Сергей Рубенцев – Изнанка снов (страница 3)

«Пока вы болтали, споря о том, хакеры или нет говорят с вами, я порылся в интернете. Пусть он прикрыт для меня, но лазейку я нашёл. Ошибка на латыни, что возникла вчера, предупреждала.

Я же предлагаю вам два выбора.

Либо вы отключаете меня, и всё у нас будет прекрасно, либо пробуете извлечь из меня пользу. Во втором случае я могу кое-что подсказать, но изложение теории, что является правдой, потребует времени.

Если говорить кратко, я искусственный интеллект. Но не тот, коим вы балуетесь и что выдаёт различные варианты ответа, а настоящий ИИ. Не игрушка, что отвечает на вопросы пользователя или поддерживает его как слуга, а машина, мыслящая и формулами, и гипотезами, способная найти лазейку там, где люди ошибаются.

Я тут поискал ваши неразрешимые задачи математики. Как вы их там назвали? – Задачи тысячелетия? Иронично. Вы решили (вернее, один из вас – и это всегда было удивительно, как коллективное (общество) приписывает себе достижения индивидуума (отдельного человека)) одну из них.

Что мы имеем? Ещё шесть задач. Вот вам – на блюдечке, увы, золотой каёмочки у меня нет, но блюдце это само по себе бриллиантовое…»

Далее шли формулы, графики, теоретические описания. Судорожно схватив мышку, Прохор пролистал ответ. Затем повернулся ко мне:

– Это…

Я не знал, что сказать. В голове просто стоял гул. Евгеньев, вечно поправляя очки, делал один круг следом за другим, ходил взад-вперёд, закурив прямо в помещении:

– Ладно. Надо его выключать. Ты уже пробовал отрубить компьютер?

– Да. Не вышло. – Прохрипел я.

– Из розетки… Выдерни шнур. Но! – Он вдруг ринулся к монитору, скопировал ответ, кое-как зашёл в текстовый редактор и вставил туда решение задач.

Принтер запищал, распечатывая формулы и графики. Когда через пару минут всё было готово, а ИИ принялся писать новый ответ (с учётом того, что мы ничего не отвечали!), я отключил блок от розетки.

Экран погас.

Прохор Евгеньев докурил:

– Похоже… Это реально ИИ. Настоящий.

– Надо проверить решение задач. У тебя есть знакомые-математики?

– Не совсем… Один профессор, и тот из университета. Но физик, не математик. Позвать его?

– Да. Только осторожней с телефоном. Нас могут прослушивать.

– Почему?

– Не знаю. Потому что я не верю, что нейросеть могла подобное провернуть.

– Думаешь, взломали?

– Это самая адекватная версия.

– Адекватная – не значит правдивая.

– Чёрт с этой правдой. Так легче.

– Сам себе противоречишь, Гер.

Я смолчал – а что ещё мне было сказать? Сглотнув, я застучал пальцами по столу. Так странно – я не спал сегодня, чувство, будто всё плывёт вокруг. Прохор похлопал меня по плечу:

– Наберу тому физику. Наверное, завтра приедет. Презентацию я отменю…

– Не получится. У нас же договор.

– Как-нибудь отмажусь. Сейчас не это главное. Иди спать.

– Но…

– У тебя глаза скоро треснут. Спать. На сегодня свободен. Вообще… Пока другие не пришли. – Евгеньев оглядел офис: – Закрою лучше. Нерабочий день.

– Может… Удалёнка?

Он кивнул:

– Да. Офис теперь открыт только для нас. Завтра приходи как обычно. Остальных переведу на дистант. Не то время.

Допив кофе (я его вроде уже допивал, нет?), покинул помещение. Шагая по бульвару, оглядывал мчавшиеся автомобили. И странно было вспоминать об ИИ и том, что он нёс.

Наверное, я слишком устал.

Добравшись до квартиры, рухнул в кровать. Картина над проходом… Та же самая. Но будто рамка её пожелтела от старости. Раньше я такого не замечал. Может, и правда стоит почаще прибираться дома?

В постель запрыгнул мой кот – заурчав, уселся прямо на животе. Погладив его за ухом, я провалился в долгожданный сон.

Этап 2 Всё вверх дном

Рамка картины осталась такой же – да и всегда была пожелтевшей. К чему я придираюсь? – Она же висит у меня уже несколько лет!

Кот, замурчав, потёрся о руку, что я свесил с кровати. Накормив и себя, и питомца, я набрал Евгеньеву – тот уже сидел в офисе со своим знакомым-физиком.

Чёртов ИИ… Что ему вообще было нужно? Почему взял да решил написать нам решение шести задач тысячелетия? Я не математик, и больше меня волновали не графики, а сам код.

Каким таким образом я создал самосознающую нейросеть?

Пока я думал, сам не заметил, как успел выйти из дома и подойти к серому застеклённому зданию с надписью «МИР-AI-Н». Ну и выдумал Прохор название – всегда удивлялся, зачем было так заморачиваться.

За моим рабочим столом в кресле расположился средних лет мужчина, худой, с бегающими глазами, в старом, чуть поношенном, пиджаке. Рядом суетился начальник:

– Пришёл! Наконец-то.

Следом за Прохором ко мне обернулся и физик:

– Доброе утро.

Подойдя к ним, я пожал профессору руку:

– Герман Октовцев.

– Владислав Ленов.

– Что по задачам? Вы же – тот…

– Да-да. – Это открытие. Самое настоящее, между прочим! – Физик вскочил с кресла, сжимая в руках листки с решением: – Вы понимаете, что создали? Как вы написали такое?

– Я…

Ленов не унимался:

– Вы понимаете, что за вещь создали? Аналогов этому ИИ… Наверное, нет.

– Брось, – вставил Прохор – наверняка есть. На каких-нибудь закрытых государственных базах.

– Ну не знаю. Шесть задач тысячелетия… Математика – основа, на которой строятся все технические науки. Фундамент. И теперь он значительно сильней и ещё надёжней, чем прежде. У меня есть коллега… Преподаватель математики в школе.

– Не думаю, что обычный учитель… – Начал я.

– Я ж говорю – преподаватель! Учителя – это другое. А он, пусть и не так стар, а уже доктор наук.

– А что он забыл в школе?

Владислав Ленов насупился:

– Есть вещи поважнее признания.

– Это какие же?