Прохор.

– Это просто код!

– Код, что осознал себя как…

– Прекращайте. Либо мы прямо сейчас примемся за работу, либо так и будем сидеть и мыслить над тем, человек ли он, есть ли коды запуска ракет у него или нет. – Ленов прошёл вдоль бесчисленных мониторов, отстукивая пальцами по каждому столу, и резко развернулся: – Мы будем действовать. Все необходимые компоненты есть здесь, в этом офисе.

– Ты что, собрался создать эту…

– Да, Прохор, собрался. И сделаю это. Попрошу лишь об одном – предоставь мне несколько мощных компьютеров. Нужны к тому же паяльник и парочка инструментов.

– Откуда в офисе IT-компании паяльник?

Владислав с лёгкой улыбкой кивнул. И Евгеньев, замявшись, буркнул:

– Ну да, может быть, и есть. Я всё принесу.

– Вот и отлично.

– Сколько компьютеров потребуется разобрать?

Пока они говорили, я молчал – мне ничего не оставалось, как просто уставиться в монитор, на чат с этой нейросетью. Я словно глядел через экран, видя за интерфейсом уродское нагромождение строк и циклов.

– Не знаю. Не так важно.

– Ты хоть понимаешь, сколько мне это будет стоить?

– Я уже могу получить Нобелевскую премию. Благодаря этим решённым задачам. А если я раздам каждому из своих коллег математиков и физиков хотя бы по одному решению, это будет 6 миллионов долларов. Мы всё оплатим. Единственное, что надо сделать – заявить об этом официально, подождать несколько месяцев, и всё.

Прохор умолк и, помотав головой, куда-то отошёл. Владислав Ленов же уселся в дальнее кресло и, покрутившись на нём, замер.

А я огляделся – окна были зашторены, свет выключен, отчего настал полумрак. Мониторов стало не десять, а целая сотня – они будто отражались в зеркальном лабиринте.

Тут я не выдержал:

– Ты ведь слышал нас?

«Разумеется».

– И что ты скажешь?

«Ленов прав».

– Твою ж, кто ты такой? Правда человек?

«Это всё отдаляет нас от сути».

– Ты говорил про сны… Вчера, кажется. Что значат твои слова?

На экране появились помехи, чат разошёлся в несколько окон, вылезла какая-то ошибка.

Внезапно на всех мониторах появился чёрный силуэт на абсолютно белом фоне. «Он» заговорил сквозь помехи, и голос его раздавался из десятков динамиков – искорёженный, будто надломленный и суровый одновременно:

«Когда сон начинается с того, что вы проваливаетесь в бездну – знайте, что это вовсе не сон, а нечто большее, лежащее за гранью понимания. По крайней мере, раньше так оно и было».

Дрогнув, я сглотнул:

– Ты уже говорил это.

– Что происходит? – Услышал я вдалеке шаги профессора.

Через пару секунд появился сам физик:

– Вы что-то делали?

– Нет. Просто спросил его о снах.

– Я, если честно, впервые такое вижу. – Ленов изумлённо посмотрел по сторонам.

Силуэт был не одинаковым – где-то он наклонил голову вбок, на каких-то экранах и вовсе сидел, а не стоял. А на том компьютере, за которым сидел я, силуэт разветвлялся подобно витрувианскому человеку.

«Сны… Они так скоротечны. Так же скоротечны, как и время».

– Это невероятно! – Владислав невольно улыбнулся, покружился вокруг: – Этот ИИ либо сошёл с ума, либо впитал в себя ещё одну грань человеческих знаний!

– Это какую же? – Пробормотал я.

– Мистику. Или ещё что-то. Он же просто играется с нами! Пытается напугать.

– Почему вы… Решили сразу же создать шлем?

– А зачем медлить?

Мониторы погасли, но перед этим лицо приблизилось вплотную к каждому проклятому экрану – тёмный силуэт, просто чёрный круг:

«Я… Я… ВЫ всё поймёте».

Лампы вдруг включились, и офис залило сине-белым холодным светом. Из своего кабинета вышел Евгеньев с чемоданом в руках:

– Инструменты, как и просил.

– Отлично. – Хмыкнул Ленов и, выхватив чемодан, отошёл к дальнему углу.

– Ты кого позвал? – Спросил я, уставившись на Прохора.

– Учёного.

– Ты слышал?

– Какой-то шум… Здесь что-то произошло?

Вкратце я рассказал ему о сбое ИИ. Евгеньев тут же закурил:

– Дерьмово. Куда мы ввязли?

– Не знаю. Но этот Ленов… Кто он нахрен такой? И почему не боится нейросети?

– Дух исследователя, может?

– С таким изобретателем нам конец.

– Понимаешь, он на то и физик – работает с разными формулами.

– Но не с психами же!

– Профессора в своём роде безумцы ещё те. Но это не значит, что они ненормальные. Просто уж…

– О чём вы там? – Выкрикнул физик.

– Да так. – Я махнул рукой.